Сбеги от меня, если сможешь - Кристина Майер

Рассвет сегодня кровавый... Хотя над лесом весит густой серый туман.

Последние пару часов я сижу на байке и пялюсь в телефон. Батарея скоро сядет, и мой мозг тоже. Работает следственная группа и нас попросили не мешать. Когда уже вывезут трупы? Если они в таком темпе будут работать, за несколько дней не закончат. Хочу спуститься к Ледышке, меня просто ломает от желания увидеть ее вживую и прижать к себе, но я не хочу втягивать Мелину в это дело, да и кровавое поле с кучей трупов ей лучше не видеть.

- Чай сюда, что ли заказать? - подходит отец. Выглядит уставшим. С его здоровьем такие подвиги уже непосильны. Я пытался отправить его домой, но он уперся.

- Мне кофе, - улыбается Камиль, растирая глаза.

- Езжайте с Максом домой, - уговариваю друзей, которые засыпают на ходу. Упираются, но сдаются, когда подключается отец. Его слушаются и сваливают по домам.

- Спасибо, парни! - прощаясь с друзьями, жму им руки.

- На связи....

Как только криминалисты и опера заканчивают работать, очищают лес от трупов, я иду к бункеру. Хаким предупредил, что пароль сменили, а ключ остался в панели.

- Ледышка! - спрыгнув, зову свою девочку. Глаза к темноте не сразу привыкают.

- Илай, - зовет в ответ, а потом вскрикивает.

- Мелина, что? - оказываюсь рядом, в темноте нахожу ее интуитивно. Даже ничего не задел по дороге.

- Нога, - кидаясь мне на шею, произносит она. Всхлипывает, а потом ревет не останавливаясь. Целует меня всего, а я млею, как кот. Эгоистично пользуюсь ее теплом и нежностью. Взахлеб дышу ее ароматом и не могу надышаться.

- Где Хаким? - чуть успокоившись, спрашивает Мелина.

- Все нормально, жить будет, - отвечаю и только тут замечаю, что она дрожит. - Так, идем наверх, - подхватывая на руки, и несу к выходу. Ребята из охраны принимают у меня Мелину. Один из них замечает дырку от пули в куртке на плече.

- Она ранена, - выдает, когда я поднимаюсь по лестнице наверх.

- Как ранена? - сердце сжимается, переставая качать кровь. - Царапина, но нужно обработать и зашить.

Врачи после осмотра, двух швов, капельницы и компресса на лодыжке оставляют ее надвое суток в больнице, но Ледышка начинает плакать, не хочет оставаться.

К Хакиму пока не пускают, он в реанимации. Договариваюсь с врачами и забираю Мелину домой. Где ее ждет теплая ванна, сытый завтрак и куча лекарств.

- Я сама, - упрямится Ледышка, но я заношу ее в ванную комнату и помогаю раздеться.

- Мелина, стоять ты не можешь, еле сидишь, сейчас уснешь на стуле и упадешь, - строго произношу, прекращая попытки сопротивления. - Меня не надо стесняться, я все видел, запомнил так, что ни одна амнезия не сотрет. И ещё тысячу раз увижу, - подмигиваю ей, за что получаю слабый удар кулаком в бок.

В душ заходим вместе, сажаю ее на стул, помогаю принять душ. Организм хоть в ахере, а мозг понимает всю сложившуюся ситуацию, члену по хрену. Он в боевой готовности, чем смущает мою Ледышку до покрасневших кончиков ушей. Закусываю губу чтобы не отпускать шуток. Не сегодня, смущать я планирую ее ещё очень и очень долго, после того, как она поправится и окрепнет.

Помогаю ей надеть свою футболку и боксеры. Накормив ее насильно завтраком, впускаю доктора, который приехал поставить уколы и капельницу. Глаза ее слипаются. Ложась рядом, заграбастываю в объятия и засыпаю сразу после нее. Легко и спокойно, впервые за долгое время…

Впереди новая жизнь…

Глава 64

Глава 64

Мелина

Просыпаюсь, когда первые блеклые лучи солнца заглядывают в окно через тонкую пройму в сдвинутых шторах. Чувствую себя намного лучше. Лодыжка не болит, швы вчера сняли, а от простуды избавилась ещё два дня назад. Я бодра и полна сил. А ещё…

А ещё я начинаю верить, что все плохое осталось позади. Дальше нас ждет только счастье…

Не спешу вставать, любуюсь красавчиком, который теперь каждую ночь спит в моей постели. Обычно он сгребает меня в свои объятия и не дает отодвинуться, но по утрам его можно застать спящим на животе. От этой картины у меня капает слюна. Одеяло низко сползло с его идеально-рельефной спины прямо до середины ягодиц. Кровь к коже притекает, когда я смотрю на него. Илай пробудил во мне настоящий сексуальный голод. Мы три раза вчера занимались сексом, а я все равно его желаю.

Любовь…

Несмотря на то, что мне хочется его поцеловать, прогуляться губами по теплой тронутой загаром коже, я тихо выбираюсь из кровати. Это я целый день отдыхаю и восстанавливаю здоровье, а Ледовские занимаются делами. Давид Сергеевич предупредил сына, что после защиты диплома передаст ему все дела, а сам уйдет на пенсию. Мы все дружно посмеялись, не поверив ему ни на секунду.

- И куда это ты собралась? - хватая за лодыжку, Илай возвращает меня в постель.

- Тебе нужно отдыхать и высыпаться, ты вчера до двух ночи писал дипломную работу, - отбиваюсь шутя. Я точно не знаю, во сколько он уснул, это лишь предположения, основанные на факте, что Ледовский всегда поздно ложиться спать.

- Я отдохнул, а теперь я хочу тебя, - подминает под себя, а я смеюсь. - С этим срочно нужно что-то делать, - хватает мою ладонь и прикладывает к паху.

Сжимаю пальцы на твердом члене, введу вверх вниз, размазываю по головке вязкую каплю.

- Ледышка, хочу твой ротик, - со стоном выдыхает Илай.

Толкаю его в плечи, Илай переворачивается на спину. Целую его грудь живот, мучительно долго вожу губами вокруг паха, пока Илай не срывается. Берет в руки член, второй рукой фиксирует мой затылок.

- Открой рот, искусительница, - приказывает хриплым голосом, водя головкой члена по моим губам. - Мелина, - протягивает гласные звуки, закатывая глаза, когда я начинаю кружить кончиком языка по головке. Облизываю длину ствола. Забираю головку в рот и принимаюсь посасывать. Он давит на затылок, но я почти сразу начинаю задыхаться. - Расслабь горло, Ледышка, - голос Илая срывается. - Вот так, - толкается в рот несколько раз и останавливается. - Хочу в тебя, - переворачивается, ставит меня в коленно-локтевую позу, проверяет мою готовность, а потом входит одним толчком.