Семь фальшивых свиданий! - Янина Логвин

Ну не сбрасывать же его руку с плеча с громким возмущением: чего он ко мне прилип? На нас смотрят камеры и прямо сейчас я, наоборот, должна чувствовать себя ужасно польщенной и строить ему глазки.

Так почему же сижу и не могу дышать?

— Кошкина, отомри! — услышала я глухой голос Дениса прямо у своего виска. — Ты собираешься есть мороженое или так и будешь сидеть, выставив перед собой ложку, как белка во льду? Сделай хоть что-нибудь, иначе это выглядит, словно я тебя заморозил.

— Да, — я поспешила натянуто ответить, — я собираюсь его есть.

Наши бедра буквально прилипли друг к другу сквозь ткань джинсов, и я не могла остановить свое сердце, какое уж тут мороженое.

— Одна?

И столько удивления в голосе.

— Конечно. А вдруг там яд? Я тоже хочу умереть ради тебя… Денис! — брякнула погромче и с чувством.

Кажется, получилось сказать правдиво, и я покосилась на парня. Зачерпнула из ведерка аккуратный кусочек пломбираи отправила в рот, надеясь, что мороженое меня остудит. Вот прямо сейчас мне это было жизненно необходимо! Как и моему пульсу.

Вблизи глаза Дениса оказались темными и заинтересованными, а взгляд из-под черных ресниц — непривычно мягким. Я поспешила отвернуться и съела еще кусочек, надеясь, что по ту сторону камер не заметно, как сильно мой партнер меня смущает.

На экране в этот момент герой накрывал героиню своим плащом от дождя — кадр был очень красивым. И тоже меня смущал! Нужно было срочно спасать положение и возвращать себе броню, иначе я не высижу этот шоу-сеанс. Тем более, что Демонец как-то странно притих.

— М-м, какое вкусное, пальчики оближешь! — я медленно собрала губами с ложки фисташковый крем и демонстративно её облизала со всех сторон — так, как дети кусают яблоко, чтобы оно никому не досталось.

Повернувшись к парню, приторно улыбнулась ему и протянула ложку в полной уверенности, что он её не возьмет. Это же Демонец, подайте-ему-только-самое-лучшее, а банку с колой я не готова так просто забыть!

— Хочешь попробовать? — мило предложила в лучших традициях телесвидания. — Ты же не веришь во все эти микробы, вирусы и герпес? А еще стафилококк, сезонный грипп, хеликобактер и мононуклеоз? Последний, кстати, называют «болезнью поцелуев», но ты ведь не собираешься со мной целоваться, правда?

Я кокетливо хихикнула — какая глупость! — а Демонец вдруг завис. Уставился сначала на ложку, потом на мои губы — не спеша отводить взгляд, словно изучая их линии, — и только после этого посмотрел мне в глаза.

И с учетом того, что наши лица разделяли жалкие тридцать сантиметров, а его рука продолжала меня обнимать, мой смешок неожиданно застрял в горле, а сердце едва не вылетело сквозь грудную клетку. Это снова произошло — молния, электрический разряд и пульс на уровне тахикардии. Да что со мной происходит? Я хотела отомстить Денису, выставить его брезгливым мажором, а в итоге смотрю в синие от полумрака глаза и вижу там что-то темное, тягучее и определенно притягательное.

О, нет.

— Мононуклеоз, значит? — отозвался Денис приглушенно, явно не для камер и микрофонов. — Звучит, как вызов, Кошкина. Уверена, что не собираюсь?

— Ты… ты с ума сошел, — пролепетала я просевшим голосом, вдруг осознав, что он не шутит. — Просто сморозь какую-нибудь гадость, я ничего такого не имела в виду!

— А может, ты себе врешь? — он наклонил голову и его шепот коснулся моего лица, заставляя волоски на шее встать дыбом. — Твоя жизнь, похоже, полна приключений… Диана. Прямо как у сезонного гриппа. Уже влюбилась в меня?

— Что? — опешила я от такого предположения. — Никогда! Руку убери.

— Потерпишь!

— Ненавижу тебя!

— Убила наповал. А я так надеялся на обратное. Должно же в этом шоу быть хоть что-то настоящее, например твой зашкаливающий пульс!

— Ты просто невыносим!

— Лучше смотри свою дораму, там уж точно герой, какой тебе нужен! Еще сто серий будет хлопать глазами, как мямля!

— И буду! Ты просто ничего не понимаешь в романтике.

— Куда уж мне. Я же такой приземленный. Интересно, режиссер этого ванильного нечто видел, что сразу за героями вход в ресторан? Или держать их под ливнем — это часть сценария?

— Тебя забыли спросить!

— Было бы неплохо. Я предпочитаю действовать, а не выглядеть кретином.

— О, да. Половина девчонок на потоке знает, как ты действуешь!

— Серьезно? Ну давай, расскажи мне сказки, пока я ту работаю твоим личным обогревателем… принцесса!

Я хотела огрызнуться, что в обогревателе не нуждаюсь, а совсем даже наоборот. Но, во-первых, в этот момент по ногам не шуточно потянуло сквозняком от кондиционеров, а во-вторых, мы не могли бесконечно ругаться, делая вид, что мило секретничаем.

Видимо, Денис тоже это понял, потому что мы оба резко отвернулись к экрану и тут же натянули на лица приветливые улыбки. В мелодраме герой ласково держал героиню за руку, закрывая собой от брызг проехавшего автомобиля, а я в тайном ужасе смотрела на табло пульсометров, на котором зеленая линия под номером четыре превратилась в красную и плясала на отметке в 96 баллов. Самый высокий показатель из двенадцати шкал, кошмар! Линия под номером «одиннадцать» тоже резко рванула вверх, догоняя мою. Кому-то из девчонок в этом зале было так же несладко, мелькнула мысль. Наверняка Насте, она выглядела самой впечатлительной из всех девушек. Зато линия под номером «семь» продолжала стоять в зоне штиля.

Я незаметно покосилась на Демонца. На его застывший прямой профиль, подсвеченный синеватым светом экрана. Возможно, ему на самом деле было плевать и на сюжет фильма, и на мое присутствие в его личном пространстве… но его невозмутимость начинала злить. Он либо робот, либо я на него действую как двойная порция снотворного. И неизвестно, что из этого обиднее.

Почему эту «молнию» между нами только я чувствую?!

Я незаметно вздохнула, опустила взгляд и потянулась к ведерку, но ложку у меня вдруг ловко перехватили.

— Знаешь, — лениво протянул Денис, уже не приглушая голос, — в детстве одна девчонка дразнила меня пришельцем с Марса. Говорила всем, что я из расы зеленых ящериц и у меня зеленая кровь. По сравнению с тем стрессом, который я испытал, ковыряя палец иголкой в поисках улик, твои бактерии, Диана, — детский лепет.

Он зачерпнул из ведерка приличную порцию мороженого и спокойно отправил в рот. Собрал остатки крема губами и с тихим вызовом посмотрел на меня из-под полуприкрытых век.

— М-м, ты права, — добавил довольно. — Это правда вкусно. Пожалуй, надо распробовать лучше.

— А больше ничего… ну, та девчонка не говорила? — выдавила я из себя, наблюдая за вопиющей наглостью