ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

вернул. Гусинский в это время не имел постоянной работы и нелегально занимался ростовщичеством и махинациями с антиквариатом и драгоценностями. Это уголовное дело было прекращено за недоказанностью в декабре 1986 года.

В 1989 году в КГБ поступило анонимное заявление, в котором сообщалось, что Владимир Гусинский, возглавляя консультационный кооператив «Инфекс» при Министерстве внешнеэкономических связей, давал взятки заместителю министра Шестакову и другим высокопоставленным чиновникам министерства за содействие в организации сделок с зарубежными партнерами.

Однако, рассмотрев заявление, Первый отдел 5-е Управления КГБ вынес заключение, что театральный режиссер Гусинский сотрудничает с органами безопасности под псевдонимом «Денис», используется в работе по театральной интеллигенции и характеризуется положительно. Материалы расследования подшили в дело, а агента «Дениса» переориентировали на работу по теневой экономике.

Позже, в своих мемуарах, Бобков рассказал детали самоубийств Фадеева и Цвигуна, о преследовании правозащитника генерал-майора Григоренко, о выдаче разрешения на первые советские издания книг Северянина, Мандельштама, Бруно Ясенского и других запрещённых к публикации авторов, о своей встрече с монархистом, принявшим отречение Николая II, впоследствии политзаключённым Шульгиным.

Бобков признал свою ответственность и выразил сожаление за участие в высылке в 1980 году в Горький академика Сахарова. За 45 лет деятельности в органах государственной безопасности Бобков работал при 12 руководителях ведомства госбезопасности: Меркулове, Абакумове, Игнатьеве, Берии, Круглове, Серове, Шелепине, Семичастном, Андропове, Федорчуке, Чебрикове, Крючкове.

Из всех руководителей СССР, при которых он работал, Бобков одобрительно отозвался только о деятельности Андропова. Он также тепло отзывается о своих заместителях Маркелове, Серегине, Обухове, Абрамове, Чирикове, Проскурине, Пястолове, Махмееве, Денисове, Никашкине.

Подверг критике регламент и содержание работы Политбюро. Утрату авторитета Политбюро Бобков связывает с тем, что его решения перестали интересовать обычных людей.

В октябре 2001 года Бобков, комментируя теракты в США 11 сентября 2001 года, осудил исламских террористов, но выразил уверенность, что к терактам были причастны сами граждане Америки, а не только исламисты. Высказывался в поддержку антиглобалистов, считая это явление закономерным процессом развития человечества, к которому «надо присмотреться повнимательнее», поддержал внешнеполитический курс Путина, сказав, что «перед Америкой мы шапку ломать не будем».

Выступает со статьями и интервью в российских СМИ и в периодических изданиях Франции, Испании, Болгарии, Южной Кореи, Германии, США, Японии, Венгрии.

В 2002 году им в соавторстве с Е.Ф. Ивановым, А.Л. Свечниковым, С.П. Чаплинским выпущены книги «Глобальный капитализм», а в 2003-м – «Современный глобальный капитализм».

Как руководитель 5-го Управления, Бобков руководил борьбой КГБ с антисоветчиками, диссидентами, националистами, сектантами, предотвращением бегства граждан СССР за рубеж, розыском и изъятием антисоветской и «самиздатовской» литературы. Однако в итоге Пятое управление оказалось не готовым противостоять массовым проявлениям национализма и силовым сценариям захвата власти в регионах.

Эдвигор Эскин в книге «Как готовили предателей» пишет: «Бобков может говорить много, но старательно обходит любую конкретику. Его типичные ответы на вопросы: Приходилось ли кого-нибудь вербовать? “Если бы я никого не вербовал, я бы не смог работать”. Почему при Сталине сажали, а при Брежневе высылали? “Да бросьте, никого не высылали, все уезжали сами”».

Зато о любимом председателе КГБ только хорошее:

«Андропов был не только убежденным коммунистом, но и очень трезвым реалистом, прагматиком. Вот говорят, что он – автор перестройки. Это ерунда! Когда Юрий Владимирович стал Генеральным секретарем, то в своей первой и, к сожалению, единственной работе он сразу вернулся к Марксу. Сразу! Он сказал, что надо посмотреть на то, в каком обществе мы живем, и по Марксу определить, что нам теперь следует делать… (По Марксу – это капитализм.)

Он мне говорил, что мы должны разобраться в том, какой у нас социализм. Что, наверное, в социализме у нас можно и нужно что-то корректировать, поправлять, модернизировать, развивать, но ведь другого социализма в мире нет, и никто не знает, каким он должен быть в идеале… А потому нам надо разобраться, что у нас есть, и идти дальше. Именно так поступает первопроходец. Перестраивать социализм Андропов не собирался».

Это очень похоже на то, что говорил и делал в первые годы перестройки Горбачев. А теперь очень хорошо известно, куда это завело страну.

Бобков для сравнения замечает, что за десять лет хрущевской «оттепели» было осуждено по статье 58–10 УК РСФСР свыше 10 тысяч человек, а за двадцать лет андроповских «репрессий» и «жестокого» 5-го Управления по той же политической статье было осуждено всего 800 человек. С фактами не поспоришь.

Ретроспектива

Эдвигор (Виктор) Эскин родился в семье белорусских раввинов, преследовался за диссидентскую деятельность, в 1979 году выехал в Израиль, патриот Израиля и еврейский традиционалист, стремящийся к укреплению связей с российскими консерваторами. Поддерживает тесные контакты с Дмитрием Рогозиным, Александром Дугиным и Владимиром Соловьевым, на Украине поддерживал Виктора Януковича.

Настоящих идейных врагов у советской власти среди видных представителей интеллигенции было мало, но Андропов считал, что сталинская идея о том, что по мере движения к социализму классовая борьба будет обостряться, теперь превратилась в идею нарастания идеологической борьбы. Запад действительно активизировал идеологические диверсии против СССР, но им был сделан вывод, что число диссидентов в стране должно возрастать. Поэтому 5-е Управление умело создавало иллюзию о существовании массового, но контролируемого инакомыслия.

С поставленными задачами Бобков справлялся успешно, поэтому Андропов назначил Бобкова, которого называли «мозгом КГБ», зампредом, а Чебрикова – своим первым заместителем. Филипп Бобков мог бы стать и председателем КГБ, однако, в отличие от большинства своих коллег, он предвидел развал системы и в начале 1991 года сам подал в отставку.

Однако до отставки и после неё партии и избранной части КГБ пришлось решать задачу по обеспечению своих тылов на случай кардинальных перемен в стране. Через полковника внешней разведки Веселовского Бобков контролировал финансовые операции Кручины и контакты руководства КПСС с Западом. В 1992 году он уже руководил Аналитическим управлением холдинга «МОСТ», возглавляемого Гусинским, которое, несмотря на бегство Гусинского из страны, он возглавлял до 2001 года.

Есть версия, что он выбрал «Мост» и поставил во главе Гусинского, потому что вложил туда немалые средства, чтобы вместе с представителями внешней разведки контролировать и приумножать там деньги партии.

Руководитель следственной группы «по делу КПСС» сотрудник Генпрокуратуры Сергей Аристов констатировал: «По большому счету ничего нового Веселовский не изобрел. Просто в девяностом году, то есть, когда у нас был социализм, они ввели рыночную экономику для Управления делами ЦК КПСС. То есть заключили договоры, перебросили деньги, внедрили своих людей и таким образом в принципе стали решать обе задачи – частично укрыть и частично зарабатывать деньги».

За время карьеры в Пятом управлении КГБ у Бобкова было немало выдающихся учеников. Когда руководство КГБ задумало и начало осуществлять план взятия под контроль экономики будущей «свободной» России, Бобков привлек к его реализации группу перспективных кандидатов в новые русские олигархи – Гусинского, Потанина, Лебедева. Среди них был и представитель чеченской диаспоры в Москве Умар Джабраилов, который сначала работал лаборантом на кафедре МГИМО,