Жизнь, сверкнувшая молнией. Тайны Матильды Кшесинской - Александр Борисович Широкорад

был старомодным, но симпатичным, и вечером я встретилась с репортёрами и фотографами. В моём номере было полно цветов, которые присылали каждый день, и среди них букет сирени от Тамары Карсавиной. Я очень люблю сирень, потому что она напоминает мне о России.

На следующее утро, 23 мая, я присутствовала на первом туре экзаменов. Большую радость мне доставила встреча с моей бывшей ученицей Ниной Таракановой, ныне миссис Маклин. После экзамена меня попросили провести урок характерного танца, а я в свою очередь обратилась с просьбой к Нине Таракановой, чтобы она сделала это вместо меня. Она великолепно справилась с этой задачей, но в конце я не выдержала и тоже приняла участие в занятии как преподаватель.

После этого мы поехали к Арнольду Гаскеллу, который пригласил меня на завтрак вместе с Тамарой Карсавиной. Он жил на небольшой прелестной вилле. Легко представить себе мою радость от встречи с Тамарой! Мы сидели и вспоминали прежние времена. Здесь же присутствовал её муж, мистер Брюс, очень приятный человек, с которым я познакомилась только сейчас. Жена Арнодьда Гаскелла была русской, а её сестра вышла замуж за Марка Алданова. Гаскелл не говорил по-русски, но всё понимал, что облегчало нашу беседу на русском языке».

Во время ужина в лондонском ресторане «Савоя» Матильда и Андрей увидели сидевшего за соседним столиком в одиночестве Давида Лишина. Он был рад встрече и пригласил Матильду с мужем за свой столик. Втроём они прекрасно провели вечер. «Жена Лишина, Таня Рябушинская, была у себя в номере вместе с дочерью, и после ужина мы поднялись наверх, чтобы взглянуть на маленькую Таню, а заодно и позвонили в Париж Вове».

В воскресенье, 27 мая, Матильда и Андрей уехали в Париж. На вокзале их провожали с цветами Нина Тараканова, Джон Грегори и Барбара Вернон.

17 (30) октября 1956 г. внезапно скончался великий князь Андрей Владимирович. На его похороны прибыли великий князь Владимир Кириллович с супругой Леонидой, княгини Мария Павловна — младшая и Ирина Алексеевна Юсупова. Отпевание состоялось 3 ноября в соборе Александра Невского в Париже. После богослужения гроб перенесли в нижнюю церковь, где он находился в течение двух месяцев, а потом поместили в склеп. Позже его перезахоронили на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.

Кшесинская умилялась: «В 1957 году мне предоставился случай убедиться в том, что несмотря на политические неурядицы и долгие годы, прошедшие с тех пор, как я покинула Россию, моё имя там не забыли. Эта новость несказанно меня тронула и обрадовала».

То, что большевики старательно замалчивали всё связанное с Кшесинской — полуправда. Распутин и Кшесинская с самого начала были козырными картами революционеров всех мастей, обличавших царский режим. Но с середины 1930-х гг. вышла негласная установка вообще не писать о личной жизни и деятельности русских царей, начиная с Александра II. В итоге Распутин и Кшесинская были официально преданы забвению, равно как и всё августейшее семейство. Но вот когда в 1980-х (!) гг. Валентин Пикуль написал документальный роман «Нечистая сила», где царская семья выведена более чем негативно, против писателя резко выступил Суслов и другие партийные теоретики. Суть их критики состояла не в том, что ситуация описана неверно, а что вообще не надо писать об этом.

В итоге о балерине Кшесинской у нас помнили лишь специалисты — артисты и критики балета, а значительная часть населения знала её только как любовницу царя и владелицу особняка. Прочитав в письме Маяковского: «…вчера зашёл к Кшесинской», я автоматически вздрогнул, но, увы, письмо датировано 1918 г. Тогда в её дворце помещался «Пролеткульт», и литераторы называли заведение «Кшесинской». Помните, у Булгакова — поехал «к Грибоедову».

В 1958 г. московский Большой театр гастролировал в Париже. Кшесинская после смерти мужа почти нигде не бывала и всё время проводила дома или в студии — и всё же поехала в Оперу. «На спектакле я плакала от счастья… Это был всё тот же балет, что и сорок лет назад! Я его сразу узнала… В нём сохранилась душа и прежние традиции. Конечно, техника теперь стала гораздо совершеннее».

В 1964 г. Оперный театр им. Ивана Франко гастролировал в Париже. Приятель Даниила Фёдоряченко, внука композитора Гулак-Артемовского, привёл его с другими артистами труппы в особняк к Кшесинской. Там Матильда даже сфотографировалась с Фёдоряченко, директором Борисом Чистяковым и артистами Ириной Ликашевой и Робертом Клявисом. Разговор носил общий характер, и Фёдоряченко запомнил лишь стены гостиной, увешанные фотографиями самой Матильды и членов августейшей фамилии.

Во время гастролей Большого театра в Париже в 1969 г. особняк Кшесинской посетили известные советские артисты Владимир Васильев и Екатерина Максимова[79]. Замечу, что вопреки мнению современных авторов, знакомство с эмигрантами первой волны типа Кшесинской в 1960—1980-е гг. в СССР вовсе не считалось криминалом. Разумеется, контакты за границей с персонажами из «Посева», «Радио “Свобода”» и т. п. могли стать поводом для задушевной беседы с компетентными товарищами, но не более.

К примеру, в 1970—1980-х гг. я знал одно московское семейство, которое постоянно принимало у себя родственников из Франции — потомков эмигрантов первой волны. Приезжавших никто не чурался, наоборот, даже дальние знакомые семейства всеми силами стремились пообщаться с «русскими французами».

1969 год. Матильде Кшесинской 97 лет

Матильда Кшесинская скончалась в Париже 6 декабря 1971 г., немного не дожив до своего столетнего юбилея. Она была похоронена в одной могиле с мужем на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.

Через три года умер её сын Владимир. Насколько известно, он не имел детей. В эмигрантских кругах распространялись слухи о насильственной смерти Владимира, ставшей следствием его связей с масонами. Владимир был похоронен в одной могиле с матерью и великим князем Андреем Владимировичем.

Возвращение на родину праха генерала Антона Деникина и философа Ивана Ильина побудило отечественных любителей пиара поднять вопрос о перезахоронении праха Матильды Кшесинской в Троице-Сергиевой лавре. В качестве предлога говорили, что, мол, её могила на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа входит в число выморочных могил, за которые давно никто не вносит плату, и они подлежат освобождению.

И вот президент Путин 25 декабря 2007 г. раскошелился на 700 тысяч евро в год на содержание кладбища Сент-Женевьев-де-Буа. Замечу, что помимо эмигрантов первой волны на нём захоронены и десятки власовцев и членов формирований СС, воевавших против Красной армии в годы Великой Отечественной войны.

Глава 21. Матильда на экране

Жизнь Матильды Кшесинской не могла не найти отражения в кино.

Однако первое время её заслоняла мощная фигура тобольского конокрада. Первый фильм «Григорий Распутин» вышел