Реванш - Талли Шэрон

к футболу. Во многом это заслуга отца, потому что он сам в колледже играл в стартовом составе, водил меня практически на все матчи и вручил мне первый мяч в средней школе, где я и стал капитаном. Родословная Шервудов в качестве квотербеков успешно продолжалась – мой младший брат сейчас лидировал в школьных чемпионатах, метя попасть на спортивную стипендию в Сейбрук.

Я провел рукой по лицу, практически моментально шикнув, потому что боль пульсацией отдалась в мозг. Драка с Брисбэном не осталась без последствий.

– Братан, – Трент постучал костяшками в дверь, просовывая голову внутрь и смотря на меня жалостным взглядом, – я приготовил ужин. Пойдем.

– Я не голоден, – ответил я, присаживаясь на кровати и поглядывая на Донована.

По всей видимости, на моем лице было написано, что я морально подавлен, потому что Трент даже не разозлился на мой отказ, а лишь тяжело вздохнул, шагая внутрь.

Только этого мне не хватало. Дерьмо по типу «да все будет хорошо» – это не то, что мне было нужно. Я – реалист, которому необходимы реалистичные варианты исходов событий, и пока мой телефон молчит, я не верю в то, что все, блять, будет хорошо.

Поэтому, я взметнулся с места до того, как Трент успел вставить что-то неуместное.

– Ладно, – я прошагал мимо него, шире раскрывая дверь и натыкаясь взглядом на поджидающего возле стены Робина с распухшим носом, и поджал губы.

Если Донован имел привычку убеждать взглядом, что все отлично и ещё есть возможность все исправить, то в глазах Мэддокса читалось грубое «я же говорил». Плевать мне, что он там говорил и хотел ещё сказать. Я не собирался отступать от своего до того, пока не испробую все варианты самостоятельно.

Я прошел к лестнице, изображая из себя ходячую аномальную зону, потому что любое приближение кого-то могло закончиться полетом в астрал или в травмпункт.

Сука.

Мои мысли хаотично возвращались к ночи, где я казался максимально открытым и умолял не уходить Бэмби до того, как мы поговорим, но я слишком много взвалил на неё. Она ушла. И теперь молчала. Мне нужно было выждать хотя бы неделю прежде, чем засовывать язык ей в рот после того, как ей разбили сердце в щепки прямиком перед дюжиной зрителей.

Я зашел на кухню, где часть команды уже сидела за столом, заткнувшись после моего появления, и занял свободный стул, притягивая к себе тарелку с кашей, которая на вид была похуже рвотной массы.

– Карлайл, – капитан защиты, Кейд, призвал мое внимание, и я поднял голову, – ты так из-за приближающегося матча загоняешься? Или..?

– Или, – пробормотал я, засовывая в себя ложку.

Единственное, о чем я мог беспокоиться касательно матча, так это то, что Брэм Рэйвен недостаточно сильно прокатится лицом по газону и ему не отобьют все ребра. Я мог его понять, но он сделал хуже себе, влетев в драку. Уверен, их тренер, славящийся особой жестокостью в плане наказаний, вклинит кол в их зад, освободив меня от части работы.

– Да ладно, – Трент сел рядом со мной, – отвалите от него. Просто в плохом настроении.

– После вчерашней драки-то, – подхватил один из близнецов, – я бы тоже страдал в честь потерянного обаяния.

Я поднял глаза. Тайлер указал на свое лицо, разукрашенное похлеще моего, и хмыкнул.

– Но шрамы украшают мужчину.

Усмешка вырвалась из меня.

Ладно, я был слишком категоричен к себе и к сложившейся ситуации. Рано или поздно это бы произошло, я не смог бы игнорировать чувства Бэмби к Тиану вечность.

– Шрамы, а не опухшее лицо с перепоя, – Трент взглянул на Тайлера.

– Доброе утро, мальчики, – на кухню залетела милая брюнетка с стеснительной улыбкой на губах и, опустив голову, прошмыгнула к островку, на котором стояла женская сумка.

В помещении мгновенно образовалась тишина, всё внимание переключилось на девушку. Ребята переглянулись между собой, пока девушка, схватив свою миниатюрную сумочку, не побежала к выходу, оставив после себя глотать пыль.

– Всего доброго, мальчики, – прощебетала та перед тем, как исчезнуть.

– Это… – я взглянул на озадаченного Робина, пожавшего плечами, и перевел взгляд обратно к дверному проему, в котором появился заспанный Митчелл.

Блондин с распущенными волосами спокойно прошагал к холодильнику, откуда выудил банку безалкогольного пива. С жадностью он начал её поглощать, пока мы все наблюдали за ним.

Я же сказал, что этот придурок не умеет быть трезвым. Даже, если он не пил, он курил, и часто не просто сигареты. Его заносчивая задница никогда не оставалась без приключений, и, судя по его опухшему носу и зеленовато-желтому фингалу под глазом, жизнь его ничему не учила.

Мой хмурый взгляд, видимо, все-таки прожег дыру в сознании Эммерса, потому что он опустил банку перед собой, отрыгнув после, и сморщился. Его голубые глаза оглядели стол, заполненный его сокомандниками, и заблестели вместе с кривой улыбкой на лице.

– Доброе утро, говнюки.

– Тебе что, – начал Трент, хмуря лоб, – не хватило того, что произошло ночью?

– А что произошло ночью? – как ни в чём не бывало, Митч схватил свободный стул и развернул его спинкой вперед, усаживаясь на нем поудобнее. – Ничего критичного. Я отстоял свою честь. Вы тоже отстояли мою честь. К чему претензии, братья?

– Твоя честь слишком дорого стоит, – подметил я, указывая пальцем на свое лицо. Даррен, Робин и остальные выглядели не лучше моего, – тренер нас сожрет с потрохами, если узнает, что причиной драки стало твое недержание члена.

– Если кто-то из вас будет меньше трепать языком, то большой босс никогда и не узнает об этой драке, – известил Эммерс, снова глотая пиво, как воду.

Даррен покачал головой, понимая, что спор был абсолютно бесполезен, но Трент, как обычно, не унимался, собираясь выплеснуть весь свой гнев. На его плече красовался ряд царапин, в диаметре составляющих около восьми сантиметров, и эта запекшаяся кровь, полученная в драке, была хлесткой пощечиной его обаянию.

– А ты думаешь, что он поверит в легенду о массовом падении футболистов с лестницы?

– В теории, – блондин сощурился, запрокидывая голову и делая вид, что задумался, – есть вероятность.

– Да, кретин, нулевая.

Я заржал вместе с парнями, наслаждаясь очередным спором между Трентом и Митчеллом и отгоняя от себя прочь негативные мысли, связанные с Бэмби.

Вероятнее всего, она уже жалела, и, может быть, это немного задевало мою непомерную гордость, но в общей картине моего плана захвата её сердца особого влияния не имело. Просто я был раздражен тем, что ситуация была до жути комичной и решалась в два счета одним разговором, к которому Бэмби, очевидно, не была готова. Окей. Я