Отпрыск рода Орловых. Том 3 - Демьян Копьёв

Максим, Стелла не сможет выжить. Ее внутренняя матрица почти полностью раздроблена, там только рваные ошметки. Пока еще не придуман способ, как их сращивать вместе. Даже видеть эту матрицу могут единицы. Не говоря уже о чем-то другом.

Я поперхнулся.

Это что, Рабашский сейчас говорит про жизненную силу? И он ее видит?

Похоже на то.

Я думал — я такой единственный.

Алина, в отличии от меня, ее лишь чувствовала.

— Семен Семенович, — задумчиво потер подбородок, — то, что я скажу должно остаться между нами.

— Опять клятва?

— Не опять, а снова.

— Хм-м, заинтриговали. Если это будет что-то такое же удивительное, как в прошлый раз, готов клясться хоть каждый день.

— Каждый день не нужно.

Когда магическая клятва была скреплена, я потер ладони и хитро улыбнулся.

— Жизненная сила или как вы ее назвали — внутренняя матрица, вполне поддается восстановлению.

— Может быть, только я еще не видел ни одного человека, который мог бы с ней взаимодействовать.

Я сделал многозначительную паузу.

— Он перед вами.

— Кхе-кхе, — закашлялся эскулап, — Не стоит так шутить.

— Какие шутки? Я говорю полностью серьезно.

Рабашский подскочил с места, взирая на меня с недоверием, надеждой и благоговением.

— Вы, вы… Максим! Это же открытие! Скольким людям мы сможем помочь, если сумеем разработать методику лечения и обучить работе с матрицей тех людей, которые ее видят.

Покачал головой.

— Не выйдет.

— Почему? Вы не хотите делиться знаниями? Понимаю… Все понимаю, но я могу посодействовать, у меня есть выход на нужных людей. Соберем конференцию, пригласим самых именитых эскулапов, а также глав Великих родов. Ваше открытие никто не сможет присвоить. Максим, могу с уверенностью сказать, что в скором времени вас ждут деньги и слава!

Рабашский метался по комнате и нечленораздельно бормотал, совершенно забыв о Подольской.

Эк его разобрало.

— Семен Семенович? — молчание, — Семен Семенович? — повторил я уже громче и хлопнул рукой по стоявшему рядом комоду.

— А? — посмотрел на меня эскулап лихорадочно-блестящими глазами.

— Умерьте пыл. Я же сказал — ничего не получится.

— Да почему?

— Потому что никто, кроме меня, не сможет на данный момент оперировать жизненной силой. Это своеобразный дар, который отсутствует у других.

— Позвольте, но как вы можете быть в этом уверены?

— Потому что, так и есть.

— Ты всего лишь восемнадцатилетний мальчишка, возомнивший себя невесть кем! Считаешь себя выше остальных магов? — раскраснелся Рабашский, — Нет, нет, ты просто решил надо мной посмеяться. На самом деле ты ничего не умеешь, просто набиваешь себе цену в моих глазах. Зачем?

— Семен Семенович, успокойтесь, — произнес устало, — и постарайтесь поверить на слово. Если бы я мог передать свои знания и умения, то непременно это сделал.

— Ну да, ну да, наверно, может быть, — вновь забубнил эскулап.

— Да возьмите вы себя в руки! — рявкнул не выдержав.

Подействовало. Рабашский словно вынырнул из-под толщи воды и уже спокойным, уравновешенным голосом произнес.

— Вы правы, Максим. Прошу меня извинить, просто то, что вы рассказали столь уникально, что я до сих пор не могу поверить.

— Поверите.

— Тогда, что же мы ждем? Давайте приступим к лечению.

— Эм-м, тут есть еще один нюанс.

— Какой?

— Метод, которым я буду передавать энергию жизни Стелле Яковлевне, чрезвычайно необычен.

— Погодите-ка, как передавать? Вы хотите сказать, что поделитесь своей матрицей? Нет-нет и нет, я запрещаю! Это крайне опасно: во-первых — не факт, что получится; а во-вторых — в результате передачи вы сами можете оказаться в состоянии овоща. Что я буду тогда с вами двумя делать?

— Не волнуйтесь. Я уже использовал подобную методу, и как видите, жив — здоров.

— Хорошо, — согласился эскулап, — но как только почувствуйте себя плохо, сразу говорите, и мы прервем процесс лечения.

— Нет, прерывать ничего не будем. Поверьте, смерть мне не грозит в любом случае. Единственное, очень прошу — не обращайте на меня внимания.

— Эм-м, — не понял Рабашский.

— Энергия жизни передается при… Как бы это сказать… Совокуплении.

— Кх-р, Кх-р, — захрипел эскулап, глотая воздух, — Вы что, хотите надругаться над несчастной? Это называется изнасилование, и я не собира…

— Семен Семенович, зачем вы бежите вперед паровоза. Вроде серьезный ученый, а ведете себя как десятилетний, несдержанный пацан. Не собираюсь я никого насиловать, но целовать придется.

— Уф-ф, вы серьезно считаете, что подобные действия чем-то помогут?

— Просто, давайте уже начнем. Вы излечиваете орган, восстанавливаете вокруг него систему энергоканалов, а я наполняю его жизненной силой.

— Эх, была не была! Поехали, молодой человек!

Глава 27

Это было сложно. Очень. Не только физически, но и эмоционально. Рабашский вливал энергию и лечил органы, потом подключался я, напитывая женщину жизненной силой. Осложнялось все тем, что Семен Семенович подозрительно на меня пялился, когда я начинал целовать Подольскую.

Если бы не получилось — уверен, эскулап оторвал бы мне голову.

Пронесло. Жизненная сила маленькими, но такими необходимыми порциями поступала в тело женщины.

Рабашский, не веривший до конца в мои способности, но воочию убедившись в том, что я не соврал — хмыкнул.

— До последнего не верил. Надо же, работает.

— А вы как думали? Конечно, работает. Я с такими вещами, как человеческая жизнь шутить не люблю.

Провозились мы больше половины дня, прерываясь пару раз на короткие перерывы. Лишь к половине третьего, когда сил не осталось ни у Семена Семеновича, ни у меня — остановились.

Устали как бобики. Рабашский приземлился на стул, вытирая со лба пот, я же плюхнулся прямо на пол.

— М-да, такими темпами мы провозимся несколько недель.

— Дольше, — простонал эскулап, — если проводить лечение каждый день, тогда может и уложились бы в месяц, но посмотри… Мы оба выжаты до предела. На восстановление уйдет время — самое меньшее пара суток, только потом сможем повторить. При всем желании, я не смогу вытащить из себя больше энергии, чем сейчас, но это ерунда… Вы, Максим, дали надежду. У нас есть шанс, а это многого стоит.

— Ничего Семен Семенович, с энергией я помогу. Буду сам вливать в Подольскую наряду с жизненной силой, вам же останется только проводить манипуляции по восстановлению. На это у вас энергии хватит?

— На это —