Экономическая история XX века. Как прогресс, кризисы и гениальные идеи изменили мир - Джеймс Брэдфорд ДеЛонг

доменные печи для производства стали непосредственно во дворах домов привел к нехватке и стали, и зерна. Хуже всего то, что, если приказ исходит непосредственно от диктатора, он гарантированно не услышит правдивой оценки. А так как политику «Большого скачка» проводил сам Мао, доклады говорили об успехах, хотя на самом деле люди голодали. В итоге от голода погибло около сорока миллионов человек.

Это была даже более страшная катастрофа, чем в других странах соцлагеря. Если бы вы прошли вдоль «Железного занавеса» от Ленинграда до Одессы, а затем – вдоль «Бамбукового занавеса» от Китая до Японии, если бы присмотрелись к социалистической Кубе, то увидели бы, что эти страны к 1990 году, когда занавесы рухнули, были в среднем лишь на одну пятую так же благополучны, как государства, избежавшие социалистических экспериментов. Но маоистский Китай был хуже этого среднего показателя.

Когда масштабы бедствия стали очевидны, то Мао медленно и осторожно отстранили от власти его же приближенные. В декабре 1958 года главой государства стал Лю Шаоци, а Дэн Сяопин – его правой рукой. В июле 1959 года министр обороны Пэн Дэхуай раскритиковал политику Мао, за что был осужден и выведен из состава партии и правительства. Мао Цзэдун сохранял символический статус, но реальные рычаги управления перешли к другим. Но Мао с этим не согласился.

Тем не менее организовать контрудар он смог только шесть лет спустя. Он использовал свою популярность среди низших чинов и молодежи, чтобы начать культурную революцию. Он призывал «бомбить штаб-квартиры», то есть уничтожать всех, в чьей лояльности он сомневался17. Лю Шаоци был убит. Дэн Сяопин – исключен из партии. Он лишился поста за мнение, что быть компетентным важнее, чем быть политкорректным. «Хорошая кошка, – говорил он, – не черная или белая, хорошая кошка – та, что ловит мышей». (Мао опасался, что под «черной» Дэн Сяопин подразумевал «красную», то есть революционную, а под «белой» – контрреволюционную). Возможно, выжить Дэн Сяопину удалось только благодаря удаче. Так, его сына, Дэн Пуфана, выбросили из окна, после чего он остался парализованным. Во время культурной революции закрылись университеты, чтобы пересмотреть учебные программы в соответствии с идеологией, инженеров отправляли работать в сельскую местность, технократов всех мастей увольняли. Стартовала антиинтеллектуальная кампания. Затем Мао начал чистки уже среди собственных сторонников – левых идеологов-интеллектуалов. В 1971 году Линь Бяо, второй по значимости член Постоянного комитета Политбюро, пытался сбежать и погиб в авиакатастрофе.

Культурная революция Мао, как и его «Большой скачок», продолжалась до самой его смерти в 1976 году. Точное число жертв неизвестно – возможно, было убито полтора-два миллиона человек, а десятки миллионов могли подвергнуться репрессиям и попасть в тюрьму. К 1970 году, после первой волны культурной революции, уровень материального благосостояния в Китае, по некоторым оценкам, оказался вдвое ниже, чем в Индии, и сравним с уровнем современных самых бедных стран. В итоге Дэн Сяопин вернулся из изгнания и взял власть в свои руки. Он был единственным, кто имел достаточно влияния и в армии, и среди чиновников, поскольку многие хорошо его знали18. Позже его снова отстранили, и только поддержка армии или самого Мао уберегла его от гнева «Банды четырех» – маоистской фракции, поддерживавшей прежнюю политику. Их власть закончилась после смерти Мао.

Спасли Китай в итоге две вещи. Во-первых, Мао не смог захватить Тайвань и отказался в 1949 году атаковать британский Гонконг. В будущем именно оттуда Китай получил специалистов и предпринимателей, необходимых для проведения индустриализации после 1978 года. Во-вторых – сам Дэн Сяопин. Когда его убрали в 1966 году, он еще не был сторонником рыночной экономики и явно не был тем «капиталистом номер два», как называли его сторонники Мао. Но уже после прихода к власти в 1978 году он действительно стал лидером, который вел страну по пути рыночных изменений. Он передал инициативу реформаторам – Ху Яобану, Чжао Цзыяну, Си Чжунсюню и другим, чтобы восстановить экономику и придать ей новый импульс. Именно с этого момента Китай начал путь к росту. Мао говорил, что поставил страну на ноги, но на самом деле это сделал Дэн Сяопин.

С ЦИНИЧНОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ самый любопытный вопрос о странах с развивающейся экономикой – не почему они часто стагнируют или переживают кризисы, а как иногда им все-таки удается стремительно расти? В Латинской Америке – Чили, Мексика, юг Бразилии, Панама; в Африке – Алжир и Ботсвана; в Азии – Гонконг, Малайзия, Сингапур, Южная Корея, Тайвань, Таиланд и, конечно, постмаоистский Китай – все они после Второй мировой войны добились впечатляющих успехов по сокращению разрыва в уровне жизни с богатыми странами. В чем секрет? Какие факторы отличают успешные экономические рынки от провалов?

Так давайте перейдем к более обнадеживающей части. Существуют две группы стран, которым удалось догнать «глобальный Север» после 1950 года. Первая – изначальные члены Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Сегодня это клуб богатых стран, но на старте, наряду с Японией и США, это были в основном получатели помощи по плану Маршалла и британские колонии. Вторая группа – страны Восточной Азии, на которых мы и сосредоточимся.

Скорость восстановления Японии после 1950 года стала неожиданной19. Многие сомневались, что после поражения во Второй мировой экономика сможет оправиться. С разрушенными заводами, нехваткой ресурсов и тотальной зависимостью от импорта какие у Японии были шансы? Все изменилось с началом Корейской войны, превратившей японские заводы в важный актив для США. В рамках холодной войны Вашингтон сделал ставку на Японию как на демократического и процветающего союзника в неспокойном регионе. Уже к 1955 году экономика страны достигла довоенного уровня, а затем начала расти рекордными темпами.

С 1960 по 1973 год японская экономика росла в среднем на 10% в год – ВВП на душу населения увеличился в четыре раза. В период с 1973 по 1990 год рост замедлился до 4,5% в год, но экономика вновь удвоилась, достигнув 78% от уровня США.

Как Японии удалось добиться такого успеха? Одним из ключевых факторов была политика протекционизма: сложные нетарифные экономические и социальные барьеры защищали местных производителей. Обычно экономисты критикуют такой подход: он мешает конкуренции, приводит к повышению цены и одновременно приносит выгоду производителям (которые не сделали ничего продуктивного, чтобы заработать). Протекционизм порождает предприятия, которые хорошо умеют выжимать из капитала то, что им нужно, но неэффективны и не нацелены на инновации. Но, похоже, в случае с Японией протекционизм себя оправдал. Со временем местные производители стали получать достаточно прибыли, чтобы компенсировать потери, а конкуренция на внешнем рынке заставляла их повышать качество. Переплачивая, они богатели.

Япония, как считали на Западе, была исключением: она