Лисий переполох - Екатерина Александровна Боброва

Смущало одно: с чего такая щедрость незнакомой лисе? За котелок воды волшебными артефактами не делятся.

Не то, чтобы я взяла – и поверила в волшебную жемчужину. Но я и в проклятия не верила, как и в то, что через зеркало можно вынуть душу из человека и впихнуть в лису.

Раненый замолчал, собираясь с силами. Потом поднял вверх правую руку и в центре ладони зажглось бело-синее солнышко, вычерчивая светом поляну, потрошенный мешок, костер и меня.

Я испуганно попятилась, прижимая уши и тихо рыча.

- Не бойся, - выдохнул мужчина, силясь улыбнуться.

- Это не больно, - добавил он ободряюще.

Свет ударил, ослепляя, по глазам, а потом внутри стало обжигающе холодно. Волоски на шкуре встали дыбом. Стылость сковала тело. Я завыла, забилась. По телу пробежала судорога. И свет погас, а с ним пришла полная темнота…

Пришла в себя, лежа на чем-то теплом и ритмично вздымающимся. Запах был знаком, и я расслабилась. Рыкнула на пальцы, мнущие ухо. Предупрежающе клацнула зубами, и рука отступила.

- Очнулась? Молодец.

Раненый набрался сил, даже голос стал бодрее, а еще мужчина зачем-то затащил меня на себя. Я ему кошка что ли валяться на груди?

Лежать на нем было непривычно и странно, но тепло. Так что я не стала уходить, только позу поменяла, устраиваясь удобнее.

- Жемчужине в тебе требуется время, чтобы подпитать духовную сущность. Она у тебя очень слаба.

Нормально все у меня с духовной сущностью, просто в наше время другие требования. И на уровень энергии при приеме на работу не смотрят.

- Главное, запомни: жемчужина дар водяного дракона. Она не предназначена для людей и через какое-то время начнет тебя убивать.

Нормальное такое заявление. Зачем тогда было внутрь меня ее помещать?!

Я прижала уши, подняла голову и зарычала раненому в лицо. Вот как откушу нос за подобное, будет знать!

- Не злись, лекарство должно быть горьким, - примирительно улыбнулся он.

- Как только разорвешь связь с лисой, найди наследного принца Хань Лемина. Он извлечет жемчужину и наградит тебя за то, что ты ее принесла.

Ладонь легла на голову, легко почесала меж ушей.

Н-да… Звучало просто, но я всем лисьим чутьем ощущала ловушку, в которую уже попала, поглотив нечто светящееся. От него, между прочим, до сих пор холодило в груди.

Понятно, что сама я жемчужину не извлеку. Сработает та или нет – кто его знает. Я даже спросить подробности не могу. Мне рассказывают лишь то, что пожелают.

Проклятое любопытство! Завело-таки в неприятности – и вот уже работаю курьером на неизвестного мне мужика.

Пальцы нежно почесывали ухо.

Неймется ему. У меня тут трагедия, а он с ласками лезет…

Хм, а приятно-то как… Глазки аж закатываться стали. Пасть приоткрылась. Хвост обмяк. Я растеклась шкуркой на его груди.

С другой стороны, что я теряю? Личинок, лягушек, мышей? Ночевки в лесу? Охотников, как постоянный кошмар?

Принц, значит, принц. Найдем. Из-под земли достанем. Вместе с конем.

Если разорву связь с лисой, то проклятие больше не будет иметь надо мной власти. Тогда останется отдать жемчужину принцу и обрести шанс вернуться домой. Я чужая этому миру, пусть возвращает меня обратно…

Сладко потянулась, зевнула… Крякнула, восторгаясь собой. Пять килограммов рыжего обаяния, ума и хитрости.

Справлюсь.

Не знаю, что я совершила такого в прошлом, что меня столь сильно наказали, но сейчас, похоже, судьба встает на мою сторону.

И я задремала под тяжелое дыхание раненого.

А перед рассветом меня разбудило приближение чужаков…

Напряглась, соскочила на траву. Прижала уши, старательно вынюхивая воздух: люди, на лошадях. Опасность. Опасность. Опасность.

Попятилась. Залегла под куст, не решаясь покинуть поляну.

Разбуженный мною раненый приподнялся, вгляделся в сумерки.

- Хорошо, что мы с тобой успели, - сказал он, выдыхая облачко пара.

У меня от его слов кровь в жилах застыла. Я вжалась в траву, готовая в любой момент сорваться и сбежать, но тело еще помнило ласку, тепло чужих рук, заботливые слова. Могла ли я бросить раненого в неизвестности? Сложный вопрос. А какая вообще польза от лисы?

Отряд между тем остановился недалеко от поляны, видимо нас выдал запах еще тлеющих углей. Послышался невнятный разговор и громкий голос, отдающий команду: «Проверить». Я превратилась в один слух, пытаясь предугадать, что нас ждет.

И мир внезапно изменился. Перестал пахнуть лесом, травой, зверьем. Воздух словно в тьму обмакнули, измазали во что-то чужеродное, противоестественное.

Отвращение заставило содрогнуться, вздыбить шерсть на загривке.

Рвущийся изнутри протест я задавила, сунув кончик хвоста в пасть. Бежать сейчас было слишком опасно, так что я сильнее вжалась в землю, моля об одном, чтобы тьма прошла мимо, не заметив.

Тень клена, стоявшего у самой воды, стала темнее остальных, и из нее на поляну шагнула фигура в длинном плаще. В руке сверкнул обнаженный меч - я завороженно уставилась на блеск отполированного лезвия. Осторожно втянула носом. Незнакомец в плаще не пах человеком, что было пугающе странно.

Он скользяще шагнул к раненому, приблизился и замер, вглядываясь в тонувшее в тенях лицо.

От неотвратимости происходящего и своей беспомощности захотелось крепко зажмуриться. В теле поселилась противная слабость. Пожелай я сейчас удрать – не смогла бы.

Убийца же навис над раненым - уверенный в том, что никто ему не помешает.

- Нашел-таки.

Мне показалось - раненый улыбнулся. Странный человек. Я обмирала от ужаса, а он безмятежен, словно падающий снег.

- Не утомляет работать на хозяина?

Человек в плаще не ответил, и мне показалось, слишком поспешно поднял меч, словно боялся, что собственный ответ его разочарует.

А я поползла. Вжимаясь брюхом в покрытую изморозью траву, ощущая каждую неровность, хвостом цепляя сухие травинки.

- Скажи, что передать твоим сородичам?

- Что мы все прокляты, - хрипло, словно у него было сдавлено горло, ответил убийца, опуская меч.

И все-таки он переборщил с картинность. Помедлил в верхней точке, прежде чем отправить меч в кровавое путешествие, и за эти секунды я успела до него добраться.

Подпрыгнула рыжей молнией, вцепляясь в ту часть, что аккурат над сапогом начиналась.

Вкус чужой крови во рту накрыл мерзостью, и меня чуть не стошнило.

Раздался разъяренный крик. Мужчина попытался меня стряхнуть, и плащ хлопнул с размаху по спине.

Я повисла тряпочкой, расслабив тело, отдав все силы челюстям.

Только пришедший из тени