Последний царь: Как Николай II хотел сохранить самодержавие, а потерял империю - Цуёси Хасэгава

открытого противостояния». Швейцарец был несогласен с лечащим врачом Алексея, который настаивал, что за мальчиком нужно тщательно следить, дабы уберечь от травм и кровотечений. Жильяр посоветовал императору с женой отказаться от постоянного надзора за цесаревичем, чтобы тот научился отвечать за себя.

Что удивительно, Николай и даже Александра прислушались к мнению педагога. Какое-то время все шло гладко, но однажды Алексей забрался на стул в учебной комнате, поскользнулся и ушиб колено. На следующий день он не мог ходить, а потом вся его нога распухла, причиняя мальчику невыносимую боль. Царская чета ни словом не упрекнула учителя; напротив, они пытались подбодрить его, чтобы Жильяр не занимался самобичеванием[48].

Педагог вспоминал о том, как трепетно Александра утешала Алексея после падения. Круглые сутки она проводила у его постели. Мальчик клал голову на руку матери и, постанывая от боли, бормотал: «Мамочка…». Жильяр писал:

«Мать целовала его лоб, волосы и глаза, как будто прикосновения ее губ могли облегчить страдания и удержать жизнь, которая покидала его. Подумайте только о мучениях этой матери, бессильной свидетельницы страданий своего сына, – матери, которая знала, что именно она является их причиной, что именно она “наградила” его болезнью, с которой не может справиться современная наука. Теперь только я понял темную трагедию ее жизни. Как легко теперь восстановить этапы этого долгого испытания»[49].

Ни один родитель, чей ребенок оказывался на грани смерти, не смог бы смотреть на эту сцену равнодушно. Как и любая мать в такой ситуации, Александра наверняка жаждала поменяться с сыном местами и принять на себя всю его боль и страдания. Царица знала, что современная медицина неспособна излечить Алексея от гемофилии. Как после этого винить ее за попытки найти утешение и спасение в молитвах и чудесах?

Проблема заключалась в том, что она была не просто матерью. Александра была императрицей, а Николай – правителем одной из величайших мировых держав. Здоровье Алексея оказалось не просто семейным горем, а проблемой государственной важности. Гемофилия у представителей правящих династий Европы тайной не была, но считалась «вопросом деликатным, который редко обсуждали в монарших кругах»[50]. Королева Виктория передала ген недуга нескольким своим детям. Например, от этой болезни погиб ее сын Леопольд. Родной брат Аликс Фритти, как я уже упоминал, умер в три года от осложнений, вызванных гемофилией. Испанский король Альфонсо XIII, женившийся на другой внучке Виктории – Виктории Евгении Баттенбергской, – имел четверых сыновей, и два из них родились больными. Монарх обвинил в этом супругу и, преисполнившись презрения и отвращения, охладел к ней[51]. Однако Николая и Александру болезнь Алексея, напротив, только сблизила[52]. Порой любовь – вещь дьявольски непредсказуемая.

Николай и Александра вели счастливую жизнь в окружении обожавших их детей, уделяли время религии, спортивным занятиям на свежем воздухе, лесным прогулкам и фотографии. Но отец семейства был еще и главой династии Романовых. В отличие от Александра III, который и с родными вел себя как истинный самодержец, Николай часто давал слабину, когда речь заходила о морганатических браках[53], чем вызывал недовольство и неуважение у некоторых членов семьи.

Никто из братьев и сестер Николая не был счастлив в браке. Его младшая сестра Ксения Александровна и ее муж Сандро произвели на свет семерых детей, но при этом оба друг другу изменяли, хотя так никогда и не развелись[54]. Младшая дочь Александра III, Ольга, вышла замуж за герцога Ольденбургского Петра, который был на четырнадцать лет ее старше. Все пятнадцать лет брака великая княгиня оставалась девственницей. Ольга нашла счастье на стороне, влюбившись в офицера Николая Куликовского. После того как ее брак с Петром был аннулирован, она вышла замуж за Куликовского, хотя тот и не принадлежал ни к какой королевской семье[55].

Второй сын Александра III, Георгий, умер в 1899 г. После этого следующим претендентом на престол после Николая стал третий сын – Михаил. Разница в возрасте у братьев составляла десять лет, поэтому они никогда не были близки. Когда Александра родила Алексея, Михаила назначили на роль регента на случай, если цесаревичу придется взойти на трон в юном возрасте. Свободный от тяжкой доли наследника, великий князь увлеченно крутил романы с женщинами, жениться на которых ему бы ни за что не позволила ни церковь, ни глава царской семьи – Николай. Тот дважды запрещал Михаилу связывать себя узами брака с избранницами. Первой была двоюродная сестра братьев Романовых, Беатриса Саксен-Кобург-Готская[56], а второй – фрейлина Ольги, Александра Коссиковская. Все это еще сильнее подорвало отношения между Михаилом и Николаем[57].

В 1907 г. великий князь Михаил повстречал женщину, которая изменила всю его жизнь, – Наталью Вульферт. Она была дочерью весьма успешного московского присяжного поверенного Сергея Шереметьевского. После развода с первым мужем Наталья вышла замуж за поручика Владимира Вульферта, служившего в гвардейском полку «синих кирасир»[58] в Гатчине. Командовал этим подразделением Михаил, который стал любовником Натальи. Взбешенный неверностью супруги, Вульферт вызвал Романова на дуэль. Разразился громкий скандал, запятнавший доброе имя царского семейства. Николаю пришлось подкупить Вульферта, чтобы тот развелся с супругой. При этом император был непреклонен, запретив Михаилу жениться на Наталье, поскольку она дважды состояла в браке и ни к какому царскому роду не принадлежала. Еще до развода она родила сына от Михаила, добавив к скандалу еще одну пикантную подробность[59].

В октябре 1912 г., находясь в польском охотничьем угодье Спала, Алексей получил травму и чуть не погиб. Когда новости о происшествии достигли Михаила, тот испугался, что, случись с цесаревичем непоправимое, он сам станет первым в очереди на престол и навсегда упустит возможность жениться на Наталье. В ноябре 1912 г., скрывшись от тайной полиции, которая по приказу Николая следила за каждым его шагом, брат императора сбежал с возлюбленной в Вену и обвенчался с ней в сербской православной церкви. Своевольный поступок Михаила настолько разозлил Николая, что он потребовал от брата развода с Натальей и официального отказа от права на престол. Михаил не захотел подчиняться, и тогда император выдворил чету из России, велев им никогда не возвращаться. Затем недовольный Николай издал одобренный Сенатом указ, согласно которому все имущество Михаила конфисковывалось и помещалось под опеку. Далее последовал манифест, провозглашавший, что брат императора больше не может претендовать на роль регента[60].

Некоторые резонно спросят, почему же Михаил, который и так не желал становиться государем, не захотел официально отказаться от права на корону, как того просил Николай. Стоит учитывать, что сам Николай не мог исключить брата