Чудовищная алхимия. Том 8 - Борис Фёдорович Тролль

— Не глупи. Ты забыл, что время тут течет по-особому? Мир не погибнет в одночасье, потому что Санду за его пределами будет еще страдать в агонии. Недолго. Пусть даже две минуты. Но это полтысячи лет здесь. А жрать души она больше не сможет — основание не просто её отражение, а та часть, которой она их поглощает. По сути, мы вырвем ей сердце и залепим рот.

Звучало логично. Но можно ли было доверять в этом вопросе еретику?

Вообще-то, всё, что до этого рассказывал Умник, звучало логично и, самое главное, — подтверждалось личным опытом командира. Пусть в небольших деталях, но именно это и сделало поведанную историю правдивой.

Однако в последнем объяснении был точно замешан шкурный интерес деда, которому осталось всего-ничего, и это напрягало.

Неожиданно раздалось взволнованное тявканье Брута. Зефир в этот момент выпал из действительности. Буквально на секунду — и этого времени хватило, чтобы Умник сделал несколько быстрых шагов до постамента и вставил пару недостающих камней.

Барьер пропал.

В тот же миг креветка открыла глаза, гневно уставившись на незваных гостей, и буквально выстрелила щупальцами во все стороны, которые непонятным образом оказались бесконечно длинными.

— Сукин дед! — взревел командир и бросился к каменной подставке.

Он увернулся от удара кулаком и на ходу отмахнулся от противника. Попадание вышло слабым, но все равно откинуло старика на несколько метров.

Спустя мгновение одна из печатей-ключей оказалась у молодого человека в руках, и он с надеждой поднял взгляд. Чтобы тут же присесть, укрывшись за постаментом, над которым пронеслось красное щупальце твари.

Зефир не стал ждать и влепил по нему выхваченным с пояса деревянным жезлом. Однако, как и ранее, эффекта не последовало, и он просто откинул чужую конечность, не нанеся никакого вреда.

Подумать над этим ему не дали, и вскоре другой отросток атаковал сбоку. Парень сиганул в сторону и быстро огляделся, бросив бесполезный артефакт под ноги.

Барьер почему-то так и не появился. В это же время дед с правой стороны перекатами уворачивался сразу от трёх конечностей монстра, а Брут периодически верещал и панически мигал в пространстве, каждый раз в последний миг ускользая от охотящегося за ним единственного щупальца.

Но хуже всего: оставшиеся отростки сейчас усиленно наматывались вокруг, заключая их всех в огромный кокон и заблокировав единственный выход отсюда. Не зря ему показалось, что они чересчур длинные. Похоже, что монстр мог растягивать их сколько угодно.

В тот же момент креветка напомнила о себе и жутко заклекотала, раскрыв свой клюв, а затем по командиру ударили сразу с двух сторон. Он резко шагнул вбок, пропуская мимо первую конечность, и крутанулся, ускользая от второй, однако чуть не рассчитал — огромный коготь вспорол броню и кожу на ребрах, точно тряпку.

Боль была зверская, но это не помешало парню опустить усиленную ладонь на одно из щупалец, между которыми он оказался.

Удар, — к удивлению командира, который ни на что серьезное, в общем-то, и не рассчитывал, — вышел действенным. Отросток буквально разорвало пополам, и обрубок впечатался в пол, орошая все какой-то желтой дрянью, воняющей, точно выгребная яма.

Тварь тут же грозно защелкала клювом и начала размахивать покалеченной конечностью, пока та прямо на глазах пузырилась и отращивала новый коготь.

— Ты использовал на себе средоточие! — вдруг радостно заорал в стороне дед, выйдя из очередного переката.

По нему сразу же атаковали два щупальца, и он с грацией кошки нырнул вперед, пропуская их мимо.

— Съел маленькую половину! — крикнул в ответ молодой человек, влепив леща по костяному когтю и размалывая его.

Отчего-то ладонь отлично справлялась с отростками твари, в отличие от его жезла, хотя все должно было быть наоборот.

— Боги! Как же хорошо, что ты все-таки идиот! — раздался радостный вопль Умника.

Кто тут идиот, еще нужно было посмотреть. Хрен знает, на что дед рассчитывал, когда вставил камень, но явно не на то, что будет как заправский акробат скакать перед креветкой.

Зефир, отбившись от очередного нападения, тем временем бросил быстрый взгляд на монстра, затем на место, где раньше был выход.

У крайне осторожного противника дежурило пять отростков. Потому прорываться туда, он посчитал глупостью. Зато дверь, заблокированная огромной массой щупалец, теперь выглядела очень даже притягательной.

Десяток конечностей все это время продолжал наматываться по стене и создавать гигантский кокон. И когда тварь закончит, то точно использует их против своих противников, которым придется очень несладко. Скорее всего, смертельно.

— У меня есть план! — послышался крик деда.

Однако юноша не обратил на него никакого внимания. Пусть старый маразматик сам тут разбирается, командир же решил прийти сюда позже, подготовленным — ведь последний четвёртый ключ лежал у него в кармане.

Зефир увернулся от одного отростка и влепил ладонью по другому. Шаг — и он оказался у енота, дышавшего будто загнанная лошадь, резко закинув того на плечи. И спустя миг врезал пощечину по когтю, который пытался их проткнуть.

Конец щупальца разорвало, орошая все желтой гадостью, а командир уже мчался к мясной стене, состоящей из колец, туда, где должна была быть дверь.

Как только парень оказался перед преградой, он влепил, что есть мочи, усиленной ладонью.

Три горизонтальных отростка на уровне груди с отвратным чавканьем моментально разорвались, образовав просвет сантиметров сорок. Зефир уже было приготовился применить Шаг, чтобы выбраться из западни, когда с плеч предупреждающе заверещал Брут.

Юноша дёрнулся назад, и в пол перед ним воткнулись сразу три когтя, по щупальцам которых он тут же ударил.

Те моментально порвались, забрызгивая все желтой жижей, а сзади раздалось угрожающее щелканье креветки. Зефир же в этот момент мысленно выругался — небольшой проделанный проход, через который он хотел слинять, уже зарос. Хуже того: остальные конечности перестали наматывать круги и обратили внимание на юношу.

— Ты там не передумал⁈ — заорал еще живой дед. Он, не прекращая кувыркаться, постоянно уходил от атак, точно скользкий морщинистый угорь.

— Передумал! — крикнул в ответ парень и сиганул вбок от летящего в него когтя, а затем шарахнулся, но уже в другую сторону.

В месте, где он только что стоял, пол пропороли два костяных лезвия, и командир, врезав ладонью по отросткам, резко отскочил от следующего выпада.

Внезапно его скорость заметно просела — действие Усиления, которое он накладывал на себя хрен знает как давно, кончилось — и, не ожидавший этого Зефир, совсем чуть-чуть не успел. Тут