Некрасивая - Ольга Сурмина

— А я в этом не уверена, — Селена со вздохом скривилась. — Много народу набралось? А он сам идёт или нет — не знаешь?

— Не знаю, — мулатка удивлённо вскинула брови. — Хороший вопрос. Может, да, а может, и нет. Надо у него спросить.

— Нет, его вроде не будет, — расстроенно сказала какая-то светлая модель, которая стояла в стороне и расплетала тонкие светлые косички. — Я спрашивала. Он сказал, что, скорее всего, не сможет: работы много.

— Ну вот! — Бьянка растянулась в довольной улыбке. — Поехали!

— Ну… ладно, — Бауэр криво улыбнулась и развела руками. — Но если он всё-таки будет, то я немного посижу для приличия и пойду домой. Мне, правда, неохота с ним встречаться сейчас — и уж тем более проводить время. Неуютно как-то.

— Окей. Принято, — мулатка уверенно кивнула. — Но, скорее всего, раз такая ситуация, его не будет. Ты как вообще? Умеешь петь в караоке? Любишь это?

— Как-то не очень, — Селена вздохнула. — Мой голос не прям уж плохой, но специально я никогда не тренировалась. Так что, конечно, мне неловко петь. Надеюсь, там будут желающие, а я просто отсижусь и послушаю других.

— Как знаешь, — Бьянка лениво улыбнулась. — Я вообще не умею петь! Но всё равно спела бы что-нибудь! Не попляшем — хоть посмеёмся!

— Ну да, наверно, — Бауэр пожала плечами.

На самом деле после истории с Анселлом, после регулярного фонового напряжения и завала на работе у неё не было сил на такие перфомансы. Не было сил петь, даже если в зрительном зале сидела бы только её мама, которая на любой звук заворожённо хлопала бы в ладоши.

— А к мистеру Грину на попойку не хочешь сходить? — Селена вскинула брови. — Если собрать побольше людей… там тоже будет неплохо.

— Неплохо? Среди тучи пьяных мужиков? Там будет хит-парад звонких пощёчин, — Бьянка недовольно прищурилась. — Я отказываюсь помещать в этот тестостероновый рассол свои длинные пьяные ноги.

— Ладно. Как скажешь, — Бауэр тихо посмеялась себе в кулак.

В этом тоже была правда. Но Селена бы не простила себе, если бы не выдвинула альтернативное предложение. Тревога не оставляла: как мистер Грин среагирует на её выбор? А как — Анселл? И будет ли вообще хоть какая-то реакция? Хотелось думать, что нет. Хотелось быть просто рядом, не привлекать к себе лишнего внимания, не вызывать особого отношения и работать — прямо как было до того злополучного признания. Но слов назад, увы, не вернуть.

* * *

Она волновалась. Волновалась, хотя упорно говорила себе, что нет. Постоянно смотрелась в зеркало, поправляла на широком цветастом платье симпатичные рукава-фонарики. Вроде бы хорошо выглядит. Настолько хорошо, что мисс Бауэр мило улыбалась сама себе и чуть щурилась. С лёгким макияжем, но яркими губами она походила на фарфоровую куклу из двадцатого века: такие же милые, бледные щёки с ярким румянцем, такие же блестящие глаза, чуть подвивающиеся волосы и яркое завораживающее платье.

«Я красивая», — сказала девушка сама себе и, казалось, впервые за последнее время по-настоящему поверила в эти слова. «Я… не хуже моделей. Я выгляжу чудно!».

Можно считать, что, разбившись об асфальт чужого пренебрежения, она отделалась малой кровью. Кости любви к себе быстро срослись вновь — стоило только отдалиться от катализатора. Стоило только силой воли заставить себя не думать о нём дольше сорока минут в день. Меньше никак не получалось: работа не позволяла. Иногда, правда, в сознании возникали всполохи последних воспоминаний о странном диалоге с шефом. Они вызывали нервный холод, но быстро гасли — из-за всё той же силы воли.

Селена в последний раз поправила платье, взяла белую сумочку и двинулась на улицу — в сторону бара, на небольшой импровизированный девичник. Солнце уже зашло; лишь на редких облаках ещё виднелись гаснущие красные всполохи.

Девушка слышала стук собственных каблуков, щурилась от слепящего света вертикальных неоновых вывесок. К счастью, небольшой корпоратив должен был состояться совсем недалеко от её дома. Интересно, почему? Совпадение? Скорее всего.

Японские караоке-бары выглядели как… череда дверей. А вот за этими дверьми уже начинался праздник. В узкой комнате с аскетично выкрашенными стенами находился длинный стол, по периметру которого обычно стоял длинный диван. На стене напротив висел широкий телевизор, на котором, собственно, выбирали и пели песни. Иногда там работала светомузыка. Официанты носили в такие небольшие кабинки еду и выпивку. Гости могли задержаться там сколько угодно.

Селена впервые шла в караоке-бар. По-прежнему твердила себе, что не волнуется, и это по-прежнему было ложью. Внутренне она даже смирилась с тем, что придётся петь, смирилась с возможными улыбками коллег. Правда, всё ещё не смирилась с тем, что там может появиться Анселл.

От сердца немного отлегло, когда Бауэр увидела стоящих у входа в бар коллег — таких же неловких: они просто топтались и не решались зайти внутрь. Рыжая девушка в самых обыкновенных джинсах и две знакомые блондинки в скромных коктейльных платьях.

Селена неловко улыбнулась и помахала им рукой. Она не особо близко с ними общалась, но и не питала к ним никаких негативных чувств.

— Мисс Бауэр, — тут же неловко подала голос одна из блондинок. — Привет. Ты прям красивая сегодня, — в голосе звучало лишь удивление и замешательство, нисколько не зависть и не сарказм.

— Привет. Спасибо, — Селена кивнула. — А почему вы не внутри? В чём дело?

— А мы не знаем, есть ли там ещё кто или мы первые, — с лёгким стыдом призналась рыжая. — Не хочется как-то первыми заходить, потому что я, например, вообще по-японски не говорю. И девчонки тоже не говорят.

Они дружно потупили глаза. И Селена, недолго думая, с таким же пустым лицом встала рядом с ними.

— Если честно, у меня тоже японский не очень, — с очевидным конфузом пробормотала она, а девушки принялись понимающе кивать.

Время шло. Небо окончательно потемнело, стало чёрным на фоне ярких высоток. Воздух распирало смущённое молчание. Вскоре с другой стороны улицы раздался уверенный топот женских каблуков.

— Привет! — Эви сухо улыбнулась и махнула коллегам. — А вы чего не там? Что-то случилось? Ждёте кого-то?

— Привет, — Селена отвела глаза. Губы, как у лягушки, вытянулись