Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

Боли не было — все заслонило удивление, более сильное даже, чем уже знакомое чувство приближающегося конца. Учитель, теперь уже понятно, что находящийся в здравом уме, опять смог удивить — как тогда, на заре их дружбы и странствий: никакой магии на момент удара в клинке не было!

— Как… сенсей? — Немеющими губами выдохнул он.

— Эх, возродишься лет через двести — так и быть, возьму тебя опять… младшим учеником. — Ворчливо пригласил Тенгу и пригрозил. — Только не смей оставлять свой осколок в моей катане! Останки я твои спрячу от любителей все запечатывать, так что возродишься, как миленький… и только попробуй что-нибудь важное из моих уроков забыть! А что касается удара — ничего такого: просто вибрация с нужной частотой и подогрев лезвия… в одном фильме местные глупые сценаристы обозвали это «квантовой накачкой». Знакомый Одноглазый мне параметры на слух подобрал — они умеют… эх…

Ворон Тенгу «Учитель Воинов» опустился на колени и, отложив загубленное, «пошедшее» волнами и слегка «в штопор» лезвие, верой и правдой служившее ему столько столетий, закрыл пальцами веки своего первого ученика и первого в жизни друга. Клинок ему было совсем не жаль.

[КЦ]

Удлиняющаяся на глазах линия разрушений… в основном — амулетных, к счастью… явственно упиралась концом в главный вход в бункер Командного Центра. На тревожно мигающее пятно-маркер ауры «противника А-класса» на месте Вороньего Додзе опять обратила внимание только Ю, но не успела она и рта раскрыть, как индикатор «потух» и медленно позеленел. Мигнул главный экран — вместе с переориентацией «большого», километрового амулета «мистического дома» внутрь попали не только учавствующие в бою лица из предыдущего, но и несколько квадракоптеров, на которые смогли переключится операторы, до того координирующие бои на границе. Глаза Шимомуро расширились — она поняла, что пыльный и рычащий смерчь-клубок с проблесками языков огня на опять ставшей целой широкой улице — это вошедшие в «клинч» Химари Ноихара и Тамамо-но-Маэ. Девушка непроизвольно открыла рот, что бы вскрикнуть, но даже этого не успела: не меняя порядком усталого тона и не думая ни мгновения Амакава Юто отдал короткий приказ:

— Огонь!

И довернутая на нужный заранее угол — по указке Хитсуги Якоин — башня-1 выстрелила. Сигнал с «квадры» пропал — и вместе с тьмой на экране «вечная староста» увидела, как темнота охватывает весь Командный Центр, мягко качая его в своих объятиях и убирая сидение стула из-под ее тела…

— Ю!!!

31

— Извини, Юто!

— Вот уж кому надо извинятся, то только не тебе. — Табурет рядом с навороченной кроватью регулировался по высоте, как рабочее место пианиста: покрутив сидушкой, я добился, что бы наши головы оказались на одной высоте — и аккуратно сжал лежащую поверх одеяла руку. Выглядела Ю хорошо — на шечки вернулся румянец, на губах вернулась легкая улыбка, под тонким (лето!) покрывалом угадывался никуда не девшийся «животик». И — она выспалась! — Ты молодец, всех нас, фактически, спасла… теперь у тебя другое, не менее важное задание!

Я перегнулся через бортик лежанки и аккуратно обнял супругу, а она запустила мне свободную руку в волосы… опять отросли — надо бы подстричь… Ками-сама, о чем я думаю?

— Доктор Аой сказала, что мне тут всего недельку нужно «на сохранении» полежать — я даже экзамены сдать успею…

— В любом случае успеешь. — Улыбнулся я. — Ты ведь говорила, что хочешь на факультет Авиастроения в Политехническом поступать?

— Так и есть. — Ю вопросительно наклонила голову. — А что?

— Место на факультете — уже за тобой. Я передал Охаяси наши записи из КЦ — и он… впечатлился твоими навыками. Так что если «сохранение» затянется — ты не переживай… особо! — Я подмигнул.

— А как же тесты государственного образца… эй, это как-то… — Шимомуро растерялась, глядя на мое лицо. — Нечестно?

— Еще как честно! — Я поднялся и аккуратно поцеловал ее в губы, прерывая поток возражений: ну как же, покусится на Страшные Важнейшие Экзамены — это святотатсво же! И ведь действительно пришлось стрясти у Наследника Охаяси обещание… которое тот легко дал. — А теперь — я пойду, а ты дальше отдыхай, хорошо?

— Хорошо! — Совершенно серьезно кивнула девушка… и только, когда я был уже в дверях палаты, мне в спину долетел тихий вопрос: — Все совсем хреново, да?

— Ну что ты! Неужели ты думаешь, что я… что мы с чем-то не справимся?

— Я в тебя верю. — Спокойно ответила мне супруга… и от этого выражения лица мне чуть не стало плохо — она действительно успокоилась, услышав мое обещание! Ксо…

…естественно, все не так плохо. Потому что хуже может быть — всегда! Кажется, это и называется «оптимистичный взгляд в будущее»?

Что бы добраться до другого пациента, мне пришлось пройти в другое крыло и спустится в подвал. Впрочем, пациент… пациентка… не скучала — рядом с ней обнаружилась сидящая прямо на бетонном полу Ринко.

— Мя? — Белые кошачьи уши на девичей голове дернулись… собственно, это была единственная часть тела, доступная для шевеления у бакэнеко. Ну, еще челюсть — я же не хотел, что бы аякаси испытывала удушье? — Мя! Мя-у!

— Ну, привет! — Я аккуратно просунул руку сквозь силовой каркас саркофага — «кошачьей переноски» и погладил сначала по щеке, потом по свободной от оков части головы за ухом. — Как ты тут?

— Мяф! — Некохиме зажмурилась, даже в таком состоянии во счасливой мордашкой принимая ласку… а когда я убрал руку — почти по-человечески вздохнула.

— Не пыталась вырваться? — Я провел пальцем по грубо сваренной арматуре, уходивший в наслоение армированной ей сверхпрочной, благодаря «парому света» разумеется, керамики.

— Нет. — Односложно ответила Кузаки, даже не повернувшись ко мне. Глаза… точнее веки девушки посинели и припухли — плакала, разумеется. — Она… как будто понимает, что так — лучше. Начинает кричать только тогда, когда я отхожу… еще на Тайчо шипела. И на Лиз. Как будто все понимает…

— Скорее всего — отчасти понимает. Может быть, не осознает себя — но система манаподдержки работает никуда не делась. Считай, она сейчас под тяжелой наркотой — совершенно не в себе, но где-то глубоко остались все знания… и интеллект той, что мы знали как Химари. Просто — отравление демонической маной… с которой мы ничего не можем сделать. То есть можем, конечно но — Я задумался, и подобрая аналогию… — Считай, она сейчас под наркозом, вот. Я, конечно, могу попробовать перфорировать ей череп и ввести деревянные иглы-манасъемники, как в скелетные мышцы, прямо в мозг… возможно, удастся ничего не повредить… не знаю как,