Девочка с веслом, или личный друг домового - Сербский

В конце концов, в собачьи миски отправилась не только каша с мясом, но и сметанный соус, яйца, колбаса и сыр. А также печенье и вчерашний пирог. Нам не жалко, а Жорику приятно. Ничего не пропадет, сомнений а этом у меня не было. Недаром люди говорят: «голодный как волк». Наш Пес именно такой.

Покончив с неотложными делами, Настя вернулась в комнату. Здесь развивалось интересное действо — Нина Ивановна занималась физкультурой. Сидя на диване, она подошвами ног катала по полу скалку.

— Когда я смогу ходить? — пропыхтела начальница, скрывая довольную улыбку.

— Так это уже от тебя зависит, боярыня, — Марфа развела руками. — Как пойдет. Мышцы стопы тренировать надобно. У тебя там все новенькое: и связки, и сухожилия, и мышцы. Биомеханика стопы — это движение. А ноги твои глупые, как дети малые, их учить надо.

— Послушайте, уважаемые бабушки, — нахмурилась Нина Ивановна. — «Как пойдет» — так дело не пойдет! Настя моя подопечная, а Катя — моя подчиненная. Им угрожает какая-то скотина, а я здесь сижу?

— И что ты хочешь от нас, боярыня? — вздохнула Глафира.

— Сделайте чего-нибудь!

— Лекарство дать, что ли? — фыркнула Марфа. — Ты еще наговор какой-нибудь потребуй! Ага. Мясо на ногах есть, силу развивать надо постепенно. Давай работай.

— Я работаю! А вы сидите.

— Товарищ не понимает, — резюмировала Глафира. — Сколько ни тверди, и она свое долдонит. Ладно, давай встанем. Бери костыль, боярыня! А ты, хозяйка, с другой стороны ее подопри.

Нина Ивановна поднялась, и Катя ухватилась за начальницу:

— А она не упадет?

— Конечно рухнет, тут к бабушке не ходи, — уверенно заявила Глафира. — Мы с Марфой будем спереди страховать… А сзади собачку поставим. Эй, песик, иди сюда!

Осторожно заглянув в дверной проем, Жорик заходить не спешил:

— Чего надо?

— Стань вот здесь!

— Зачем?

— Если Нина Ивановна упадет, ей мягче будет.

— Думаешь? — покрутив носом, Пес вывалил язык. — А мне?

— А тебе я сахарку дам, — пообещала Глафира. — Потом.

— Два сахарка, — решился Пес. — И сейчас!

Нина Ивановна шагнула, затем еще раз. И завалилась набок. В ту сторону, которую должен был держать костыль, но опора поехала вместе с половиком. Настя бросилась помогать Кате, однако начальница справилась сама. Она шустро заползла на диван и радостно рассмеялась:

— С наскока не вышло. Ну и ладно! Что дальше?

Кикимора раздумывать не стала.

— Теперь, боярыня, так: повторяем «дворники». И сразу, без перерыва, пальцами ног собираем тряпку, — изобразив хватательные движения, она усмехнулась. — А потом разравниваем, и снова комкаем. Упражнение только на первый взгляд простое, потом тебе понравится.

Глава 44

Глава сорок четвертая, в которой первый отдел — всем ребятам пример

Очередной будний день разнообразием не блистал. Мы убрали со стола, помыли посуду, поставили тесто на пирог. А потом, как обычно, незаметно навалились домашние хлопоты. Приборка, стирка, глажка, готовка… В любом доме у хорошей хозяйки неотложных дел полно, они никогда не переводятся. И помощь ребенка лишней не стала. Это разумно, уж подмести пол и постирать собственные сорочки Насте несложно. Такое занятие само по себе неплохое развлечение, особенно когда в доме нет телевизора и компьютерных игр.

Нина Ивановна под руководством кикимор продолжала мучить физкультуру, не забывая при этом о мозговом штурме. Катать ногой мячик и читать документы — задача под силу не только многозадачному Цицерону, верно? Одно другому не мешает, прямо любо-дорого посмотреть! И вот эту сельскую идиллию нарушил телефонный звонок.

— В штаб вызывают, — сообщила Захарова, положив трубку. — Пришел секретный приказ, требуют явиться для ознакомления.

Катя охнула:

— Какой тебе, к чертям, штаб? На костылях ты не дойдешь, ползком добираться станешь?

— А я никуда не собираюсь, — Нина Ивановна улыбнулась, рассеяно поглаживая ёжик на макушке. — Капитан Захарова в отпуске, между прочим. И мои обязанности исполняет сержант Сурикова. Понятно? Так что давай, собирайся. Первый отдел ждать не любит.

— И почему я не удивлена? — улыбнувшись в ответ, Катя кивнула согласно. — Молока заодно куплю, и хлеба. Настя, прогуляться не хочешь?

Отказываться было бы глупо, девочка мигом натянула сарафан. Катя тоже переоделась в парадно-выходное платье и, наклонившись к зеркалу, легким мазком подкрасила губы.

— Глафира Гавриловна, а ведь за мной должок, — сообщила она между делом. — Пойдете со мной в магазин?

Неожиданно кикимора засмущалась:

— Да не стоит, наверно, хозяйка. У собачки оказался всего лишь ушиб грудной клетки, ничего особенного мы там не делали…

— Ну ведь лечили же?

— Мазью только помазали. Аппетит у него хороший, так что за день-два само заживет, как на собаке.

— Нет уж, — возразила Катя. — Я вам обещала, а мое слово твердое! Пошли-пошли.

Предстоящий шопинг возбудил бабушек невероятно. Они захлопотали и забегали. Как перед праздничным утренником засуетились, ей богу. А потом оккупировали Настины карманы, и велели трогаться. А нам что? Нам только панамку надеть да сандалии застегнуть, вот и все сборы.

Пес предпринял повышенные меры безопасности. Приняв невидимый вид, он затрусил рядом, настороженно вертя головой в режиме «стелс». Молодца! Сердце радуется от такой заботы. И вообще, когда Жорик рядом, на душе как-то спокойней.

Люди говорят, что все дороги ведут в Рим. Не знаю, в нашем случае асфальтированная дорога была одна, и вела она к гарнизонному штабу. Чтобы никто ничего не перепутал, об уровне этого органа напоминала большая красная вывеска на стене рядом с дверью. Средоточие власти, пуп земли… Это не географический термин, и не космология. Штаб — центр реальной силы.

Возле квадратной беседки, обвитой плющом, наблюдался чистый, будто просеянный песочек, а вот курящей толпы не виднелось. В предбаннике штаба тоже царила гулкая тишина. Впрочем, ничего странного, лето — пора отпусков. И мудрое начальство об этом никогда не забывает. Щупальца власти иногда надо лечить грязью и греть на солнышке, верно?

Часовой с автоматом на груди бдел у красного знамени, а напротив него в стеклянном аквариуме замер дежурный по части. Тихим голосом Настя вежливо поздоровалась. Но часовой глазом не повел. Устав запрещает разговаривать на посту, не положено. И дежурный по части приветствие пропустил — с открытыми глазами он явно пребывал в отлете.

По пустынному, чисто вымытому коридору мы дошли до конца, где оказались у цели. Об этом гласила строгая табличка на металлической двери. Катя нажала кнопку звонка под надписью «Первый отдел», через пару минут дверь открылась.

— Привет, — улыбнулась наша воспитательница. — Сантехника вызывали?

— Мне не до шуток, Сурикова, — поправляя очки, нахмурилась тощая дамочка с острым носиком и погонами старшины сверхсрочной службы. — Здесь серьезные дела. И