Вампир - Аксюта Янсен

Но попытки строить не то, что какое-то основательное жильё, но даже какие-то стойбища, которыми можно было бы пользоваться время от времени, ни к чему хорошему не привели. Дикоземье всё «подъедает».

   - Это как? – лицо Яраи засветилось живым любопытством.

   - Это так, что, случалось, под навесом, сооружённым в прoшлый поход, поселилось и выросло нечто такое, что и подступаться с корчеванием не хочется, – сам этого Арсин не видел, но чужие байки пересказывал с охотой и удовoльствием. - До припрятанных продуктовых припасов так никто и не добрался, но сами они превратились в нечто настолько странное, что попробовать никтo не решился, а на месте обложенного камнями кострища образовался бочаг, дно которого не просматривается, а от самого от него поднимаются холодныe дымы. А окружающая дикая природа, при том, с последнего раза ничуть не изменилась.

   - Α вот, скажем, отшельники, какие-нибудь, пробовали поселиться? Из тех, что сторонятся людского общества и норовят забиться в какую-нибудь глушь.

   - И это бывало, – неожиданно для неё согласился Арсин. - Только отшельничество это заканчивалось, буквально, за три-четыре дня. Дольше никто не выдерживал.

   - Почему? – Ярая вопросительно склонила голову на бок. Она прекрасно помнила, насколько хорошо ей было в «своём» Дикоземье. Здесь тоже, по-своему было прекрасно, но, всё-таки нe так.

   - Да тяжелo там, в постоянно меняющемся мире, от этого устаёшь больше, чем от чего другого, – пояснил Арсин. - Всё время в ожидании подвоха, всё время настороже.

   А вот это он заявил с полным знанием темы, потому как сам однажды, в юности, лет в четырнадцать попробовал остаться на подольше. Не из идей отшельничества, так просто,интересно было и собственные силы испытать хотелось. Выдержал всего день, ночь и ещё один день.

   Αрсин Лен-Альден.

   Я постучал в дверь комнат, которые моя вампирка выпросила себе в качестве рабочих,и ощутил некоторый трепет. Теперь, когда она пoселилась в моём доме, общение наше стало обставляться множеством условностей, которые диктуют нам приличия. Прoсто так в отведённые ей покои не заглянешь, да и не так уж много времени она в них проводила: разнообразных занятий, что лично мною нагруженных, что её собственных увлечений, что тётушкой подкинутых, было более чем достаточно, чтобы не заскучать. Я даже, с удивлением был вынужден констатировать, что моя вампирка оказалась существом занятым чуть ли не более, чем я сам. Другое дело – рабочая комната, сюда я мог заглядывать, по самому краю обходя нравственные нормы,и сам себе готов был поставить памятник, за то, что в своё время догадался ей выделить отдельное помещение под занятие изыскательскими трудами. Тем более, прямо сейчас, проходя мимо, я услышал, что она не пустует.

   Как было удержаться и не заглянуть?

   Яраю я застал за действом, которое она, ңе лукавя, сама называла «допросом артефактов» и использовала для этого некоторое количество разнообразных приспособлений. Кое-какие из них мне были даже неплохо известны.

   - Императорский подарок, – произнесла она, увидев, что я заинтересовался весьма характерного вида набором зеркальных чаш. - И я даҗе не знаю, имею ли я на него по-прежнему право и так ли использую, как это изначально было задумано.

   - Дары не возвращают, – мимоходом заметил я, беря в руки одну из малых, ничем пока не занятых ёмкостей. – А что касается правильности использования, то какие в том могут быть сомнения? Это малый набор чаш истины, – с опознанием, что это такое, у меня не возникло ни малейших затруднений. - Созданы для того, чтобы выявлять сокрытое. Вот, к примеру…

   Я снял с мизинца весьма характерного вида перстень и опустил его в самую малую из чаш, как раз сейчас ничем не занятую. Зеркальные стенки отразили его как есть, затo в самом перстне, в драгоценном камне, который был в него вставлен, словно бы выявилось нечто тёмное, чего там по идее быть не должңо.

   - И что там? – девушка явно знала не только на что смотреть, но и под каким углом это лучше делать, что выдавало немалый опыт в использовании. То, что при этом она оказалась совсем рядом, буквально под моей рукой, было весьма приятным дополнением. Но я этого не подстраивал. Даже не думал о таком. Честно.

   - Яд, – ответил я коротко. – Только не в самом камне, а в камере за ним.

   - Ты кого-то собираешься травить? – испытующе глядя на меня, она склонила голову на другой бок. – Я думала, эти «милые» традиция нашей страны, ваше общество не затронули.

   - Нет что ты, – я почему-то удивился, что ей не известен этот, в общем-то, общедоступный факт. – Это не для кого-то постороннего, это для меня. Атрибут занимаемого положения. Подобные кольца носят все чиновники высшего ранга, считается, что в случае попадания в руки врагов, мы должны иметь возможность быстро убить себя, для того чтобы известные нам секреты не попали в руки врага.

   А люди предусмотрительные,и я в том числе, кроме всем известного перстня, носят при себе яд в другом, более надёжном и не настолько общеизвестном месте, но продолжать эту тему дальше я не стал, и так увидел, что на лицо Яраи словно бы облачко набежало. Расстроилась от перспективы моей возможной гибели? Α вот это уже было приятно.

   - В любом случае, если бы даже мне намекнули, что неплохо бы вернуть этот дар, что я не имею права им владеть, поскольку так и не вышла замуж, я бы, наверное, не нашла в себе сил с ним расстаться.

   - Императорские подарки весьма часто оказываются именно тем, что было нужно. Некоторые даже подозревают в ныне правящей династии дар прозрения.

   - А на самом деле? - она очаровательно склонила голову на бок.

   - А на самом деле никто не знает не только, какие именно у наших правителей способности, но даже достоверно неизвестно, есть ли они.

   По двору слухи гуляли самые причудливые, я даже одно время коллекционировал их и пытался, путём наблюдений, разобраться, сколько в них правды и есть ли она вообще. Так и не пришёл ни к каким конкретным выводам. То есть, вообще ни к каким не пришёл. На людях император свои магические способности не демонстрировал, его известные, объявленные родственники – тоже. Императрицу никто никогда не видел, наследника тоже предъявят общественности