Шпион в архиве: Как один человек пытался убить КГБ - Гордон Корера

быстроходный катер, — не сможет совершить переход в шторм. Им придется задействовать резервный вариант. Это было более крупное круглодонное судно под названием «Ки». Джеймс осматривал его в Швеции и знал, что оно далеко не такое быстрое и комфортабельное. Это известие привело их литовского связного в ярость. Он объяснил, что это катастрофа: его людей в порту предупредили, что нужно ждать маленькую лодку. Никто не рассчитывал на тысячетонное судно. Оно привлечет гораздо больше внимания, в том числе со стороны агентов КГБ в порту. Более того, оно было слишком большим, чтобы пришвартоваться в намеченном месте. Однако было уже поздно. Шведы уже отправили крупное судно. Оно находилось в пути.

Джеймс размышлял. Стоит ли настаивать на том, чтобы шведы выслали меньшее судно, зная, что оно может не пробиться, если погода продолжит ухудшаться? Тогда они окажутся в тупике. Или пойти на риск того, что большему судну не разрешат подойти к гавани? Тогда они тоже окажутся в тупике. Он выбрал второй вариант. Погоду подкупить нельзя. А вот портовое начальство при необходимости — вполне. Удастся ли им подняться на борт, они узнают только по прибытии. Это новое осложнение сгустило и без того тревожную атмосферу, нависшую над операцией, пока они готовились к приезду Митрохина.

День операции начался еще до шести утра с налетом фарса. Стояла темень, когда сотрудники МИ-6 спустились к сонному администратору на стойке регистрации и попросили выдать им сухие пайки. Через несколько минут выяснилось, что их убрали в одно из немногих помещений, где был холодильник. Но человека с ключом от этой комнаты в такую рань на месте не оказалось. Администратору пришлось отправиться на его поиски. Время шло. В конце концов обеды были успешно «вызволены», и Роберт с Джеймсом направились к месту встречи, где местный контакт должен был забрать их на микроавтобусе в 7:15. Это оставляло достаточно времени, чтобы доехать до вокзала и встретить поезд с семьей Митрохина, прибывавший в 8:00.

Наступило и прошло 7:15. Микроавтобуса не было. Пробки? Время шло. Наступило 7:30. Микроавтобуса по-прежнему не было. Теперь они начали всерьез беспокоиться: не случилось ли чего-то плохого? Неужели их раскрыли? Наступило и прошло 7:45. Самое время паниковать. Они нашли телефон и набрали домашний номер своего местного контакта. С точки зрения конспирации это было грубым нарушением, но деваться было некуда. Линия не работала. Это стало еще одним серьезным поводом для тревоги, ведь именно на этот номер должен был позвонить Митрохин, если бы задерживался и не успевал на поезд. Если бы возникли проблемы в Москве, они бы об этом даже не узнали. Поезд мог прийти пустым. Но главным приоритетом по-прежнему оставалось быть на вокзале — на всякий случай.

Сценарий уже трещал по швам. Пришло время импровизировать. Джеймс достал пачку долларов и подошел к легковому автомобилю. Роберт взял разговор на себя и объяснил, что его другу нужно на вокзал. Срочно. Тем временем задача Роберта заключалась в том, чтобы найти другой микроавтобус. Выпросить, одолжить или украсть. Если потребуется — взять гостиничную машину. Главное — раздобыть хоть какой-то транспорт и доставить его к вокзалу.

Реквизированный Джеймсом автомобиль полетел по узким, ухабистым улицам Вильнюса. Возможно, эта поездка и побила все рекорды скорости, но он все равно понимал, что опаздывает. Машина въехала на площадь перед оживленным вокзалом, он выскочил наружу и посмотрел на часы. Он опоздал к прибытию поезда на 19 минут.

Войдя в огромный, похожий на пещеру вокзальный зал, он с отчаянием увидел, что табличку с информацией о поезде уже убирают с табло прибытия. Он как можно быстрее зашагал по залам ожидания, высматривая агента или его семью. Но никого не было. Вот он стоит на вокзале Вильнюса. Без коллеги. Без микроавтобуса. Без Митрохиных. Дела шли из рук вон плохо.

Пока он мерил шагами зал, вдали на путях показался поезд. К своему облегчению, он понял, что это именно тот состав, которого он ждал. Состав задерживался. Джеймс стоял и ждал на длинной, изогнутой платформе, к которой медленно подкатывал поезд. Двери открылись, и заспанные пассажиры начали выходить на перрон. Русские и литовцы смешались в толпе. Семьи. Рабочие. Возможно, агенты КГБ. Но никаких Митрохиных.

Поезд, похоже, совсем опустел. Отчаяние Джеймса нарастало. Возможно, они все еще в Москве. Дома, если им повезло. Если нет — в месте куда более мрачном. Но тут на самом дальнем конце платформы он наконец заметил движение. Из самого последнего вагона на землю спускали инвалидную коляску. Там, наконец-то, показались Митрохин, его жена, сын в коляске и медленно бредущая с тростью теща. Джеймс почувствовал облегчение, но вместе с тем и отчетливое понимание: вот она, та разношерстная компания, которую ему теперь предстоит тайно вывезти из страны.

Джеймс поприветствовал сначала Митрохина, а затем Нину. Он старался не проявлять излишних эмоций и не говорить слишком много. Он намеренно избегал общения с сыном и тещей. Знали ли они, что происходит? Имели ли хоть малейшее представление о том, кто этот странный англоговорящий мужчина? Похоже, что нет. И он не мог прямо спросить у Митрохина, насколько они в курсе дела. Казалось, они по-прежнему думали, что едут в клинику. Если они до сих пор ничего не знали о происходящем, это явно не облегчало задачу. Джеймс повел группу по платформе внутрь вокзала. Пришло время найти Роберта. По еще одному комичному совпадению, Джеймс обходил вокзал с одной стороны, а Роберт в это же время шел с противоположной. Сначала они разминулись, но в конце концов группа воссоединилась.

Роберт повел группу к микроавтобусу. Тот был припаркован среди других машин перед вокзалом, окруженным оживленными дорогами. Но это был не их первоначальный микроавтобус. Что пошло не так? Роберт рассказал им всю историю. Прежняя машина, которую накануне вечером тщательно проверили, подвела. Судя по всему, отказал стартер. Их литовский связной подъехал к гостинице и был настолько зол и смущен поломкой автобуса, что выхватил спрятанный под пальто укороченный автомат Калашникова и предложил «расстрелять» машину. Роберт мягко объяснил, что в этом нет необходимости, а сейчас важнее всего найти замену. Когда местный контакт прибыл, его сопровождали двое литовских громил, участие которых изначально не планировалось. Атмосфера была взрывоопасной, как объяснил литовец. С политической точки зрения страна находилась в самом разгаре избирательной кампании перед вторым туром выборов, назначенным на 15 ноября, и существовали опасения государственного переворота или каких-то провокаций со стороны русских. Он взял их с собой на случай неприятностей. Силовая поддержка — вооруженные люди —