Дальнейшие похождения Остапа Бендера 1-4 - Анатолий Вилинович

В отделе кадров порта Остапу сказали:

— Батанов Игорь Кузьмич уволен из снабжения и переведен в прорабы нашего ремонтно-строительного управления…

— А где это строительное управление? — спросил Бендер.

Кадровичка поправила очки и пояснила:

— Оно не на территории порта, а за его границей, товарищ. Там намечается у нас строительство нового причала…

— Развитие нашего порта, товарищ, — пояснил вошедший человек в очках и начальствующе обратился к кадровичке — Отчет готов?

Остап поблагодарил кадровиков и пошел было к выходу, но вдогонку ему тот же «отчетник» сказал — Если вы к нему, то напрасно. Он сейчас в управлении портом на вечерней планерке, я только что оттуда.

Бендер вторично поблагодарил кадровиков и устремился к управлению, где планировал встретиться после совещания с Батановым.

Расспросы завели искателя подводных сокровищ под бронзовые буквы «Управление морским портом».

— Из управления морским флотом, — бросил он вахтеру при входе. — По приглашению на совещание…

Вахтер хотел потребовать пропуск, документ, но видя такого молодца из числа морских волков, осекся.

Из дальнейших расспросов уточнилось место совещания — оно проходило у заместителя начальника порта, который занимался капитальным строительством. Был конец рабочего дня и в приемной никого не было. Остап вошел и, приоткрыв дверь кабинета, увидел, что он заполнен совещающимися. Остап уселся в приемной и стал ждать окончания сверхурочной работы руководителей строительством. В приемной часто и раздражительно звонили телефоны, иногда отдельно, а иногда оба сразу. Но никто в кабинете не снимал трубку. Еще чаще раскрывалась дверь кабинета и оттуда выходили и входили туда с озабоченными лицами разные люди. С бумагами и без них. Не реже открывалась дверь и приемной, в нее заглядывала с модной прической голова девицы, просовывалась в комнату и голова в капитанке. Поводив ревниво очами на Бендера, она тут же исчезала, чтобы дать через какое-то время место для другой девичьей или моряцкой голове. «Секретарша замначкапа определенно пользуется повышенным вниманием сослуживцев» — отметил Осгап. И тут же сказал себе мысленно: «Что с тобой, Остап Ибрагимович? Что за нерешительность? Раньше в таких случаях ты не сидел бы, как проситель милостыньки» — и он вслед за каким-то посетителем тенью скользнул в комнату совещателей.

Кабинет был большой и в нем сидело много народа. За столом в центре сидел ведущий капстроительство и назидательно говорил и говорил о плане, о материалах, о механизмах, о железобетоне и о многом другом, а под конец, когда уже выпустил свой заряд, сказал, что уже скоро получат строители рабочие чертежи и сметы для строительства.

Бендер, подсев к какому-то очкарику, борзо все записывающему, тихо спросил:

— Мне нужен прораб Батанов. Не укажите, где он сидит?

— А его здесь уже нет, дорогой товарищ. Он получил задание и ушел по своим делам.

— Куда? По каким делам? — озадаченным голосом спросил Остап.

— Товарищ, вы же видите, я записываю, откуда мне знать…

Поняв несостоятельность своих вопросов, Остап покинул это бурное совещание. Не стесняясь в выражениях, он мысленно ругнул себя за промах и побрел по пустеющим отделам и кабинетам, спрашивая, не видел ли кто прораба Батанова. И всюду получал ответ: «Игорь Кузьмич только что был здесь», или: «Прораб Батанов минуту назад подал заявку и ушел». А одна сотрудница, укладывая в авоську полученные в портовом буфете пайки, посоветовала:

— Загляните в диспетчерскую, может, заявку на бетон пробивает.

Но и там не было уже прораба Батанова. «Был и уплыл», сказали Остапу. Погоня за бывшим прославленным снабженцем, переведенным в прорабы надоела Бендеру. Искатель подводного клада никак не мог настигнуть известную в управлении портом личность.

Солнце встало над приморской степью в 4 часа 47 минут. Но Остап поднялся несколько позже. Балаганов после приезда из Харькова, посапывая, отсыпался на своей раскладушке. Неутомимый автомеханик уже был в сарае, осматривал и обтирал свою любимую машину.

Великий предприниматель с надеждой на удачный день, умылся и вышел на улицу. Ускоренным шагом он достиг места строительства новой части порта.

На стройке никого еще не было. Утренний бриз с моря покачивал крюк подъемного крана, ожидающего начала работ. Первой к прорабской подошла женщина лет тридцати пяти. Взглянув на прогуливающегося неподалеку капитана-молодца, она, как хозяйка, открыла замок прорабской и вошла туда. Вскоре веник в ее руках замелькал у порога, выметая сор из будки-времянки.

Великий искатель подводных сокровищ, прочтя все надписи у прорабской, отошел к вырытому котловану и терпеливо ожидал прораба. И тот вскоре появился. Увидев человека в морской капитанской форме, спросил уборщицу:

— А это кто? — указал глазами на капитана Батанов. — Антонина, я тебя спрашиваю? — понизил голос прораб.

— А кто их знает, я пришла, а они уже здесь…

— Ну что ж, — вошел в прорабскую и тут же с заметным беспокойством вышел, глядя на идущего уже к нему капитана.

— Начальник мариупольского морского клуба капитан Бендер, — с располагающей улыбкой представился «моряк» и уточнил — Остап Ибрагимович.

— Прораб Батанов, — указал рукой в сторону стройплощадки бывший снабженец. — Слушаю, товарищ? — сухо произнес он.

— Вам привет от управляющего харьковским «Пенькотрестом», Игорь Кузьмич.

— От Сукиасова? Польщен, польщен… Что это ему вздумалось? Год, а то и больше прошло… — вздохнул прораб. — От его пеньки мне и сейчас жизни нет. Просил, письмо написал ему с просьбой помочь, а он даже и не ответил. Так что? В ответ на письмо привет и только, товарищ? Измучен я пенькой этой…

— Да, уголовное дело… суд затевается… слышал…

Батанов встрепенулся и испуганно спросил:

— От кого слышали?

— И от управляющего «Пенькотрестом» и в управлении портом шепот идет, — всезнающим тоном ответил Остап.

— О, боже! Вот и работай, строй тут! — всплеснул руками бывший снабженец.

Они отошли уже в сторону и вели этот разговор один на один.

— И много каната у вас не хватает? — участливо спросил Остап.

— Не канатов, а пеньки для него… Получали мокрую, слежалую, а когда высохла и недостача образовалась… Фабрика сырую не приняла, сухую только потребовала, вот и засушили…

— Вениамин Гидальевич просил меня помочь вам… — голосом божьего посланника промолвил Бендер.

— Господь всевышний! — воскликнул прораб, пострадавший не за растрату, а за усушку тонны пеньки по техническим причинам. — Каким же образом вы можете мне помочь, капитан? — с мольбой в голосе спросил прораб капитана.

— Передать вам наряд на пеньку для кручения пяти километров канатов! — объявил с видом владельца крупномасштабной базы пеньки искатель подводного клада.

— С чего бы это? — отступил и подозрительно уставился на неожиданного благодетеля Батанов.

— Вы идете к своему начальству и говорите: «Есть пенька гораздо в большем количестве, чем у меня недостает, за этот наряд надо передать