Чудовищная алхимия. Том 8 - Борис Фёдорович Тролль

к площади друзья видели трупы, просто огромное количество тел. В основном, конечно, горожан. При этом различий между полом и возрастом нападавшие не делали и вырезали с каким-то особым зверством всех подчистую, из-за чего Леопольд скрипел зубами, а Зефир старался не пропустить ни одну тварь по дороге.

Срубив мечом метнувшееся к нему щупальце, растущее из головы «человека-лука», командир резко сблизился и врезал ладонью тому по роже. Огромная голова тут же оторвалась и отправилась в полет, а тело постояло недолго и осело на землю.

Зефир же огляделся, выбирая маршрут. Путь раздваивался на две улочки: первая, насколько он понимал, чуть позже вливалась в главный проспект, ведущий до храма, а правая — вроде бы долгое время шла параллельно.

И, по идее, нужно было идти налево и просто двигаться все время вперед. Вот только молодой человек сомневался.

Прошлый раз, когда они свернули на эту просторную улицу, то угодили в самое сердце замеса между несколькими сотнями человек. Пара десятков адептов, трое чемпионов, стража и огромное количество мутантов устроило натуральный хаос, и командир решил в нем не участвовать.

Эффективнее и легче было выбивать не очень большие отряды врагов, чем вваливаться во всеобщую свалку и терять время. Потому-то он и двигался сбоку от главного проспекта.

Внезапно раздумья Зефира прервал грохот, раздавшийся впереди.

В следующую секунду дом по левую руку разлетелся щебёнкой, и из него, будто стрела, вылетела фигура в каменном доспехе. Просвистев через небольшую улочку, та пробила стену следующего здания на уровне второго этажа. Да так и осталась внутри, пока на нее сверху сыпалась крыша и перекрытия.

На мгновение командир опешил, но тут же пришел в себя и бросился к развалинам. Оказавшись рядом и запрыгнув на огромную кучу камня, досок и разломанной мебели, парень начал раскапывать обломки, мысленно чертыхаясь и опасаясь худшего.

Через несколько секунд к нему присоединился Леопольд, и работа в четыре руки пошла быстрее. Отбросив большой кусок стены в сторону, Зефир увидел под ней застрявшую в завале верхнюю часть фигуры в каменной броне.

Подскочив к ней, он присел рядом и приподнял голову девушки, нежно проговорив:

— Мила, как ты?

— Ох… — простонал грубый мужской голос. — Какая еще Мила?

Командир тут же переглянулся с не менее удивленным чернявым, подсевшим ближе, моргнул пару раз и резко убрал руки. Чужая голова моментально треснулась о камень, а из доспеха послышались ругательства.

Парень поднялся и глянул на путь, проделанный этим мужиком через постройки. Из-за того, что Зефир сильно переволновался, он особо не обращал внимания на творящееся вокруг. Однако на проспекте, который теперь было прекрасно видно из-за разрушений, происходило нечто странное.

— Сука! Какая же ты сука! — сквозь шум битвы, охвативший весь город, раздался громкий голос черноволосого мужчины, стоявшего в одиночестве посреди широкой улицы. — Как ты могла предать госпожу⁈

В глаза сразу бросался его большой орлиный нос и отсутствующая по локоть правая рука. Из рваной раны рекой лилась красная жидкость, отчего под ним уже накопилась целая лужа, а мужчина пытался пережать кровотечение, но без особого успеха.

— Предать? — перепросила фигуристая длинноволосая брюнетка, находившаяся напротив, и истерично захохотала.

Командир даже глаза протер, потому что это была никто иная, как архичемпион Забава, переметнувшаяся на сторону еретиков. На это недвусмысленно намекала пара персонажей, стоящих рядом с ней.

Первый — рыжий мутант, ничем не отличавшийся от человека, помимо третьей ноги, росшей прямо из области паха. Судя по всему, довольно важная шишка, потому что обычному монстру вряд ли бы выдали портки с тремя штанинами.

Второй — лысый бугай тоже на чудовище не сильно походил, если не считать жвал на месте губ и маленьких фасеточных глаз.

Однако оторопеть вызывало не это, а опасность, которой фонтанировали все четверо. Раненый брюнет, трехногий и Забава — все примерно на одном уровне — архичемпионы.

А вот лысый полужук был еще сильнее, хотя куда уж больше.

Зефир в этот момент отчётливо осознал, что делать им с Леопольдом тут нечего, в то время как с плеча, будто подтверждая его мысли, заскулил Брут.

— Это она первой предала меня! — резко оборвала смех брюнетка и спросила: — Знаешь ли ты, Петроний, сколь мне осталось?

Не дожидаясь его ответа, женщина продолжила на повышенных тонах:

— Максимум год, и я умру от старости! И что мне дала Бойня за верную службу вместо вознесения⁈ Что ты молчишь, лицемер⁈ Ты ведь знаешь ответ!

Забава буравила брюнета напротив диким взглядом, в котором проскакивали искорки самого натурального безумия.

— Я верю, что она скоро откликнется… — попытался возразить Петроний, но был моментально перебит собеседницей:

— Она меня сожрет! Меня! Того, кто служил ей верой и правдой шесть сотен лет!

— Я вижу, тебя не переубедить, — вдруг вспыхнула синим пламенем фигура брюнета.

Спустя миг перед ним возникли три ярко-голубых огненных шара размером с бочку и тут же были отправлены с огромной скоростью в противников.

Забава резко взлетела, пропуская снаряд мимо себя. Трехногий увернулся, не уступая в скорости командиру. А лысый попросту вытянул ладонь вперед. Жаркая сфера врезалась тому в руку, и глаза Зефира полезли на лоб.

Смертельная атака, которая должна была прожарить мутанта до корочки, внезапно пыхнула в стороны искрами и начала опадать на брусчатку тысячей коричневых и противно извивающихся жирных червяков.

Это стало последней каплей для молодого человека, и он, тихо бросив:

— Валим скорее! — спрыгнул с развалин и начал улепетывать по направлению к храмовой площади, а Леопольд поспешил за ним.

Позади начали раздаваться взрывы, и, обернувшись на ходу, командир увидел огромный столб синего огня, поднявшийся метров на пятьдесят. А еще он заметил, что чернявый тащил на себе того каменного чемпиона, проломившего дом.

Зефир ничего не сказал и ускорился, продолжая бег.

Спустя несколько минут, товарищи уткнулись в перпендикулярную улицу, а перед ними возвышался трехэтажный дом.

Командир не стал мудрить и остановился, а затем применил Шаг, оказавшись вместе с Брутом на крыше. Через секунду рядом стоял Леопольд.

— Опусти ты меня уже! Я хочу сражаться! — послышался голос его ноши.

Товарищ пожал плечами и одновременно с этим скинул мужичка в каменном доспехе. Тот рухнул вниз на черепицу, и она подозрительно захрустела под его весом.

— А помягче нельзя? — сварливо спросил этот наглый тип, продолжая лежать.

Прошло мгновение, и под громкий треск он вдруг исчез, проломив крышу, а снизу послышались ругательства.

Леопольд дернулся было к дыре, но Зефир остановил его:

— Да хрен с ним, ты лучше туда смотри, — молодой человек указал на гигантскую площадь, видневшуюся с высоты.

Там,