Искусство Разрушения - Оливер Ло

Девочка сработала идеально. Мелкая чумазая фигурка отважно выпрыгнула из-за безопасного выступа, отправляя металлическую амфибию по красивой высокой дуге аккурат в грудную клетку дезориентированного монстра.

Мин крепко перехватил обеими ладонями свой посох. Хлынувшая в волокна древесины энергия укрепила древко получше любой стальной оковки, так что парень лишь развернул плечи, привычно нащупал ту самую неуловимую паузу на выдохе по жесткой науке деда Лао и всадил дерево вперед. С громким треском торец придал летящей безделушке воистину сумасшедшее ускорение, вколачивая снаряд прямиком в свежую выбоину потухшего панциря, где хрупкий медный механизм окончательно сдался под внешним давлением. Какого-либо оглушительного грохота не последовало, однако результат с лихвой перекрыл ожидания.

Тщательно спрессованная чумазой артефакторшей морозная эссенция выплеснулась в окружающее пекло неестественно студеной волной, за долю вздоха облепив остывающий камень толстым панцирем мерзлого инея. Искусственно созданный температурный провал вышиб из каменной брони противный зудящий скрежет, а следом массивный корпус покрылся сетью глубоких рваных трещин, избавляясь от верхних пластов породы прямо на глазах.

— А теперь… финал, — глаза Мина потемнели, став похожими на два бездонных колодца.

Забыв про остатки бумажного арсенала, Мин вытянул резервы внутренней ци к двум сложенным пальцам правой руки, пока энергия не уплотнилась в гудящее, невидимое лезвие того самого проникающего удара. Пружинистый толчок подбросил его на уровень груди осыпающегося гиганта. Пальцы с силой погрузились в изувеченную ледяную трещину, повторяя безупречное движение каллиграфа, выводящего последний штрих сложного символа.

Сжатый духовный луч пропорол уязвимую структуру навылет и намертво впился в оголенное ядро голема, после чего каменная туша просто перестала существовать как единое целое. Монстра разорвало изнутри, щедро осыпав берег озера тысячами дымящихся мерзлых осколков, пока выпавший тяжелый меч с грохотом разваливался надвое. Слегка дымящийся, но абсолютно целый посох лег на плечо тяжело выдохнувшего юноши, чьи сапоги коснулись твердой земли.

Сквозь утробное бульканье геотермальных луж пробился тонкий стеклянный звон выкатившегося на поверхность граненого кристалла размером со спелое яблоко. Густое багровое пульсирование больше не несло в себе смертельной угрозы. Отсиживавшаяся за выступом Бай Руи не выдержала, с восторженным писком метнувшись прямо к остывающим обломкам, где и рухнула на колени, благоговейно прижимая теплую добычу своими ручонками к кожаному фартуку.

— Старший брат! — её голос дрожал от щенячьего восторга.

Пальцы с какой-то фанатичной нежностью прошлись по граням остывающего кристалла, после чего взгляд девчонки намертво прикипел к зажатому в руке юноши сливовому посоху.

— Брат Мин! — затараторила Ру-Ру, подпрыгивая на месте. — Это ядро… оно идеально! Просто безупречно! Если я выстрою контур стабилизации и вживлю этот кристалл в навершие твоего посоха… О, предки! Древесина перестанет гореть от твоей плотной ци! Ядро будет поглощать излишки твоей энергии, накапливать её, а при ударе — высвобождать волну концентрированного пламени! Твоя палка превратится в артефакт разрушения, достойный старейшин! Дай мне всего день, и я сделаю из него шедевр!

Мин смерил прыгающую девчонку долгим взглядом.

— Малявка, — тяжело вздохнул он, покачав головой. — Тебе сколько лет? Ты звучишь так, будто под этим грязным фартуком прячется седобородый патриарх, проживший три сотни лет. «О, предки», «артефакт разрушения»… Ты же маленькая девочка.

Бай Руи удивленно захлопала ресницами. Она непонимающе склонила голову набок и крепче прижала к груди тяжелую добычу.

— А как я должна звучать? — искренне возмутилась она. — Меня дедушка воспитывал в кузне! Он так с нерадивыми подмастерьями разговаривает, когда они пропорции реагентов путают!

Мин наставительно поднял палец, тщательно поддерживая на лице совершенно издевательскую серьезность.

— Маленьким девочкам положено вести себя иначе. Тебе следует мило захлопать глазками, тоненько пискнуть: «Ой, старший брат Мин, какой красивый сверкающий камушек! Подаришь его мне? Мы привяжем к нему ленточку!» А не рассуждать с видом седого мастера о пропускной способности древесины и контурах стабилизации!

Бай Руи уставилась на парня. Выглядело это так, будто он на полном серьезе предложил ей отведать наваристой похлебки из пещерных жаб. На вытянувшемся лице девчонки скривились губы, а когда она возмущённо передёрнула худенькими плечами, целый арсенал развешанных по кожаному фартуку молоточков выдал тревожный металлический перезвон.

— Какая ещё ленточка⁈ — возмущенно пискнула она, собственнически прижимая к груди тяжелое ядро голема. — Разве розовая дрянь повышает проводимость духовной энергии? Или милое хлопанье ресницами удержит температуру плавки, когда металл готов брызнуть тебе прямо в глаза⁈ Чушь собачья! Это совершенно, абсолютно никак не поможет в высоком искусстве создания артефактов!

Задрав перемазанный нос к самому своду пещеры, мелкая мастерица тут же ожидаемо покачнулась на неровном гравии.

— Дедушка всегда говорил: если артефакт не пробивает шкуру духовного зверя, значит, мастер думал о птицах на небе, а не о нормальной закалке!

Мин всё-таки не сдержался, и наконец засмеялся, а девочка поняла, что он над ней подшучивает. В безумных реалиях Долины, где разодетый в шелка аристократ запросто вспарывал живот случайному прохожему за неловкий вздох, эта фанатичка горна внезапно оказалась очень адекватной и приспособленной. С ней хотя бы было понятно, как вести дела.

— Как скажешь, дедуля в теле маленькой девочки, — хмыкнул юноша, отворачиваясь к кипящему озеру. — Обойдемся без ленточек.

Гу Лань тем временем весьма одобрительно закряхтел прямо из-за пазухи.

«А девчонка-то зрит в корень! — пророкотал Владыка Звездного Предела. — Истинное Дао куется в пламени и крови, а не в шелках! Тебе бы поучиться у неё серьезному отношению к ремеслу, паршивец!»

«Угомонись, ископаемое, раз шуток не понимаешь», — мысленно отсек Мин. Лицо начертателя снова застыло непроницаемой маской.

Наслаждаться триумфом вечно им бы никто не дал. Пещерный жар упорно продолжал давить на плечи. Глухой рокот плюющихся грязью источников недвусмысленно давал понять, что местная экосистема вот-вот выкинет очередной смертоносный фокус, так что задерживаться тут дольше необходимого было откровенным самоубийством.

Отведя взгляд от свежедобытого кристалла, Мин посмотрел в самый центр огромного грота. Там, над молочно-белой бурлящей жидкостью, висел сгусток неистового огня.

— Твои амбиции артефактора похвальны, малявка, — спокойно произнёс Мин, опираясь на древко. — Но давай вернемся к тому, зачем мы вообще припёрлись в эту печку. К Сердцу Каньона.

Юноша ткнул пальцем в сторону пульсирующей над озером плазменной аномалии.

— Как именно ты собираешься его забирать? Голыми руками в карман фартука сунешь, или у тебя припасена пара артефактов для обвязки стихийной бомбы?

Девчонка мгновенно осеклась, растеряв весь свой запал. Она осторожно подобралась к осыпающемуся краю берега и принялась усердно грызть нижнюю губу, озадаченно разглядывая зависший в воздухе огненный феномен.