Месть Черного Лебедя - Кот Звездочет

представились. Более бойкая шотландка поведала, как они очутились в поздний час в заброшенном коридоре. Ходили в общежитие Хаффлпаффа, засиделись за играми. Жених Августы пошел провожать подружек. Решили срезать путь и, само собой, заблудились. А потом встретили плохих парней, которые в Акерли Лонгботтоме увидели зло.

Да где же в порядке девочки?! У Минервы, оказывается, кровь носом пошла. А Фоули свинтила, не получится отругать ветреную ведьму. Протянула пострадавшей платок. Она промокнула сначала глаза, а потом и нос. Святая простота поблагодарила и протянула тряпицу мне. Чарами приманила платок и демонстративно его сожгла.

– Милая, нельзя в мире магии быть такой беспечной.

– А я ведь ей каждый день говорю: будь осторожна. А она не слушает, – смело высказалась Августа.

– Молодец, стараешься защитить подругу от неприятностей, – порылась в сумке, достала книгу: – Держи, Минерва. Здесь доступным языком описан уклад жизни волшебников.

Написал фолиант Веспер Блэк. Автор хотел, чтобы магглокровные волшебники, желающие стать вассалами чистокровных, были подкованы и не творили несусветную дичь.

– Ох, у тети Акерли такая книга есть. Но она никому ее не дает. Мисс Блэк, можно мы с Минервой вместе будем читать?

Тетя мальчика – Калидора Лонгботтом, в девичестве Блэк.

– Конечно.

Уж такие-то вещи все должны знать, меньше будет проблем. Нынче и проживающие в магическом мире многое позабыли и живут как магглы с волшебными палочками, развлекаются простенькими бытовыми чарами.

Получается, Августа с раннего детства помолвлена с наследником Лонгботтом. Но я точно помню, ее муж был намного старше. А ведь Акерли сегодня мог погибнуть. Вдруг там произошло страшное, мальчик умер, и жениха девочке заменили.

– Марволо, проводи девочек. И если тебе не трудно, в больничное крыло загляни. Вдруг мистеру Лонгботтому требуется особая помощь.

– Может, вместе пойдем?

Не хочет меня одну отпускать. Но я так устала. Вроде провели только подготовительный комплекс, а у меня все тело ломит, будто и не тренировалась ни разу.

– Я сама доберусь. Отважные львички, до завтра. В пять я буду в библиотеке. Смело подходите. Вдруг вам что-то будет непонятно, – указала на книгу.

– Спасибо, мисс Блэк, – в голос воскликнули гриффиндорки и преданно уставились на старосту.

А Реддл очаровал девчонок. Ничего не сказал, ничего не сделал, книг не дарил, помощи не предлагал, а поди ж ты, хороший. Ну и чего разворчалась? Помахала им и отправилась в общежитие. Прошла меньше половины пути, столкнулась с обеспокоенным Орионом. Он порывисто обнял. Горячая ладонь заскользила по спине. Сквозь несколько слоев одежды чувствую жар.

– Вэл, тебя одну никуда отпускать нельзя. Обязательно найдешь приключения.

Задрала голову. Не перестаю удивляться. Он растет не по дням, а по часам. Рука сама потянулась к его лицу. Прикоснулась к шраму, провела пальчиком от начала до конца отметины. А потом мы долго целовались. Из забытья вывел удар колокола, возвещающего о скором отбое. Пришлось идти в подземелья. Звук, виртуальный, слышен только в стенах школы. Колокола так ведь и не вернули на место.

Немного посидели в гостиной, поболтали с ребятами из банды Реддла. Сам он пришел после отбоя, и то для того, чтобы успокоить меня. Сегодня у парня ночное дежурство.

– Вовремя успели. Обездвиживающее проклятие вроде простое, но ядро у мальчика до сих пор нестабильное. Читал, такое бывает, не все к одиннадцати годам созревают. Магия вошла в резонанс с чарами, и паренек мог выгореть или даже погибнуть.

Надо же, верно предположила.

– А Лукреция почему с тобой не пришла?

– Так не было ее в лекарне.

– Понятно. Наверное, вы разминулись.

В комнате Лу не обнаружила. Решила рано паниковать. Пошла в душ, на тело нужно нанести зелье, иначе завтра все будет болеть. Сестрицу пришлось ждать долго, два часа после отбоя прошло. Вот где она шляется? Хотела уже идти будить Ориона, пока искала подходящую мантию, блудная кузина вернулась.

– Лу, ты чего творишь?! – коршуном налетела на довольную девчонку.

– Эй! С ума сошла?

Она отмахнулась от меня, как от надоедливой мухи, и поплыла в ванную. Это я сошла с ума?! Ладно, подожду и попытаюсь спокойно поговорить. Разговор не задался. Были только охи и вздохи. Лука такой милый, такой внимательный, такой умный и прочее. У талантливой писательницы много восторженных эпитетов нашлось.

– Лукреция, ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Забыла, о помолвке? Прюэтт уже побоку?! Ты позоришь семью!

Сестра насупилась, ответить не соизволила. Будто он ее опоил и приворожил. Но как? Может, у него родовой дар или семейные чары, сводящие с ума противоположный пол, имеются. Надо на его ауру взглянуть, вдруг он магик. Высшие любят пошалить. Бывают случаи, являются на матушку Землю отдохнуть или по делам, к примеру, сидхе. Но вроде развлекаются с простыми людьми, к волшебникам не суются. Значит, этот вариант отпадает. Слава Богам!

– Поклянись мне, ты не станешь с Фарнезе встречаться. Иначе я напишу Арктурусу.

Кузина вздрогнула, угроза подействовала. Она пообещала более с итальянцем не контактировать. Ага, верю. Глаз с нее не спущу.

Хотела утром поговорить с Орионом, но не вышло. Как назло, нас постоянно отвлекали. А к вечеру перегорела.

– Тебя что-то тревожит? – спросил жених.

Мы сидели в широком кресле, спрятанном за раскидистым кустом. Много зелени в факультетской гостиной, причем комнатные растения экзотические, ни одного не опознала.

– Что тебе известно о Фарнезе.

– Мало. До Хога обучался в Ильверморни. Причина перевода к нам неизвестна. О семье тоже ничего не знаю. Учится очень хорошо, с ребятами общается ровно. Друзей не завел, но и общества не сторонится. А почему он тебя заинтересовал?

Пожала плечами:

– Хорошо дерется.

Не знаю, почему не поделилась с Орионом тревогой. Понимала ведь, опасно в одиночку против непредсказуемого мага переть. Но то ли гордыня голову подняла, то ли глупость в одном месте заиграла.

Почти неделю все было спокойно. Я пристально следила за сестрой.