Жития русских святых - Сергей Иванович Смирнов

Часовня, наскоро построенная при обретении мощей св. Кирилла, была мала и не могла вмещать множество приходивших богомольцев, к тому же от времени она пришла в ветхость и несколько не соответствовала тому уважению и усердию, какое народ оказывал святым мощам. Наконец, и самые мощи со времени их обретения оставались по-прежнему закрытыми, как бы под спудом, так что новые вельские священнослужители, посвященные после обретения мощей, ничего о них не знали и мощей не видели. Вследствие всего этого «в лето 7095 (1587) г., сентября 1 день, – свидетельствует краткое рукописное сказание о преподобном Кирилле и чудесах его, – на Вельском у Николы Чудотворца священнослужители, отпевшие в собором обедню, начали между собою советовать, и рече священник Феодот священнику Михаилу и дьякону Симеону: «Отпоем собором молебен в часовне преподобному Кириллу чудотворцу, где гробница стоит и его, преподобного, мощей досмотрим, есть ли он тут в гробнице во плоти или в персти его мощи, что от гроба его великое чудотворение бывает, а про его мощи неведомо, токмо единому Богу сведущу?» «Буди воля Господня», – сказали в ответ священник и дьякон, и все трое во всем сану, как служили обедню, шедше в часовню и отпев молебная, вскрыша верхнюю доску гроба и узреша мощи его (Кирилла) во плоти, ни чим же вредимы, а губу верхнюю земли отда, и образом млад, а саван и срачица яко вчера положены и не истле никакоже, а гроб его не изгни и невредим ничем же. И повелеша священницы звонити во вся колокола, и бысть радость неизреченная, и начаша священницы и весь народ от радости плакатися. И посоветовавше священницы гроб его понесоша на главах своих в церковь великаго чудотворца Николы и поставиша среди церкви и начаша пети над ним надгробная провождения со псалмы и песни и посем отпеша панихиду великую и поставиша гроб его в церкви Николы Чудотворца по страну алтаря к правой стене и освятиша весь народ покропивше и совершивше молебная Всемилостивому Спасу и Пречистей Его Матери и Николе Чудотворцу и преподобному чудотворцу Кириллу».

Из того, что священники советуются между собою, как бы не зная, что делать, но, решившись только осмотреть мощи, они вдруг переносят их в церковь, о чем не было сперва и речи; из того далее, что они действуют при этом своеобразно: начинают молебном св. Кириллу в часовне, а потом над ним же поют надгробное провождение и панихиду, – видно, что они не имели для этого никакого указания и распоряжения епархиального начальства. А по отдаленности от Новгорода и по своей простоте действовали едва ли с ведома и благословения Новгородского владыки, к епархии которого принадлежали. Но, очевидно, была на то воля Божия, и св. Кирилл как бы спешил оправдать поступок священников, ознаменовавше перенесение своих мощей новым чудом. В этот же день (1 сентября) у гроба его получил исцеление отрок Симеон, сильно страдавший болезнью чрева, от которой тогда страдали многие, а немало и умирали. Спустя после сего две недели (16 сентября) в один день последовало два чуда.

Последним в древней рукописи записано следующее чудо. Некто Созонт на Ваге выстроил себе новый дом, и «нача человеческая мудровати и часа добра прехождению своему искати». Чтобы в счастливый день перейти на новоселие, Созонт, обошедши всех знахарей, пришел за советом и к приходскому своему священнику, который и назначил ему днем новоселья субботу. Но когда Созонт перешел в новый дом, то вскоре начали хворать его домашние, а затем и сам он заболел горячкою и в течение десяти дней бредил и кричал днем и ночью не в уме. Однажды в полдень, когда больной на несколько времени пришел в сознание и стал засыпать, он увидел молодого человека, который вошел в комнату и сел в головах его постели. «Кто ты?» – спросил его Созонт. «Я Кирилл Вельский и пришел посетить тебя». Созонт со слезами стал просить св. Кирилла о помощи и избавлении от болезни. «Иди, – отвечал ему явившийся, – на Вельский погост, вели отпеть молебен Кириллу – и будешь здоров». – «Не могу идти, потому что ноги у меня опухли от болезни, да к тому же и денег нет у меня на молебен». – «Когда не можешь идти ныне, – сказал ему святой, – то ты хоть обещайся сходить помолиться Кириллу, когда будешь здоров, и ежели не имеешь денег, чтобы заплатить клирошанам за молебен, то у тебя много капустного семени, тем и заплати, а про меня расскажи всем, что ты видел». Сказавши это, юноша стал невидимым, а Созонт, пробудившись от дремоты, почувствовал себя совершенно здоровым.

Долго ли мощи св. Кирилла почивали в Никольской церкви – неизвестно, но когда церковь сгорела, то и они сделались жертвой пламени, так что после пожара собрано было от них только несколько костей, которые и хранились в ящике в алтаре каменной Троицкой церкви. Так как мощи праведного Кирилла, несмотря на долговременное пребывание их открытыми, никогда не были освидетельствованы высшей церковной властью и имя его осталось почему-то не внесенным в древние святцы, то по образовании из Вельского погоста города Вельска перестали призывать Кирилла Вельского в церковных службах, а чтобы удовлетворить требованию народа, привыкшего к торжественному празднованию его памяти (9 июня), один из престолов кладбищенской церкви освятили Кириллу Белозерскому, празднуемому в тот день Церковью. Впоследствии остатки мощей праведного Кирилла, сделавшиеся предметом любопытства, были скрыты в землю под одним памятником на престольном месте прежней сгоревшей церкви. Но икона праведного Кирилла долгое время находилась в иконостасе теплого собора, и народ глубоко уважает своего отечественного угодника и почитает до сего времени его память.

Кирилл, игумен Белозерский, преподобный

Преподобный Кирилл, в миру Косма, сын благородных и богатых москвичей, в детстве получил приличное воспитание. Оставшись в юных летах сиротой, он, по поручению родителей, жил у родственника своего, боярина Тимофея Васильевича Вельяминова, окольничего при дворе у князя Димитрия Донского. За тихий нрав и добрую жизнь боярин любил Косму и поручил ему присмотр за хозяйством и за слугами своего дома. Юноше открывалось блистательное поприще светской службы, но он стремился к подвижничеству. Он не открывал расположения своего благодетельному родственнику, потому что уверен был в несогласии Тимофея с его желаниями, и тайно молился Господу. И вот пришел в дом боярина преподобный Стефан Махрищский († 1406; память 14/27 июля),