Стервочка Лиса - Лана Муар

– Спасибо, – я поднялась с дивана и пошла к коридору. Уже на пороге обернулась и достала ключи от квартиры. Посмотрела на них и вернулась к столу. – Вот. Он там ремонт только сделал…

– Убери, – прозвенел металлом в голосе Сало. – У нас с Лисом свои расклады. А с тобой… Считай, что в расчете, – оттолкнув от себя мою ладонь со связкой, паренёк махнул в сторону дверей и отвернулся к монитору. – Захлопнуть не забудь… Бессмертные, ля, оба… Ништяк, кофе где?

– Да несу я уже, несу!

Бык с Лайком зажали меня в коробочку, стоило только выйти из подъезда. Я даже не стала рычать на них за то, что наплевали на мою просьбу-приказ не светиться и маячат на улице, привлекая к себе внимание. Кого? А фиг знает. Ночью не я одна по городу шарахаюсь, пришибленная брошенной в сердцах фразой паренька. Бессмертные… оба… Если бы. Плюхнувшись на заднее сиденье внедорожника и пристегнувшись ремнем, обернулась назад от ощущения неприятного колючего взгляда, буравящего затылок, и услышала негромкое:

– Нас пасут.

– Ирма? – спросила я.

– Нет. Дилетанты какие-то, – Лайк завел двигатель и несколько секунд смотрел в зеркало заднего вида. – Бык, кактус возьми. Хозяйка, вы там держитесь покрепче. Посмотрим чему этих гавриков научили.

Не включая фар, он втопил педаль газа в пол и погнал машину по проспекту, на первом повороте резко развернулся на сто восемьдесят градусов и полетел в обратном направлении, ослепляя водителя поехавшей за нами машины дальним светом фар. Етить вашу душу! Лайк будто решил протаранить легковушку, отвернув от нее в последний момент, а потом запетлял по подворотням, словно заяц, уходящий от своры голодных волков. Я вцепилась в ручку двери, упёрлась обеими ногами в пол, но и это не особо помогало. Меня мотало по сиденью из стороны в сторону на каждом повороте, а сердце замирало всякий раз, когда в машине раздавалось до усрачки спокойное: «Держимся». Ма-а-а-а-ама!!! Нет-нет-нет!!! Ежики-камикадзе, ещё несколько минут назад созревшие вылезти и понаводить боевой марафет, побросали все и понеслись вслед за ухнувшим в пятки сердцем – Лайк едва разминулся с едущей по встречке машиной-поливалкой, с визгом покрышек свернул в арку, наплевав на запрещающую проезд надпись, и резко ударил по тормозам, останавливая внедорожник буквально в миллиметре от стены.

– Бык, хозяйке помоги, – бросил он, выпрыгивая из машины и пересаживаясь в стоящую рядом, а Боря в одно мгновение отщелкнул мой ремень безопасности, всучил в руки кактус и хлопнул дверями.

Я даже не успела понять, каким образом оказалась в другой машине пристегнутая и уже без горшка. Бабахнула закрывшаяся дверь, Бык рыбкой нырнул на переднее сиденье, а Лайк снова давит на газ. Писец! Джеймс Бонд нервно курит в сторонке.

– Сейчас проверим кое-что и поедем в больницу, – обрисовал свои планы Лайк, а я только судорожно икнула в ответ.

Писец! Писец! Писец!!!

42

Я тру красные от недосыпа и теперь ещё попавшего в них едкого дыма глаза, а Юлиана в который раз просит не курить при мне, но мужчина за столом только и делает, что шуршит бумагами, стряхивает пепел в переполненную пепельницу и отпивает кофе из кружки, давно не видевшей губку и «Пемоксоль».

– Так кем вы, говорите, приходитесь Лисовскому Елисею Гордеевичу? – уже в стотысячный раз спрашивает он, мерно отстукивая карандашом по пальцу.

– Знакомая, – в стотысячный раз повторяю я и спрашиваю, – Ещё вопросы будут? Другие вопросы, а не эти ваши заходы кто, кем, кому?

– Гражданочка, я бы вас попросил…

– А вы попросите, вот как вас попросили не курить, так и вы попросите. Капитан или майор? Извините, не сильна в званиях.

– Капитан Окульцев Сергей Владимирович.

– Сергей Владимирович, у меня был крайне напряжённый день, потом очень напряжённая ночь, и мне очень хочется спать. Будьте добры, давайте ближе к делу. Я знакомая Лисовского Елисея. Чиркните там себе где-нибудь на полях и перейдем дальше, – я зарываюсь, но меня уже воротит от всей этой трёхчасовой бестолковости под гордым названием «Взять свидетельские показания».

– Гражданочка!

– Да! Да! Я гражданка, пришла по вашей повестке, а вы что-то не торопитесь исполнять свой долг и искать тех… – меня несёт и только предупредительное прикосновение ладони адвоката Елисея затыкает мой поток негодования. – Прошу меня извинить, но я действительно очень устала и хочу спать.

– Значит, знакомая…

Сука! Я едва сдерживаюсь, чтобы не вырвать из рук капитана его проклятый карандаш, и гашу адское желание собственноручно выцарапать у него на лбу стотысяч раз первое подтверждение собственных слов, а потом воткнуть в глаз.

– Да, знакомая.

– Хорошо.

Ой, да надо же! Мы выучили новое слово. Юлиана шепчет, чтобы я не фыркала или фыркала не так откровенно Но, блин… Ладно, я спокойна… Спокойная я…

– Хорошо, – капитан все же давит свой вонючий окурок и приоткрывает форточку. – Расскажите, что вы видели.

– Ничего. Я услышала взрыв, когда находилась в машине…

– …принадлежащей Лисовскому Елисею, я так полагаю?

– А что вас в этом смущает? Что может вас смущать в том, что мужчина прислал за девушкой автомобиль?

– Забава Андреевна…

– Ну уж нет! Юлиана, вас смутит, если ваш молодой человек или знакомый пришлет за вами такси? – я уже рву и мечу, задыхаясь от гнева и собственной тупости, потому что только ей можно объяснить мое согласие на весь этот фарс.

– …марки «Тойота Лэнд Крузер 200»? – капитан просто жжет.

– Да хоть «КАМАЗ»! Я, товарищ капитан, в машинах не очень разбираюсь, и для меня есть легковушки, внедорожники и лимузины, а как они там правильно у вас называются мне фиолетово. Наверное, «Тойота». Большая, черная, внутри удобно – мне было удобно. Могу я уже идти?

– Нет! – рявкнул мужчина, грохнув ладонью по столу. – Вы тут дурочку строите…

– Сергей Владимирович, я вас попрошу без оскорблений моей клиентки…

– … ничего не знаете, ничего не видели, а как вам такое, а? – раскрыв папку, капитан ткнул пальцем в строчку и зачитал. – В результате взрыва пострадало двадцать четыре автомобиля. Двадцать четыре! И ни один владелец ни слова не сказал, как будто каждый день их машины стоят рядом с взрывающимися броневиком с приблизительной стоимостью в пятьдесят девять миллионов рублей. Так? Обычное дело. Никаких претензий, никакой ругани… Ну бабахнуло, ну нет больше у человека машины. Ничего страшного, новую куплю!

– А вы на меня не орите! Я что, знаю что ли?

– А мне, кажется, что да. Давайте-ка вспомним недавние события, если вы не возражаете. А не у вас ли во дворе на Лисовского Е. Г. совершали покушение?

– Ну у меня.

– То есть вы подтверждаете, что он приехал к вам?

– Товарищ капитан, а вы в курсе сколько квартир в доме, в котором я живу? – прохрипела я. – Давайте я тоже вас спрошу вот так же, пальцем в небо тыча? Вы будете утверждать, что именно к вам приехала аварийка, если у соседей по дому трубу прорвало?

– Гражданочка! Попрошу не передёргивать и не забываться! Прикрою вас за оскорбление при исполнении, научитесь слова выбирать!

– А вот с этого момента, я попрошу вас поподробнее, товарищ капитан. Мне вам напомнить, что такое превышение должностных полномочий? – голос Юлианы, спокойный и уверенный, вклинился в нашу перепалку и мигом осадил пыл полицейского.

Он рывком поднялся из-за стола, схватил пачку сигарет, но, увидев взгляд адвоката, отбросил ее обратно и стал вышагивать по кабинету.

– Мне уже поперек горла стоит этот Лисовский и все, что с ним связано! Врагов нет, никто ни о каких конфликтах не знает, – ткнув в меня пальцем, капитан спросил, – Вы ведь тоже скажете, что не знаете?

– Нет. Мне он ничего не говорил.

– Замечательно! Просто комедия какая-то! Живёт себе человек, никого не трогает, а его с начала года уже третий раз убить пытаются. И никто ничего не знает. Никто! – рубанув воздух ладонью, мужчина запустил пятерню в волосы и несколько минут молча смотрел на папку, лежащую на столе. – Знакомые, значит. Ну да, ну да.

«Ого. Вот это психанул капитан,» – подумала я, наивно полагая,