Чудовищная алхимия. Том 8 - Борис Фёдорович Тролль

Но хуже всего — каморка подъемника внутри оказалась завалена кучей булыжников, что было хорошо заметно через открытую настежь металлическую дверь.

Времени на раздумья практически не осталось, и командир начал импровизировать. Он тут же, прямо на ходу, обратился к своему источнику, зачерпнул капельку эны и, разделив ее на две, попробовал зациклить потоки между Пупками.

Это оказалось сложно — все же он пока еще не настолько сроднился с Шагом, — и первая попытка сорвалась. Зато вторая получилась. Парень моментально пропал и мигом позже появился в совсем другом месте. Точнее, прямо в стоящем впереди еретике в окружении десятка мутантов.

Человек даже сообразить ничего не успел, как разлетелся в стороны кровавым душем. Часть тварей одновременно впала в ступор, в то время как Зефир, ни на мгновение не замедляясь, продолжил бег прямо в стену.

И оставил бы он экстравагантную отметину на изваянии, если бы в последний момент не поднял ногу и не наступил на отвесную поверхность.

Раздался хруст, и стопа утонула в камне сантиметров на десять, а командир в этот момент, находясь практически параллельно земле, переставил другую ногу, сделав следующий шаг. Затем еще один и еще.

И вот он уже несся вверх прямо по стене благодаря набранному ускорению.

Преодолев метров пятьдесят, Зефир стал замедляться, а спустя несколько мгновений полностью остановился. Он моментально наклонился вперед и с размаху вогнал пальцы одной руки в камень. Потом совершил то же со второй, повиснув над землей.

Миг концентрации, взгляд вверх, и парень с помощью Шага переместился чуть выше уровня правого предплечья Бойни. Начав лететь вниз, он снова выстрелил руками вперед и, проделав дыры в твердой поверхности, резко остановил падение.

Подтянувшись, юноша оказался на огромной руке, шириной десяток метров, прилегающей к основному телу изваяния. Поверхность тут была ровной, а на краю стояли столбики для швартовки. Очевидно, что конечность выполняла роль пристани для летающих кораблей, а давешнее судно не случайно остановилось с другой стороны, у левого предплечья.

Глянув вверх, на огромное навершие меча, также прилегающее к камню статуи, словно вырезанное из цельного куска, молодой человек опустил глаза ниже. После набалдашника шли не менее громадные кисти, державшие рукоять оружия. А прямо на тыльной стороне ладони виднелась широкая деревянная дверь, к которой он и поспешил.

Попав внутрь и оказавшись на площадке в несколько квадратных метров, от которой уходили ступеньки как вверх, так и вниз, командир задумался.

Здешней планировки он не знал. Да и где искать это основание, не ведал. Поэтому ему осталось положиться только на удачу, и парень внимательно осмотрелся.

Впереди была закрытая дверь, аналогичная той, через которую он сюда попал. Ему туда точно было не нужно, так как вела она на пристань с другой стороны.

Зефир опустил взгляд на пол. На камне лежали пять тел в красных робах: четыре послушника и один служитель, с которых натекло довольно много крови.

И, судя по расположению мертвецов и оружию, валявшемуся тут же, они пытались защитить проход наверх.

Конечно, это еще ничего не значило, но командир решил довериться интуиции, звавшей его выше, и начал подъем, переступив через трупы.

Ступеньки вскоре закончились и вывели его посреди большого прямоугольного зала. По бокам помещения находились резные двери, сейчас открытые, а на полу лежала парочка мертвецов. Впереди была широкая мраморная лестница, к которой молодой человек и направился.

Преодолев ее, он попал в куполообразное пустое помещение, где посреди стояла четырёхметровая статуя Всемогущей Бойни из белого камня. Перед ней расположился небольшой деревянный помост, сейчас пустой.

Зато рядом с ним обнаружилась парочка еретиков в черных плащах. Чуть слабее чемпионов по исходящей опасности. Они явно не ожидали гостей, особенно таких, и поначалу растерялись, чем воспользовался командир. Он рванул к ним на пределе скорости и буквально в два взмаха располовинил обоих. Да так быстро, что те даже пикнуть не успели.

Смахнув кровь с клинка, парень еще раз внимательно огляделся. Проходов в помещении не оказалось. Тут вообще было шаром покати. Ни столов, ни шкафов, ни стульев — только статуя Санду.

Выходило, что он ошибся с направлением.

Зефир уныло вздохнул и, прежде чем уйти, заглянул за изваяние. Каково же было его удивление, обнаружить там неприметную дверь.

Еще снаружи, на предплечье, юноша обратил внимание, что навершие, в котором он сейчас находился, как и руки Бойни, прилегали к основному телу титанической статуи. То есть вероятность, что этот ход вел не в чулан с метлами или сортир для Высшего иерарха, а в другие более важные помещения, была очень высока.

Потянув на себя ручку, юноша шагнул внутрь и моментально обомлел.

Если прошлый зал был большим, то этот — раз в пять крупнее. Куполообразный, с ровным полом и абсолютно пустой, кроме, конечно, центра.

Там, с потолка, окружённая мерцающим барьером, висела нагоняющая жути пятнадцатиметровая тёмно-красная креветка с клювом в районе рта. Все ее тело оказалось покрыто слизью и темными отверстиями, проделанными кем-то очень педантичным, отчего напоминало сетку. Вместо лапок из нее росли десятки длинных щупалец с острыми даже на вид когтями. Огромные глаза этой хтонической твари были закрыты, и, казалось, она спала.

В общем, зрелище было настолько омерзительным и шокирующим, что командир не сразу заметил парочку безоружных стариков около чудовища, находившихся справа от невысокого постамента.

Оба сморщенные, как чернослив, но на этом сходство заканчивалось. Один — бородатый, в богатой алой рясе — висел в воздухе, суча ногами. Второй — гладковыбритый, в чёрной робе — держал его за горло без видимых усилий. Культист был обычным человеком. Еретик же по исходящей опасности тянул на архичемпиона.

— Госпожа этого так не оставит… — прохрипел первый дед, безуспешно пытаясь освободиться.

— Твоя госпожа сейчас лежит и подыхает, а мы ей в этом немножечко поможем, — улыбнулся его противник.

Раздался хруст, и иерарх, или, возможно, даже Высший иерарх, затих, пока старик в черной робе начал шарить у него по карманам свободной рукой.

— А вот и печати, — удовлетворённо проговорил он и через мгновение забрал у мертвеца два каких-то камня красного цвета.

Отбросив труп, он, не обращая никакого внимания на осторожно приближающегося командира, обернулся в сторону креветки и задумчиво заметил:

— Даже у Бейсина, скорее всего, не такое уродливое отражение внутреннего «Я», как у этой сучки.

— У Санду, что ли? — поинтересовался Зефир, остановившись в метрах пяти от своего противника.

Молодой человек в данный момент пытался оценить обстановку и усиленно соображал.

Те красные камни, которые дед забрал у мёртвого иерарха, скорее