Жития русских святых - Сергей Иванович Смирнов

явлено чудо нетления мощей равноапостольной княгини: «Иже с верою придет, отворится оконце, и видит честное тело лежаще цело, яко спя, почивает. А другим, иже не с верою приходят, не отворится оконце гробное, и не видит тела того честного, но только гроб». Так и в кончине святая Ольга проповедовала вечную жизнь и воскресение, наполняя радостью верующих и вразумляя неверующих. Была она, по словам преподобного Нестора Летописца, «предтекущая христианской земли, аки денница пред солнцем и аки заря пред светом».

Святой равноапостольный великий князь Владимир, вознося свое благодарение Богу в день крещения Руси, свидетельствовал от лица своих современников о святой равноапостольной Ольге знаменательными словами: «Благословите тя хотят сынове рустии…» Русский народ чтит святую равноапостольную Ольгу как основоположницу христианства на Руси, обращаясь к ней словами преподобного Нестора: «Радуйся, русское познание Бога, начало нашего с Ним примирения».

Никодим Албанский

Святой преподобномученик Никодим, славянин из Албании, родился в местечке Эльбасан. Родители его были благочестивы и, когда он достиг совершеннолетия, сочетали его браком, от которого имел он детей. Между тем, входя в постоянные связи и знакомства с магометанами, Никодим увлекся чувственными обещаниями Корана их и в угодность им отрекся от веры Христовой. Он дошел до такой степени безнравственности, что, несмотря на убеждения и слезы домашних, насильно сделал причастными исламу детей своих, кроме одного, которого христиане успели похитить и тайным образом отправить на Святую Гору.

Узнав, что сын находится на Святой Горе, он поспешил туда с целью непременно отыскать свое дитя и отомстить всей Святой Горе, как только можно, по собственным его силам и средствам. Но Человеколюбивый Бог, желающий всякому спасения, судьбами его жизни расположил иначе – Он не только не допустил преступного отца к сыну, но и самого его, несчастного отверженника, привлек к Себе через покаяние, так что Святая Гора сделалась для него в некоторой степени виновницей спасения. Безмолвие, постнические труды, лишения всякого рода и удаление от всего чувственного, даже от связей родственных, – все это, виденное им на Святой Горе в иноках, по прибытии туда поразило его до крайности. Он вспомнил минувшее, когда и для его сердца не были чужды надежды загробного мира, и райские красоты, и те обетования Христовы, которые от магометовых так далеки, как далеки – или еще дальше – небо от земли или свет от мрака. Он вспомнил, что и сам принадлежал когда-то Христу, и горько, неутешно заплакал о гибельном своем состоянии. Мысли его переродились: он обратился опять к Богу с покаянием и, не выходя со Святой Горы, принял на себя ангельский образ с именем Никодим.

Три года день и ночь оплакивал он свое богоотступство, изнуряя плоть постом и многоразличными лишениями и подвигами. Наконец, услышав от некоторых отцов такие речи, что кто отрекся Христа пред людьми, тому очень полезно исповедать Его снова пред ними, решился непременно искупить грех свой страдальческой кровью. Чтоб узнать приятно ли это будет Богу и есть ли на то Его воля, он обратился за советом к преподобному Акакию, подвизавшемуся в Кавсокаливском ските (память 12/25 апреля). Долго плакал он у ног старца Акакия, прося его молитв и решения что ему делать в этом стеснительном положении духа, требующего страдальческого подвига. Преподобный, пользовавшийся на Святой Горе общей славой и доверием как подвижник действительно святой, ласково поднял Никодима и, потом немного отступив от него, обратился с молитвой к Богу. Окончив свою молитву, он тихо что-то сказал Никодиму и потом, когда тот долго и горько плакал, вручил ему старческий жезл со словами: «Иди с Богом, Бог тебе в помощь. Подвиг совершишь, и мученический венец за него готовится тебе в небесах». Таким образом напутствованный от преподобного старческими молитвами и благословением, Никодим, едва движущийся от постного изнурения, отправился в путь. Между тем, перед исходом со Святой Горы Господь удостоил его Своего Божественного явления, укрепил, открыл ясно все мучения, которые он должен претерпеть за имя Его, и даже показал ему самое место, где будет усечена его глава. Утешенный и утвержденный таким благословением Господа Никодим весело потек на поприще страдальчества.

Со Святой Горы он прямо прибыл в Албанию, на свою родину, и там торжественно перед знавшими его турками исповедал Христа Истинным Богом, а Магомета уничижил как льстеца и обманщика. Турки представили его к паше (высший сановник в Турции). И здесь блаженный Никодим повторил свое исповедание, уничижая ислам. Взбешенный этим, паша приказал ринуть его с высокой террасы своего дома вниз в чаянии раздробить его тело на части. Однако вышло напротив: страдалец по благодати Божией остался невредим и тогда же снова явился к паше. Паша затрепетал, видя пред собой того, которого считал убившимся до смерти. Чтобы удовлетворить неистовство толпы, требовавшей казни уничижителя великого пророка, паша отдал страдальца на волю их. Трое суток истощались неистовые турки во всевозможных родах мучительства над Никодимом, но, видя, что нет возможности и сил поколебать его твердость, на показанном ему от Господа месте обезглавили его.

Преподобный Никодим пострадал в 1722 году, 11 июля. Так, совершив исповеднический подвиг, блаженный удостоился венца райской славы.

Июль 12

Феодор варяг и сын его Иоанн, преподобномученики

Святые мученики Феодор варяг и сын его Иоанн жили в Киеве в X столетии, когда варяги, предки нынешних шведов и норвежцев, принимали особенно деятельное участие в государственной и военной жизни Руси. Купцы и воины, одни из них прокладывали новые торговые пути в Византию, на Восток, другие участвовали в походах на Царьград, составляли значительную часть населения древнего Киева и княжеских наемных дружин. Главный торговый путь Руси – из Балтийского моря в Черное – называли тогда путем «из варяг в греки». На варяжскую дружину опирались в своих начинаниях вожди и устроители ранней русской государственности. Как и славяне, среди которых они жили, многие из заморских пришельцев под влиянием Византийской Церкви принимали святое крещение.

Киевская Русь занимала срединное место между языческой Скандинавией и православной Византией, поэтому господствующими в духовной жизни Киева оказывались попеременно то живительное влияние христианской веры, шедшее с юга (при блаженном Аскольде в 860–882 гг., при Игоре и святой Ольге в 940–950 гг.), то губительные вихри язычества, налетевшие с севера, от Варяжского моря (при кн. Олеге, убившем Аскольда в 882 г., при восстании древлян, убивших кн. Игоря в 945 г., при Святославе, отказавшемся принять крещение, несмотря на настояния своей матери равноапостольной