Виктория - значит Победа. Серебряной горы хозяйка - Салма Кальк

Мы поклонились и отправились вниз, там поджидал Шарло, сообщивший, что его накормили вместе с солдатами принца. А дальше — экипаж, и домой.

Дома нас встречали всем коллективом.

— Рассказывайте, Викторьенн, — едва ли не с порога потребовал господин Валеран.

Тереза вторила ему — мол, что там вышло-то?

— Вышло то, что госпожа баронесса вместе с Симоном поедет в свои владения, а господин де ла Порт взят под стражу. И наш вопрос исчерпан, — сообщила я.

Моё заявление встретили восторженными воплями — все, от Терезы и до слуг с кухни. И дальше госпожа Сандрин объявила, что сегодня — праздник.

— Праздник, полагаю, вечером, — ворчливо сказал подошедший граф Ренар. — А сейчас — занятия. Жду вас, Викторьенн, и Шарло прихватите тоже.

Вот я у него сейчас всё и узнаю, подумала я.

Я поднялась к себе — переодеться во что попроще. Там на меня налетели Мари и Жанна.

— Госпожа Викторьенн, как только вам это удалось!

— Госпожа Викторьенн, вы и вправду как господин Гаспар — взяли и всё решили!

— Ещё не совсем всё, я должна выполнить то, что обещала его высочеству за помощь, — пожимаю плечами. — Мари, подай домашнее платье. Заниматься магией с господином графом в нём удобнее.

И если что, не жаль — искры там какие или что-то ещё. А платье из серии «Вика производит впечатление на всех» у меня пока одно.

Снаружи снова слышен какой-то шум, что там опять? Жанна открывает дверь, и я слышу Терезу.

— Здесь? Сюда пошла? Момент, я сейчас!

Она врывается ко мне и заявляет:

— Там пришёл господин Дешан. Он, наверное, сидел в засаде и ждал, пока ты вернёшься.

— Ты не против побеседовать с ним и выслушать его коммерческое предложение? — мне-то идти к господину графу, это без вариантов.

— Его — что? — смеётся Тереза.

Да что это со мной сегодня! То и дело говорю то, чего говорить не следует.

— Когда кто-то предлагает какие-то товары или услуги за деньги — это называется «коммерческое предложение», — говорю и сама тоже смеюсь. — Вот так прямо и спроси его — что он может нам предложить. Не нужно говорить, что мы тут обносились совсем, последние столичные наряды донашиваем. А спросить — что он может.

— Да, госпожа генерал! — звонко рапортует Тереза. — Выспрошу всё и доложу!

Я обнимаю её, и она убегает вниз — говорить с господином Дешаном. А я подумываю про себя, что, даже если мы с ним договоримся, то всё равно нужно бы найти ещё какого-нибудь портного. Существуют же они в природе, правда? Нужно просто отыскать.

И дальше я сразу же иду в кабинет, где меня уже поджидают господин граф и Шарло.

— Викторьенн, Шарло рассказал мне о вашей сегодняшней встрече, — с ходу говорит граф. — И я говорю вам совершенно серьёзно: будьте осторожны. Его высочество уедет, а вы останетесь. Баронесса Клион сможет вернуться — и ей скорее всего слова никто не скажет, — и снова будет плести заговоры против вас. А господин судья… хорошо, если его лишат должности и тоже отправят в свои владения.

— А тюрьма по нему не плачет? — усомнилась я.

— Я удивлюсь, если кардинал Фету не примется вытаскивать своего ставленника. Потому что вся эта история бросает тень и на него самого. Поэтому тюрьма — вряд ли.

— Может, его того, убить? — подал голос Шарло.

— Разбежался, — кивает господин граф. — Только бы убивать. А отвечать за убийство ты готов?

— А чего сразу отвечать? — не понимает Шарло. — Несчастный случай, мало ли их бывает!

— Это должен быть очень грамотный несчастный случай, — покачал головой господин граф. — И насколько мне известно, де ла Порт не убивал. Брал деньги за нужный исход судебного процесса — да, тут и доказывать особо не нужно, все это знают. Но и только.

— Так, значит, и с него нужно денег взять, — не унимался парень.

— Если я что-то понимаю, то и возьмут, — сурово кивнул господин граф. — А сейчас — извольте держать пламя на раскрытых ладонях обеих рук, десять ударов сердца.

Мы держим, стараемся… в общем, идёт обычное нормальное занятие. И хорошо. Тренируем огонь, свет, мысленные приказы, защиту — от всего, от нападения и от подслушивания. Что-то выходит лучше, что-то хуже. Но когда господин граф говорит, что на сегодня достаточно, я уставшая до дрожи в ногах и мокрая от напряжения.

Наверное, во мне говорит усталость, когда я дожидаюсь, чтобы Шарло убежал, и напрямую спрашиваю господина графа:

— А что вы знаете о личной жизни его высочества?

Он смотрит на меня с большим изумлением.

— Отчего же я должен что-то знать об этом предмете?

— Нет, я, наверное, неточно выразилась. Что знают все? А я не знаю… потому что никак не могу этого знать. Но должна.

Граф задумался.

— Вы о том, на ком он женат и сколько у него детей? — и, видя мой кивок, продолжает: — Детей у него трое, два принца и принцесса, они ещё малы. А супругой была принцесса Видонии Тереза, дочка тамошнего императора. Видония на востоке от нас. Вы видели карту, Викторьенн?

— Нет, но хочу. И карту моих владений, — теперь уже совсем моих, вот диво-то! — и карту Франкии и окрестных земель.

— Я принесу, — кивает граф.

— И вы сказали — была супругой?

— Да. Умерла в родах, где-то год тому. Поговаривали, что его величество хотел найти брату новую супругу, но тот наотрез отказался. Сказал — есть кому оставить имя, и этого достаточно. И надо сказать, что сплетни его ни с кем не связывают, в отличие от его брата.

— А что с братом? — тут же реагирую я.

— А у брата официальная фаворитка, несмотря на супругу, отец которой правит дружественным нам королевством.

Я только пожимаю плечами — в нашей истории у королей тоже были фаворитки, сплошь и рядом.

— И кто она, та фаворитка? — Наверное, это тоже все знают?

— Маркиза Женевьев дю Трамбле, её муж — друг детства его величества. Она же — дочь графа де Рьен, это древний магический род, но маркиза отчего-то не маг. С другой стороны, такое случается, и в древних родах рождаются дети без способностей.

— Господин Гаспар не спешил водить жену и сестру ко двору, так что никого не удивит тот факт, что я их всех в глаза не видела. Один раз были, и то, по словам Терезы, король появился на том балу ненадолго, один, и вскоре ушёл, и всё. Но