Легенды и мифы Индии - Илья Борисович Спектор

– А вот как, – отвечала им черепаха. – Надо найти большую палку, вы возьмёте её в клювы, а я ухвачусь за неё ртом. Так и смогу взлететь с вашей помощью.

– Это ты хорошо придумала! – воскликнули гуси. – Но есть одна опасность.

– Какая же? – спросила их черепаха.

– А вот какая, – отвечали гуси. – Найдём мы большую палку, возьмём её в клювы, ухватишься ты за неё ртом, поднимемся мы в воздух и понесём тебя на другое озеро. Но люди увидят это. Удивятся они, станут кричать. Ты, конечно, ответишь им. И как только рот твой откроется, ты упадёшь. Тут-то тебе придёт конец. Потому-то не следует так рисковать!

Обиделась черепаха:

– Неужели я так глупа, что стану отвечать им?! Нет, буду я молчать, и всё закончится хорошо!

Сказано – сделано. Нашли гуси палку, взяли её в клювы, уцепилась черепаха за палку ртом. Так поднялись они и направились к другому озеру. Летели они над лесами, над горами, летели и над полями, где паслись стада коров. Увидали пастухи, как гуси несут черепаху. Удивились и закричали:

– Смотрите, смотрите! Гуси несут черепаху! Вот бы нам поймать её и сварить из неё суп!

Услыхала их злые речи черепаха, рассердилась и в гневе забыла о том, что должна молчать.

– Ах вы бессовестные! – воскликнула она в сердцах. – Чтоб вам золой подавиться!

С этими словами стремглав полетела она вниз. Потому-то всегда следует прислушиваться к добрым советам друзей, чтобы не закончить жизнь, как та глупая черепаха.

Младший сын царя и Бодхисаттва[20]

(буддийская легенда)

Правил некогда в городе Варанаси[21] царь по имени Брахмадатта, и было у него сто сыновей. К каждому из них приставил Брахмадатта по советнику, чтобы научили они царевичей, как следует жить и как править. Младший из сыновей носил имя Самвара. Его наставник был самым умным и заботился о своём воспитаннике лучше прочих, что и неудивительно, ведь был это не кто иной, как сам Бодхисаттва.

Выросли царевичи, закончили своё обучение. Теперь каждому полагалось получить от царя в управление землю. И когда девяносто девять сыновей это сделали, спросил Самвара у Бодхисаттвы:

– Скажи, о учитель, как быть мне? Все мои братья уехали, остался я один. Что делать, если и меня решит отец отослать от себя?

– Не соглашайся, царевич, – отвечал ему мудрый Бодхисаттва, – как станет отец предлагать тебе землю в управление, скажи ему: «О отец мой, ведь я самый младший из твоих сыновей. Если отошлёшь ты меня, кто останется с тобой? Позволь же мне остаться!»

Так и сделал царевич. По сердцу пришлись Брахмадатте речи младшего сына и позволил он ему остаться при дворе.

Прошло время. Вновь обратился Самвара к Бодхисаттве за советом:

– Скажи мне, о мудрый, что следует делать мне теперь?

– Попроси царя, чтобы пожаловал он тебе старый парк, – отвечал наставник.

Так и сделал царевич. Получил он от царя во владение старый парк и тотчас по совету Бодхисаттвы разослал в дар всем жителям города цветы и плоды из этого парка. Возрадовались люди, были благодарны они царевичу за щедрость.

Прошло время. Вновь обратился Самвара к Бодхисаттве за советом:

– Скажи мне, о мудрый, что следует делать мне теперь?

– Попроси царя, чтобы он пожаловал тебе право самому раздавать пищу и жалованье дворцовым слугам, – отвечал ему наставник.

Так и сделал царевич. Согласился Брахмадатта, чтобы сын его раздавал пищу и жалованье дворцовым слугам. И делал это царевич всегда честно и справедливо. За то были слуги благодарны ему.

Прошло время. Вновь обратился Самвара к Бодхисаттве за советом:

– Скажи мне, о мудрый, что следует делать мне теперь?

– Попроси царя, чтобы позволил он тебе взять на себя все дворцовые расходы – и на рабов, и на стражу, и на лошадей, – отвечал ему наставник.

Так и сделал царевич. И опять вёл он дела честно и справедливо. Никого не обидел, всех расположил к себе!

Вот пришла пора умирать старому царю Брахмадатте. Собрались его советники и спросили его:

– О великий царь! Близок конец твой. Кого же возвести нам на престол после смерти твоей?

Отвечал им Брахмадатта:

– Все сто моих сыновей – наследники мои. Выбирайте же того, кто более других любезен вашему сердцу!

– Мы выбираем Самвару, он милее всех нашему сердцу! – отвечали царю советники.

Умер царь Брахмадатта, а Самвара занял престол и стал править царством. Правил он разумно и справедливо, потому что по-прежнему во всех делах всегда спрашивал совета у мудрого Бодхисаттвы.

Между тем девяносто девять его братьев собрались вместе и стали возмущённо говорить друг другу:

– Отец наш умер, а власть отдал Самваре. Как такое может быть?! Ведь он самый младший из нас, наследовать же всегда полагается старшему.

Полные зависти и обиды, отправились они к столице и окружили её своими войсками. Самваре же отослали письмо: «Уступи нам престол, а иначе – война!»

Опечалился молодой царь, рассказал всё Бодхисаттве и спросил совета. Отвечал ему Бодхисаттва:

– О царь! Негоже воевать со своими братьями. Чтобы избежать этого, подели царскую казну на сто равных частей и пошли каждому из братьев его долю отцовского наследства. Да скажи им, что не намерен сходиться с ними на поле боя!

Так и сделал Самвара. Получили братья свои доли и ответ на вызов. Подивились тому немало. И сказал тогда старший из них:

– Глядите, о братья! Как видно, никто из нас не может тягаться с Самварой в мудрости. Ведь даже вызов от нас он принять не согласился, лишь прислал наши доли наследства. И то правда! Ведь не сможем править все мы одновременно. Царём из нас будет лишь кто-то один. Так пусть им и остаётся мудрый Самвара. Давайте помиримся с ним, да и вернёмся каждый в свои земли.

Как сказал старший брат, так они и поступили. Пришли к Самваре, заключили с ним мир. И стал каждый править в своей земле, а Самвара остался верховным царём. Правление его было долгим и счастливым, потому что до самой смерти следовал он наставлениям своего советника, мудрого Бодхисаттвы.

Ашока

Легенда о Кунале

Был у царя Ашоки сын по имени Кунала. Любил его царь всем сердцем. И, когда состарился, торжественно объявил наследником престола. Ведь отличался Кунала и красотой, и мудростью. Но трудная судьба была ему предначертана!

Увидала как-то юного царевича одна