Срок годности жены - Натаэль Зика

общем, я представил вам доказательства, что домашние дела – это самая настоящая работа, - не дождавшись реакции, юрист продолжил ему выговаривать. – Ежедневная и неблагодарная, ведь некоторые мужчины считают, что чистота в доме, глаженая одежда, свежая еда и уют образуются сами собой. И замечают труд женщины только тогда, когда она перестаёт его выполнять.

Вадим почувствовал, что ему сдавило грудь. И, чуть отклонившись от стола, дёрнул галстук, ослабляя узел.

- Бред! – повторил, чуть отдышавшись. – Ни один суд не примет эту филькину грамоту!

- Рискнёте проверить? – выгнул бровь адвокат. – Стоит вам заявить в суде, что жена ни дня в жизни не работала, и я предоставлю не только эти подсчёты. В лучшем случае вы вернётесь к тому же, что я вам предлагаю уже сейчас. В худшем – вы Арине Романовне ещё и должны останетесь. Но по-вашему всё равно не получится! Вы потеряете не только деньги, но и время. Итак, что вы решаете по опеке?

И неожиданно Вадима осенило.

*Свадебный генерал – это подставное лицо, приглашённое лишь для представительства. Не играющее никакой роли в каком-либо деле

Глава 28

«А чего я так держусь за МедСервис? – промелькнуло у него в голове. – Во-первых, репутация компании уже пошатнулась. Придётся немало постараться и немало вложить, чтобы вернуть доверие клиентов. А, во-вторых, на неё Рощин глаз положил. Оно мне надо – ещё и с ним разбираться? Он вон какой прошаренный. И знакомства у него… явно криминальные. С капельками послушания и усыпляющими уколами. Может, ну его на фиг, пусть Аринка сама зубы ломает? Что я, новое дело не раскручу? И Игнат мне сейчас куда? Родители вряд ли захотят на постоянку с ним возиться, а мне вообще не до того. Самое верное – отдать его матери, пусть развлекается не только с тонущей компанией, но и с пубертатными завихрениями сыночка. Как вспомню Игоря в его четырнадцать-пятнадцать – волосы дыбом встают. А мне надо как-то разгребать свои проблемы: искать деньги, чтобы срочно возвратить долг отцу, а то ему не на что товар закупать, решать возврат с браком. Ну или по-тихому перепродать его куда-нибудь даже с убытком, лишь бы хоть что-то вернуть и освободить склад. А ещё грядут суды по просроченным договорам на моё имя…Бл, без денег не вытяну! А что, если предложить ей…?»

И он, резко выдохнув, наклонился над столом, глядя Арине прямо в глаза:

- Забирай Игната! Я не возражаю, чтобы он жил с тобой! И обе квартиры вместе с МедСервис, чёрт с ними - твои! Я не буду на них претендовать.

- И? – осторожно заметила жена. – Или – но?

Вадим про себя усмехнулся – надо же, угадала!

- Но за это все счета мы поделим не 50 на 50, а мне 90%, тебе 10%. Если хочешь, могу подписать любую бумагу!

- Нет! – коротко ответила потерявшая берега бывшая супруга.

И прежде чем он успел возмутиться, добавила:

- Мне сына растить, в компанию вкладываться – 10% очень мало!

- А мне жизнь заново строить и выплачивать неустойки, - огрызнулся Усольцев. – Ты и так всё у меня забираешь – бизнес, Игната, недвижку… Ладно, 80 – мне, 20 – тебе.

Арина молчала, адвокат тоже.

А у него в душе разлился холодок: «А ну как откажется? Ей-то спешить некуда – жить есть где, на что – тоже есть, а меня обложили, словно волка на облаве. Захапала мой бизнес и квартиры, дрянь! Вернее, я, идиот, сам всё ей отдал. Ладно бы, через куплю-продажу, а то по дарственной! Сэкономил, называется, подстраховался! И понятно, почему адвокатишка настолько в себе уверен – у него на каждое возражение бумага с печатью заготовлена. Ну, чего ты молчишь, все нервы из меня вытянула!?»

- Вадим Сергеевич, - наконец нарушил молчание адвокат, - дайте нам с Ариной Романовной десять-пятнадцать минут. Я передам Ангелине, чтобы принесла вам кофе. Если хотите чего-нибудь посущественнее, то скажите ей, она всё сделает. А мы ненадолго вас оставим.

С последними словами он кивнул Арине, они оба встали и вышли. Но один он оставался не дольше нескольких секунд – почти сразу в переговорную залетела давешняя конфетка. Влетела и запорхала вокруг гостя, заворковала, предлагая разные удобства и вкусности.

Вадим отчего-то сразу расслабился, заулыбался и попросил себе кофе с бутербродами.

И пока девушка дефилировала туда-сюда, наслаждался, созерцая её фигурку и слушая мелодичный голос.

- Ангелина, вас же так зовут?

- Да, - улыбаясь, ответила та.

И он решил ковать железо, пока оно горячо.

Нет, а правда – почему бы и не да? Он далеко не старый и довольно состоятельный мужчина.

Хоть жена-стерва и старалась его обобрать, он таки сумел отстоять свои деньги! Да, не все, но большую часть, а с его талантами он через пару-тройку лет раскрутится не хуже, чем было.

В общем, для молоденькой секретарши он лакомый кусочек – привлекательный, в хорошей форме, опытный и щедрый. Да, щедрый – для тех, кто этого заслуживает!

Цыпочка ему нравится, он ей не может не нравиться – так чего откладывать? Тем более что он, считай, никакими обязательствами уже не связан.

- Скажите, что вы делаете сегодня… Нет, не сегодня, у меня ещё есть дела… А, скажем, в субботу вечером?

- Я даже не знаю…, - растерялась девушка.

И тут некстати вернулись адвокат и его бывшая.

Вадим с неудовольствием мазнул глазами по Арине, потом снова посмотрел на розовую от смущения Ангелину. И мысленно хмыкнул: да, бывшая неплохо выглядит и держится, но сорок лет – не двадцать пять! Он всё правильно сказал и сделал – как бы она ни пыжилась, а просрочка есть просрочка.

К чёрту потерявшее актуальность прошлое, да здравствует юное и прекрасное будущее!

- Спасибо, Ангелина! - произнёс Гаранин, и понятливая помощница тут же покинула помещение.

Арина и адвокат сели на свои места.

- Мы обсудили ваше предложение, - начал юрист, - и моя подзащитная решила его принять.

Сердце Вадима подпрыгнуло к горлу и вернулось на место, отплясывая джигу.

«Боже, неужели?! Правильно, дура есть дура! Она даже не понимает, куда лезет. Будет ей урок, и поделом! Опомниться не успеет, как останется и без денег, и без компании…Как же я