Рейд - Сергей Восточный

— Погоди, — нахмурился Бублик. — Тебе нужны кирки получше? Не такие, как эта? Эта отстой, нужны новые, крутые?

Я обрадованно кивнул. Быстро сообразили. Затем наклонился, подобрал свою ржавую кирку и передал игрокам.

— Ясно, — усмехнулся Волк, поднимая инструмент и убирая в инвентарь. — Получше — значит получше. Поищем.

Идём дальше. Теперь оружие. Я показал руками, словно натягиваю тетиву и стреляю из воображаемого лука.

— Так, нужен лук, правильно понимаю?

Я кивнул.

Теперь надо было показать, какой уровень. Похоже, тот, кто собирал передачку, делал всё на восьмой — скелеты, участвовавшие в вылазке, были именно восьмого. А мне бы сейчас не помешал одиннадцатый.

Придумал! Я подошёл к Бублику и показал на имя над его головой — туда, где обозначался уровень. Затем показал один палец, а затем ещё один. Одиннадцать.

— Что он показывает, я не понимаю? — нахмурился Волк.

Бля. Ещё раз. Ещё раз показываю на уровень игрока.

— А, он показывает на голову! — сообразил Бублик. — Ему нужна головка лука, точно! Одиннадцать головок лука! — Игрок в азарте от успешно разгаданной загадки даже хлопнул себя по бедру.

Да нет же!

Я не удержался и прикрыл лицо ладонью. Бешено замотал головой из стороны в сторону. Ещё раз показал на уровень. Не понимают.

До конца Одержимости меньше двадцати секунд. Ладно, подумаю пока, как показать. Я ошибался насчёт сообразительности игроков и простоты объяснений. Это больше походило на игру в крокодила с вдрызг пьяными друзьями.

После отката Одержимости я поступил проще — вывел из подземелья скелета-лучника одиннадцатого уровня. Он встал перед игроками, тупо уставившись в стену. Я показал на его лук, потом на уровень над его головой. Игроки задумались.

Тишина.

Прокляв про себя всё, я вывел скелета восьмого. Показал на лук. На скелета восьмого уровня. Скрестил руки и помотал головой — «Нет». Затем на скелета одиннадцатого уровня — изобразил улыбку, больше похожую на оскал, закивал.

— Одиннадцатый уровень? — предположил Бублик.

Я кивнул.

— Значит, нужны луки на одиннадцатый? Более мощные⁈

Я снова кивнул. Наконец-то.

Следом пришлось объяснять про другие расходники. Про дополнительные проклятые свитки, тёмные руны, ядовитые склянки, жизненно необходимые расходники… Это заняло ещё шесть Одержимостей. Десять неудачных догадок сменялись одной верной. Игроки путались, спорили друг с другом, предлагали нелепые варианты, от которых я мысленно закатывал глаза.

Но в конце концов, за семь заходов, я смог полностью передать все свои пожелания. Ничего супердорогого или редкого я не просил. Просто вещи, которые тяжело раздобыть в подземелье, но которые способны немного изменить расклад сил в мою пользу. Кирки получше. Луки на одиннадцатый уровень. Зелья, позволяющие исцелять нежить… ну и ещё по мелочи.

Игроки, уставшие не меньше моего, наконец засобирались.

— Ладно, — подытожил Волк, поднимаясь с камня. — Мы всё поняли. Принесём.

— Удачи вам, — добавил Бублик, глядя куда-то в темноту.

Я кивнул игрокам.

Они кивнули в ответ. Зажмурились.

Я занёс топор.

Чуть больше чем шесть сотен опыта — и оба игрока отправились на перерождение.

Я выдохнул. Пантомима меня утомила побольше, чем отражение иного штурма.

Кстати, хорошая новость. Кроме подаренного шмота, от игроков я получил ещё один бонус. Счётчик времени до следующего входа в подземелье пошёл заново. Теперь у меня есть ещё несколько часов, чтобы окончательно восстановить всех миньонов.

Глава 17

Герман

Следующий заход «Золотого Легиона». На этот раз я опять кардинально поменял тактику.

Первая комната, в которую они попадают, спустившись в подземелье, — холл. Его, как известно, изменить нельзя. Но что мешало мне встретить игроков прямо на входе? На этот раз прямо там, у входа, стоял готовый к бою отряд скелетов. Забаффанный проклятыми свитками, одетый в новое снаряжение, с катализатором яда на стрелах. Впереди стражи. За их спинами мясники. Дальше лучники. У двоих из них в колчанах — огненные стрелы. Навскидку, суммарный ДПС моей группы вырос, наверное, раза в два по сравнению с прошлой атакой.

И главное — фактор неожиданности.

За предыдущие штурмы игроки привыкли к определённому ритму. Они заходили в подземелье, попадали в безопасную комнату, осматривались, проверяли ловушки, баффались, строились. Только потом, где-то в глубине, на них нападали скелеты.

Так вышло и на этот раз.

Группа вошла в холл без баффов, не в боевом порядке, по одному спускаясь по длинной извилистой лестнице. Родерик шёл первым, щит в опущенной руке, к бою не готов. Торвальд что-то рассказывал, размахивая молотом. Виктор зевал, булава болталась в петле на поясе. Целители переговаривались о чём-то своём. Игроки не ждали боя.

— Этих уродов из «Серебряных Клинков» надо проучить. Надо же, попытались пройти вперёд нас.

— Да ладно, наивные дурачки, ещё не поняли, что к чему, пытались в справедливость. Сам же слышал — велели с ними отношения не портить, пока сильно не наглеют. Неужели ты думаешь, что эти двое смогли зафармить подземелье? Наверняка слились при первой же стычке с мобами. Пусть думают, что смогли сорвать наши планы.

— Да пофиг, зато угробили почти пять часов нашего времени до респауна подземелья, — возразил зевающий Виктор.

— Это да, но…

Что именно «но», узнать мы уже не успели. Родерик вышел в холл и тут же попал под огонь.

Восемь лучников одновременно спустили тетиву. Первый залп ударил прямо в грудь не ожидающему подобного танку — восемь попаданий, из них четыре критические. Родерик пошатнулся. Второй залп. Огненные стрелы вспыхнули, поджигая одежду и доспехи. Катализатор яда делал своё дело — полоска здоровья игрока окрасилась в зелёный и медленно поползла вниз. Даже антидот не помог. Следом в танка полетели «Подарки из разделочной», снижая характеристики. Мгновение — и из подземелья вывалился Торвальд, от неожиданности врезавшийся в спину Родерика, толкнув того прямо под удары скелетов-стражей.

Пока враги приходили в себя, я использовал Одержимость.

— Какого… — опомнился наконец Родерик, поднимая щит. Его здоровье уже было ниже пятидесяти процентов.

— Они прямо тут! — заорал Торвальд. — Отступаем! — Он попытался податься назад, к лестнице, но ему в спину уже напирал жаждущий боя дварф.

Ещё залп. Ещё. Я не давал им опомниться. Проклятый прах, рассыпанный у входа, добавил хаоса. Пытающийся оттеснить стражей и дать плацдарм для выходящих игроков, Родерик наступил в кучку праха, даже не заметив этого. В ту же секунду прах взорвался тёмным облаком, которое с шипением разрослось вширь, заслоняя свет факелов, — и замерло, приняв очертания гигантского призрачного черепа. Череп навис над танком, щёлкнул челюстью. Затем, будто втянув в себя воздух, облако резко сжалось и втянулось в тело