После развода. Курорт для бывшей герцогини - Диана Фурсова

застёгнутом у горла серебряной пряжкой. На сапогах осталась дорожная грязь. Чёрные волосы намокли от пара, а выражение лица ясно показывало: происходящее его совершенно не радует.

Бран побледнел.

— Ваша светлость…

Эстелия перевела на смотрителя взгляд.

Ещё одна светлость.

Прекрасно.

Незнакомец обошёл бассейн.

Двигался он спокойно, без намерения произвести впечатление, но пространство вокруг словно становилось теснее с каждым его шагом.

Эстелия поднялась.

— Мы знакомы?

— Лично не встречались.

— Представьтесь тогда, пожалуйста.

Мужчина остановился в нескольких шагах.

Вблизи он выглядел старше, чем показалось сначала. Чуть за сорок. Резкие черты лица. Серые глаза с тёмным ободком. На правой брови тонкий старый шрам.

Он посмотрел сначала на Эстелию, затем на дом за её спиной.

— Рейнар Кальдэн.

Имя ей было знакомо.

Не настолько, чтобы она сразу вспомнила откуда.

Но титул вспомнился раньше.

Герцог Пепельного Хребта.

Королевский ревизор северных земель.

И, если столичные слухи хотя бы наполовину соответствовали истине, человек, которому очень не нравилось, когда ему мешали работать.

Эстелия поправила перчатку.

— Эстелия Ровенар.

— Мне сообщили, что вы приехали.

Это ей не понравилось.

— Тогда объясните, герцог Кальдэн, зачем вы здесь. У меня сегодня и так немало новостей.

Рейнар перевёл взгляд на воду.

— Боюсь, придётся добавить ещё одну. Ваше право пользоваться источником могут прекратить.

Эстелия почувствовала, как за спиной Тесса очень тихо вдохнула.

— На каком основании?

Мужчина достал из внутреннего кармана сложенный документ.

Не протянул.

Просто держал в руке.

— Герцог Марвейр не предупредил вас?

Эстелия почти рассмеялась.

Конечно.

Кайден.

— Судя по вашему лицу, о самом важном. Говорите.

Рейнар посмотрел на неё чуть внимательнее.

Будто только сейчас понял, что действительно не знает ответа.

— «Семь облаков» находятся под королевской проверкой.

— По какой причине?

— Имение заброшено. За содержание горных сооружений накопились долги, постоянного управления нет. А источники здесь коронные: для них действуют отдельные требования. Они тоже нарушены.

Последние два слова прозвучали особенно неприятно.

— Коронными?

— Вы не знали?

— Нет. Мне передали их вместе с землёй.

Рейнар слегка прищурился.

— Понятно. Значит, начнём с уведомления.

Эстелия терпеть не могла это слово, произнесённое таким тоном.

— Пока понятно только вам.

Он наконец протянул документ.

Эстелия развернула лист.

Текст был длинным.

Печать настоящей.

Дата — три недели назад.

Она быстро пробежала строки глазами.

Часть формулировок пришлось перечитать дважды.

А затем она нашла главное.

— Это предписание о закрытии.

— Уведомление. Окончательное решение ещё не принято.

— Но срок уже назначен.

— Да, и он идёт.

Эстелия подняла глаза.

— Через месяц.

— Не считайте со дня получения.

— Здесь написано…

— Срок идёт с регистрации документа. Посмотрите дату.

Он говорил спокойно.

Слишком спокойно.

Эстелия посмотрела на дату ещё раз.

Три недели назад.

Холод, который она перестала замечать возле тёплой воды, внезапно вернулся.

— Сколько у меня осталось?

Рейнар Кальдэн сложил руки за спиной.

За ним клубился серебристый туман единственного живого источника.

— Тридцать дней, госпожа Ровенар.

Он сделал короткую паузу.

— Через тридцать дней корона закроет «Семь облаков» навсегда.

Глава 2. Тридцать дней до закрытия

Глава 2. Тридцать дней до закрытия

Эстелия перечитала последнюю строку уведомления ещё раз, хотя за несколько секунд буквы не могли измениться.

Тридцать дней.

Вечером, когда она впервые увидела «Семь облаков», месяц показался бы почти щедрым сроком. За месяц можно было разобраться со счетами, оценить состояние строений, нанять людей, понять, что делать с источниками, и хотя бы приблизительно решить, хочет ли она провести здесь несколько лет или продать владение при первой возможности.

Теперь выяснялось, что через месяц ей, возможно, будет нечего продавать.

— Что именно означает «закроет»? — спросила она.

Рейнар Кальдэн не торопился отвечать. Вблизи работающего источника пар то скрывал нижнюю часть его плаща, то расходился, открывая мокрый от каменной дорожки край. Он выглядел человеком, который уже не раз произносил подобные новости и давно перестал считать их поводом для долгих объяснений.

— Корона прекращает право частного использования источников, — сказал он. — Территорию опечатывают до решения комиссии. Посторонним доступ запрещается. Любая деятельность, связанная с приёмом гостей или получением дохода с источников, прекращается.

— А дом?

— Само здание останется вашим, если документы о передаче собственности оформлены верно.

— Дом без воды. Кто же поедет в такую глушь просто ночевать?

— В этом и проблема.

— Хорошо хоть вы сказали прямо.

Рейнар посмотрел на неё чуть внимательнее.

Эстелия сложила уведомление по прежним сгибам и вернула ему.

— Что нужно сделать, чтобы этого не произошло?

— Госпожа Ровенар, вы ещё даже дом толком не осмотрели.

— Поэтому и спрашиваю. За что мне браться?

— Я прошу вас сначала оценить свои силы.

— Оценю. Но мне нужно знать, что от меня потребуют.

Бран стоял чуть поодаль, явно желая стать частью ближайшей каменной колонны. Тесса, напротив, не скрывала интереса. За двенадцать лет Эстелия научилась понимать её выражение лица: помощница экономки уже мысленно составляла список людей, которых следовало обвинить во всех нынешних бедах, и господин бывший управляющий наверняка занимал в этом списке почётное первое место.

Рейнар протянул руку.

— Покажите лист, пожалуйста. Разберём по пунктам.

Эстелия вернула лист.

Он развернул документ.

— Причин для проверки четыре. Первая — владение фактически заброшено. Вторая — содержание горных сооружений не соответствует требованиям безопасности. Третья — отсутствует управление на месте. Четвёртая — за последние годы имение не подтверждало хозяйственную деятельность, ради которой частному владельцу сохранялось право пользования источниками.

— Простите, на последнем пункте я потерялась. Что конкретно нарушено?

— Земля получила особый статус, потому что здесь существовал действующий гостевой комплекс. Пока он работал, прежние владельцы имели право использовать воду. Когда работа прекратилась, основание для этого права стало спорным.

— Сколько лет назад комплекс перестал принимать гостей?

Бран кашлянул.

— Если считать настоящих гостей, то больше двадцати.

Эстелия медленно повернулась к нему.

— И за двадцать лет никто не попытался открыть его снова?

— Иногда приезжали знакомые прежнего герцога. Охотники. Родственники. Но чтобы комнаты сдавали за плату… я такого уже не застал.

Рейнар свернул уведомление.

— Именно поэтому проверка началась не вчера.

— А это уведомление почему только сейчас? На нём дата трёхнедельной давности.

— Проверка идёт почти два года.

Эстелия почувствовала, как раздражение, до этого направленное преимущественно на Кайдена, стало гораздо более организованным.

— И все два