Любовь не предусмотрена - Виктория Рогозина

— Меня зовут Ирина. Я экономка. Мы очень рады, что мистер Шейдон и миссис Шейдон наконец-то будут жить здесь. Это оживит дом.

Лекс фыркнул, и в его голосе прозвучала нотка самоиронии:

— Неужели соскучились?

Откуда-то сбоку вышел сухощавый пожилой мужчина в безупречном костюме с белоснежной перчаткой на одной руке:

— Мы не видели вас с момента покупки, сэр, — отозвался он. — Позвольте напомнить: я Эрих, дворецкий. И мы все действительно рады вашему возвращению.

Лера едва удержалась от смеха. Всё это — как из книги. Или фильма. Или сна. Но, пожалуй, если эта сказка будет с ним — она не против.

Лекс вёл её по дому, уверенно, будто знал каждую ступень, каждую деталь лепнины на потолках. Он показывал просторную столовую, уютную, несмотря на размеры, комнату для завтраков, гостевые апартаменты, где каждая спальня могла бы стать отдельной главой в глянцевом журнале. Лера слушала, кивала, улыбалась… но где-то внутри всё ещё не могла поверить. Всё это — её? Их дом?

Она поймала себя на мысли, что всё это похоже на сон. Слишком красиво. Слишком роскошно. Слишком быстро. Вчера она сидела за столом в кабинете «Эриды», вбивая цифры в таблицу, а сегодня — ходит по замку под руку с человеком, которого знает всего… сколько? Несколько недель? Месяц?

Шейдон, заметив перемену в её взгляде, чуть притормозил шаг и мягко спросил:

— Что расстраивает мою милую Леру?

Она вздохнула, не пытаясь уклониться:

— Да нет… Просто накручиваю себя. Всё так быстро. Иногда накатывают странные мысли. Немного страшно.

Он остановился, обернулся к ней и посмотрел сверху вниз — внимательно, не давя, но будто считывая все её эмоции. Потом произнёс спокойно:

— Бояться нечего. Я человек слова.

Пауза повисла напряжённо. Взгляд у Лекса был серьёзный — тот самый, холодный и острый, каким он смотрел на переговорщика перед тем, как добить его фактом. Лере стало неуютно, но в ту же секунду он вдруг хмыкнул, а потом рассмеялся.

— И ещё я, если честно, тот ещё оболтус и лентяй. Так что если вдруг ты решишь сбежать — у тебя будет фора, — добавил он с лукавым прищуром. — Правда, недолгая.

Лера рассмеялась тоже — облегчённо, тепло. Это сняло напряжение как рукой. А потом она всё-таки пробормотала, почти себе под нос:

— Просто… к такой роскоши будет сложно привыкнуть.

— Придётся постараться, — ответил он без тени иронии. — У тебя, между прочим, талантливый жених, он не зря старался.

Он вдруг остановился, будто вспомнив что-то, и полез во внутренний карман пиджака. Вытащил тонкий смартфон в чёрном чехле и протянул ей:

— Ты свой телефон в «Эриде» оставила. А он нам сейчас пригодится.

— Зачем?

Он усмехнулся — его глаза при этом светились чем-то опасно весёлым:

— Обсудить самое важное.

— Что именно?

Лекс легко приподнял бровь:

— Свадьбу.

Лера чуть не уронила телефон.

Глава 60

Каталоги лежали на столе стопками — глянцевые, блестящие, переливающиеся золотыми тиснениями. На обложках — роскошные невесты, залы, усыпанные лепестками роз, кортежи, украшенные лентами и живыми цветами. Лекс листал страницы с неподдельным интересом, присматриваясь к каждому элементу — нарядам, сервировке, флористике. Он то и дело наклонялся к Лере и комментировал:

— Вот эта вилла в Тоскане — отличный вариант. А тут церемония на крыше небоскрёба в Нью-Йорке. Хочешь — можно всё, хоть свадьбу в облаках. Мы можем себе это позволить.

Лера кивала, улыбалась, но в её глазах сквозила тень сомнения. Всё, что они смотрели, было действительно красивым. Безумно красивым. Но казалось… чужим. Не о таком она когда-то мечтала. Или вообще не мечтала.

Лекс это почувствовал. Его рука остановилась на перелистывании страницы. Он посмотрел на неё, нахмурился, а потом вдруг молча притянул Леру к себе, аккуратно посадил на колени и крепко обнял. Прижал к себе бережно, почти как ребёнка, когда тот слишком устал от новых впечатлений.

— Мы можем не спешить, — сказал он тихо, глядя куда-то в пространство. — Выберешь то, что тебе действительно по душе. Всё, что нравится. И не думай о цене. Ни о чём не думай, кроме себя.

Лера прижалась к нему носом, вдохнула знакомый запах — немного дорогого парфюма, немного его. Она закрыла глаза, чуть улыбнулась и шепнула:

— Всё, что мы смотрим… очень красиво. Шикарно. Но я… я не мечтала о таком.

Он ничего не ответил, просто гладил её по спине.

— Может… может, просто распишемся? — тихо продолжила Лера. — И уедем. Куда-нибудь далеко. Только ты и я. Путешествовать же лучше, чем слить столько денег на банкет.

Лекс чуть наклонил голову, и в голосе его послышалась улыбка:

— Если ты этого хочешь — значит, так и будет. Я готов уступить.

Лера чуть отстранилась и посмотрела на него, прищурившись:

— Уступить? Это кому ты уступаешь? Мне?

Он хмыкнул:

— Отцу. И брату. Они меня с потрохами сожрут за то, что я лишил их праздника. Особенно брат — он уже наверняка в мыслях шьёт тебе платье века.

Лера улыбнулась, но не отвела взгляда:

— А ты? Чего хочешь ты?

Лекс на секунду замолчал. А потом посмотрел ей в глаза, спокойно, без игры, без маски и сказал просто:

— Хочу быть с тобой.

Некоторое время Лера молчала, устроившись поудобнее в объятиях Лекса. Тепло его тела, размеренное дыхание, лёгкий, едва уловимый запах кожи успокаивали. Он не торопил её, не давил — просто был рядом. И от этого становилось особенно легко думать.

— А давай так… — начала она тихо. — Распишемся. Без шума. Потом соберём семьи — просто посидим, отметим по-домашнему. А потом… потом куда-нибудь уедем. Отдохнём. Без кучи народу, без нервов, без показухи. Так всем будет приятно, и заморочек меньше.

Лекс мягко мурлыкнул, одобрительно прижав щёку к её виску:

— Звучит, как разумный компромисс. А кого ты хочешь пригласить на эти… посиделки?

— Макса. И его маму с бабушкой. Ты ведь не против?

Он чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза, и с усмешкой сказал:

— Я только за. Римма Викторовна — это ураган в косухе. Думаю, она сможет дать жару даже моему отцу. Наконец-то кто-то его поставит на место.

Лера прыснула со смеху, прикрыв рот ладонью.

— Вот и отлично, — сказала она, — никто