Князь Медведев. Сила рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

Кали, уменьшившись в размерах, отпустила Рысева. На лице гроссмейстера промелькнула улыбка.

— Вам удалось поднять мне настроение. Пока живите.

— Прошу вас задержаться, — начал я.

Гроссмейстер снял пенсне и прицельно уставился на меня. Я поторопился добавить:

— У меня еще есть интересная информация, ради которой я вас и пригласил.

Достал из инвентаря переговорник, чтобы связаться с Ягужинским или Блудовым.

Тут опять прозвучало приглашение от Глафиры:

— Господа, всё остынет, прошу к столу.

Она, даже будучи пустышкой, ощущала давящую силу моих гостей. Но чувство долга перевешивало страх.

А вот Рысев уже понимал, кем являются посетившие нас существа. По крайней мере, Кали. Думаю, тот запредельный уровень могущества, которым обладал гроссмейстер, он даже не мог вообразить.

Гроссмейстер снова улыбнулся и, проходя мимо меня, тихо произнёс:

— Я уже успел забыть, как приятно, когда тебя так настойчиво зовут к домашнему столу. Считай, благодаря этой женщине тебе плюс в карму на будущее.

Глафира провела в гостиную моих гостей и притихшего Рысева. Остальные бойцы быстренько разошлись по периметру.

Я задержался, набирая номер Блудова.

— Миша, ты на часы смотрел? — сонно проворчал тот. — Совсем обнаглел.

Я взглянул на высветившееся в углу экрана время: 05:13

— Ну, извини. Вопрос не терпит отлагательств. Где трупы крыланов?

— Крыланов, говоришь? Интересненько. — Голос его стал елейно-настороженным. — А ты чего в пять утра этим вопросом озаботился?

— У меня тут гости образовались. Показать им надо.

На той стороне повисла тишина. Её прервала непереводимая тирада:

— Щас я приеду и обязательно всех с трупами познакомлю. Особенно тебя.

Дослушав до конца, я поинтересовался:

— Не могу дозвониться до Ягужинского. Не знаешь, где он?

— Он проводит аудит в доме «Весёлой тётушки», — хохотнул с той стороны Блудов. — Велел в ближайшее время не беспокоить.

— Ты так и не объяснил, где трупы, — поторопил его я. — Сейчас не до шуток. Ими интересуются серьезные люди.

Сказал и сам задумался: а люди ли мои гости?

— Точнее, даже не люди, а гроссмейстер и игрок. Ты в курсе, кто такой гроссмейстер?

— Скоро подъеду, — после недолгого молчания рыкнул Блудов. — Не нравятся мне твои шуточки.

Кажется, он мне не поверил.

Я прошел в столовую и оценил, как быстро опустошаются тарелки. Отправил Дуську, исполняющую роль официантки, за добавкой. Блинчики с красной рыбой просто таяли во рту.

Кали отдавала предпочтенье жульену из белых грибов, а гроссмейстер — сациви.

Рысев механически поглощал пельмени, находясь в лёгкой прострации от того, с кем сидит за одним столом. Он абсолютно не принимал участия в нашей непринужденной беседе на тему вкусовых пристрастий драконов.

Мы перешли уже к кофе с круассанами, когда послышался рёв двигателей тяжёлой техники. Через несколько минут в столовую ворвался раздражённый Блудов.

Синекожая Кали мило ему улыбнулась.

Гроссмейстер сделал глоток, посмотрел на него через пенсне и строго пригласил присаживаться.

Блудов на негнущихся ногах прошёл к столу. Являясь фигурой в ранге дракона, он хорошо осозновал, кто сейчас находится в этой комнате и какие последствия могут быть, если их рассердить.

— Ну и что дальше? — поинтересовался у меня гроссмейстер.

Я приподнял бровь и с вопросом посмотрел на Блудова. Тот, немного придя в себя, предложил проехать в Академию. Как выяснилось, там находится закрытая лаборатория по изучению аномальных форм жизни.

Вместе с домом мне досталась машина Газ-14 «Чайка» премиум-класса.

Усадив за руль Рысева, мы вчетвером свободно разместились в салоне. Через час в холле центрального здания Академии нас встречал лично граф Гнедич Антон Моисеевич, заместитель главы Академии по учебной части.

Его попытка втереться в нашу компанию и показать свою значимость была пресечена Блудовым на корню.

— Антон Моисеевич, займитесь своими обязанностями, — резко осадил его Блудов.

При этом злой мстительный взгляд Гнедича достался почему-то мне.

Мы спустились в лабораторию на минус пятый этаж. В дезинфекционной переходной камере нас встретил добрый доктор со взглядом маньяка со стажем.

Его взгляд прикипел к Кали. Кажется, мысленно он уже начал препарировать синекожую даму.

— Я тебе сейчас голову оторву, — спокойно рассматривая встретившего нас учёного, заявила Кали.

Учёный сразу опустил глаза и провёл нас в прозекторскую.

Гроссмейстер осмотрел вскрытые тела.

— Интересные зверушки. Явно генно модифицированы.

И повернулся ко мне:

— Откуда мутанты?

Рассказал гроссмейстеру полученную во сне информацию. Я уже привык, что мои способности видеть реальность в сне являются непреложным фактом. Как-то так оно всегда совпадало. Да и одушевлённой проекции нашего мира в лице Алисы я верил. А вот гроссмейстер отнесся к моим слова с недоверием.

— Надеюсь, это не твоё богатое воображение. — Он нахмурился, — Будем разбираться.

Трупы крыланов пропали с разделочного стола. Гроссмейстер исчез так же неожиданно, как и появился.

Кали, послав нам с Блудовым улыбку и проведя рукой по голове стоявшего столбом учёного, шагнула в открывшийся портал.

Учёный отвис и удивленно спросил:

— А вы кто и как сюда попали?

Я даже не стал прислушиваться, что говорит Блудов. Молча направился на выход.

Непонятное давящее беспокойство занозой сидело внутри меня. Пока я анализировал, что именно так меня беспокоит, мы поднялись в центральный холл Академии, где нас вновь встретил Гнедич.

Он протянул мне официальный бланк:

Академия имени Бориса Годунова уведомляет студента Медведева Михаила Вячеславовича об отчислении в связи с пропущенной практикой по закрытию прокола.

Дальше шли подпись Гнедича, печать и сегодняшнее число.

Я прислушался к себе. Может, тревога связана с этим письмом?

Нет, не то.

Подошедший Блудов заглянул в выданный мне документ.

— Антон Моисеевич, тут вкралась ошибка.

Он вынул документ из моих рук и передал Гнедичу.

— Михаил по просьбе нашей гильдии закрывал вместе со мной проблемный прокол.

Умеет этот нехороший заместитель ректора сохранять невозмутимый вид.

— Прошу предоставить официальный документ, — не меняясь в лице, обратился он к Блудову.

И сразу обернулся ко мне:

— Студент Медведев, вам даётся три дня на сдачу теоретической части.

С гордым видом Гнедич покинул нас.

Блудов, приняв мое беспокойство за вселенскую усталость, попрощался со мной, отложив разговор по душам обо всём произошедшем на следующий день. Тем более, судя по разрывающим его переговорник звонкам, дел у него сейчас выше крыши.

Я попрощался с Блудовым, достал переговорник и