Киллер - призрачный рассвет мира - Сергей Шишкин

Тот открыл рот для возражений (по лицу было заметно), но тут в палату вошли Климовы: Тамара Григорьевна и Катя.

— Нужно кесарево сечение, и как можно скорее, — повторила для них.

Мать Кати тут же подошла к Волковой, достала акушерский стетоскоп, начала слушать сердцебиение младенцев.

— Рефлекторное замедление ритма сердца, множественные экстрасистолы, роженицу срочно в операционную! — она повернулась к дежурному акушеру.

Не прошло и пары минут, как в палате появилась каталка, Елизавете помогли на неё лечь, было видно, что она очень испугана.

— Я здесь, значит всё будет хорошо, — крепко пожала ей руку.

В операционную меня не пустили, оставили у дверей, милицейское удостоверение здесь не прокатило. Что случилось с Елизаветой, да чёрт его знает, до этого всё было хорошо, может в душе поскользнулась? Жизнь, это череда странных и непредвиденных событий, сегодня ты молод и полон сил, а завтра тебя похоронят после аварии. И так всегда и везде, поневоле вспомнишь Воланда из «Мастера и Маргариты», его разговор на Патриарших прудах. Не знаю сколько я простояла у двери, может минут двадцать, а может и полчаса, когда раздался первый крик ребенка, за ним сразу второй. От сердца сразу отлегло, значит я успела, дети и Елизавета будут жить. Дождалась, когда из операционной выйдут Климовы, сразу набросилась на них с расспросами: что, как и кто родился?

— Асфиксия, еще немного и мальчик бы задохнулся, а дальше некроз и смерть девочки. Маму бы наверное успели спасли, но детей она бы уже никогда не имела, — рассказала Тамара Григорьевна.

— Оль, а как ты узнала? — тут же спросила Катя.

— Не поверите, но самым мистическим образом! Бонифация вчера вечером отчего-то завыла, я её конечно отругала, она вроде как успокоилась. А утром мне приснилась Елизавета, вернее её фотография на памятнике, вот я и помчалась в роддом, проверить всё ли в порядке, — ответила Кате.

Как видите, не всегда нужно врать и обманывать, можно сказать лишь часть правды, утаив некоторые подробности.

— Да, чего только не встречается на белом свете, мне отец, Катин дедушка, тоже рассказывал нечто похожее. Ему приснилось, что в блиндаж, где находился его медсанбат, прилетит снаряд и все находящиеся в нем погибнут. Вот он на свой страх и риск приказал вынести оттуда всех раненых, разместить в специально вырытом от обстрелов окопе. И что бы вы думали, как только блиндаж покинул последний санитар, он взорвался. Так что, кто бы что ни говорил, а чудеса встречаются. Вы девочки поезжайте, а я здесь еще задержусь, посмотрю за состоянием Елизаветы, переговорю с главврачом, — мама подруги нас подтолкнула к выходу.

Делать нечего, Лиза ещё не отошла от наркоза, вечером к ней заеду, может с Зосей и Катей.

— Я на Петровку, Николай Анисимович попросил сняться в каком-то телевизионном фильме, надеюсь это надолго не затянется, — предупредила подругу.

Мне до сих пор неясно, как я буду справляться со службой в милиции и работой в отделе Партконтроля ЦК, не говоря уж о занятиях в Комитете. Да, чуть не забыла, у безопасников нужно официально оформиться, чтобы была нормальная зарплата, а не как сейчас, небольшие гонорары за «консультации».

У входа меня дожидались гаишники, наверное караулили мой автомобиль, который я не закрыла. Поблагодарила их за помощь, не забыла одарить мужским одеколоном. Его у меня багажнике несколько коробок, впереди праздник Советской армии и Военно-морского флота, вот я и подготовила небольшие презенты.

На Петровке раздала коробочки с «Christian Dior Diorissimo», он вроде считается самым лучшим, впрочем я не уверена. Сейчас вовсю пиарится парфюм «Ice Angel», у нас в «Березке» его не достать, а когда появится черт его знает. Насчет эпизода в кино скажу так, я от него не отказалась. Мне приготовили небольшую роль в сериале «Следствие ведут знатоки», Дело Первое. Там Знаменский звонит в отдел ОБХСС, просит меня узнать о Черном маклере. В следующем эпизоде прихожу к знатокам с подготовленной информацией, передаю им картонную папку, попутно рассказывая, что этот бандит довольно зловещая личность, замешанная в разных делах, вплоть до мокрых. Для большего эффекта надела на себя сбрую с настоящим пистолетом, типа отправляюсь на задание, думаю зрители это оценят. Да, когда я вышла из кабинета, Томин рассказал товарищам, как я недавно под пулями брала одного злодея.

— После выстрелов Ольга выбила ногой дверь, выхватила у бандита ружье, затем его нейтрализовала. Преступник оказал жестокое сопротивление, кинулся на неё с ножом, в результате у нападавшего три ребра сломаны, — закончил рассказ Шурик.

— Не девушка, а просто удивительное рядом, — согласился с ней Пал Палыч.

На этом моя работа с телевизионщиками закончена, надеюсь этот эпизод не вырежут из сериала, он придаст достоверности фильму. Думаю, да нет уверена точно, меня ещё не раз пригласят в этот телевизионный проект, там есть несколько серий, где ОБХСС рулит. Про артистов ничего плохого не скажу, в отличие от будущего это настоящие профессионалы, они каждый эпизод раз по двадцать обыгрывали, не ссылались на свой звездный статус. Насколько мне известно, на главные роли этого цикла утверждал лично Щелоков, как впрочем и на многие другие кинокартины о милиции. По «знатокам» скажу так: они мне понравились, хотя черт его знает, они же этому учатся. Время на моих «роликах» почти час, а у меня со вчерашнего вечера ни крошки, если конечно не считать пиво и воблу. Что ни говори, а посидели мы в сауне душевно, Белкина от хмельного напитка немного окосела, под большим секретом рассказала о силиконовом реалистике, которым я ей подарила. По её словам все прошло даже лучше, чем она себе представляла, виной всему бутылка французского коньяка, после которой все моральные препоны слетели. Не поверите, они разыграли сценку похищенной невесты, где разбойником переоделась Нина, а Кольке досталось её свадебное платье. Дальше думаю объяснять не надо, надеюсь мелкому было не слишком больно, а то по пьяни может случиться всякое, вдруг Белкина насильников Щукиных вспомнила. Последний раз я их видела на нижнем плане, там Минотавр их по очереди пользовал, а потом живьем съел, разумеется до следующего перерождения. Каждый раз по новой проходить через страх и боль, такое только лютому врагу пожелаешь, впрочем мне их совсем не жаль.

В небольшом кабинете горел яркий свет, даже на столе была включенная лампа, освещающая статуэтку Железного Феликса.

— Проходите, присаживайтесь, — сидящий мужчина кивнул на жёсткий стул,