"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 - Генри Крейн

— На прошлой неделе, — чуть слышно проговорила миссис Крафт.

— Значит, у Джейка еще много времени в запасе.

— Мне кажется, что у него нет времени, — вдруг сказала миссис Крафт и посмотрела на Сантану так, как будто та была волшебницей и могла спасти ее сына.

— Знаете, миссис Кастильо, мой первый ребенок умер очень быстро. После того, как обнаружили заболевание, он продержался всего лишь четыре месяца. Так что я думаю, срок, который в запасе у Джейка, еще меньше.

— Ну почему же? Нет, миссис Крафт, не отчаивайтесь, мы обязательно что‑нибудь придумаем. Мы сейчас ожидаем, когда нам привезут новый препарат, мы опробуем его на Брэндоне, а потом рекомендуем и вам.

— Спасибо, — с мольбой в голосе воскликнула миссис Крафт, и ее руки схватили ладони Сантаны, — спасибо вам.

Казалось, женщина сейчас рухнет на колени перед Сантаной и начнет умолять ее о помощи. Но Сантана удержала миссис Крафт от этого.

— Не надо отчаиваться, это самое главное, о чем я хочу вас попросить. Это — самое главное.

Миссис Крафт посмотрела на Сантану с благодарностью.

— Скажите, миссис Крафт, а вы уже обращались к доктору Людвигу Хайверу?

— Да. Это он поставил Джейка в группу детей, которые принимают олеиновую кислоту. Ту, которую придумали вы.

— Значит, все не так уж и плохо.

— Миссис Кастильо, вы не можете себе представить, какое состояние у Джейка.

— Почему не могу?

— Нет, вы знаете, Джейк ведь видел, как умирал его брат и сейчас он сильно угнетен и испуган. Он не хочет есть, не хочет играть. Он… как мне кажется, уже прощается с жизнью, предчувствуя, что его ожидает.

— Вы должны его всячески утешать, подбадривать, уговаривать. Вы должны его убедить бороться, вы должны говорить ему только хорошие слова, чтобы у него в душе появилась надежда, чтобы он продолжал бороться. Я сама так делала с Брэндоном, я его все время уговаривала и уговариваю. И, как видите, он уже продержался в два раза больше, чем ему определили врачи.

— Да, вы очень сильная женщина, миссис Кастильо. Боюсь, я так не смогу.

— Что вы, миссис Крафт! Вы должны быть уверены, что победите, и тогда вам будет легче пережить все тяготы и невзгоды.

Когда миссис Крафт и Сантана вошли в комнату, сиделка равнодушным голосом бубнила сказку прямо в ухо Брэндону. Она совершенно не обращала внимания на то, как она произносит слова, не обращала внимания на то, понимает ли Брэндон то, что она ему говорит. Казалось, что она обращается не к ребенку, а к стене.

В душе у Сантаны все похолодело.

— Вот видите, миссис Крафт, так делать нельзя.

Женщина, ничего не поняв, с изумлением посмотрела на Сантану, а та резко подошла к постели, на которой лежал Брэндон, и вырвала книгу из рук сиделки.

— Ваши услуги мне больше не нужны.

— Почему? — не поняв, подскочила со своего стула сиделка.

— Потому что вы не любите Брэндона, потому что вы относитесь к нему равнодушно. А он должен постоянно, каждую секунду чувствовать заботу и любовь, и тогда он поправится. А вы обращаетесь к нему, как будто он уже не жилец на этом свете, как будто он покойник.

— Я… Я как могла, — оправдывалась сиделка.

— Спасибо, но вы больше у нас не работаете, — жестко проговорила Сантана.

— Я сама лучше буду не досыпать, но все свое время, всю свою любовь отдам сыну, потому что только любовью можно спасти его и вырвать из объятий смерти.

Несколько мгновений в комнате царило тягостное молчание.

Наконец, глаза сиделки зло блеснули.

— Знаете, миссис Кастильо, я прочла все об этой болезни и знаю, что это такое.

— Что вы хотите сказать? — возмутилась Сантана.

— Только то, что ваш мальчик уже давным–давно ничего не понимает, и ему совершенно без разницы ласковым или громким голосом читать, ему вообще все равно, читаете вы ему, говорите, кричите, поете. Ведь он же ничего не слышит.

— Убирайтесь из моего дома прочь! — закричала Сантана. Глаза зло сверкали, она готова была броситься, разорвать ее на куски, такую ненависть вызвали ее слова в душе Сантаны.

— Вы никогда не будете настоящей матерью! — крикнула Сантана, — убирайтесь!

Перепуганная сиделка засеменила к двери, но у входа в дом остановилась, обернулась и бросила:

— Желаю вам успехов, но я уверена, что вас ожидает…

— Вон! Вон! — закричала Сантана и захлопнула дверь.

Миссис Крафт подошла к Сантане и обняла ее за плечи.

— Успокойтесь.

— Я уже спокойна. Я ко всему привыкла, — сказала Сантана, — это не первая сиделка, которую я выгнала из дома.

— Неужели, действительно, Брэндон ничего не слышит? — участливо поинтересовалась миссис Крафт.

— Нет, он все слышит, он все чувствует. Это они придумывают, хотят меня убедить, чтобы я отказалась от борьбы. Но этого никогда не будет. И знайте, миссис Крафт, вы должны бороться за жизнь своего ребенка. И тогда вы победите.

— Спасибо, миссис Кастильо, теперь у меня перед глазами будет всегда ваш пример. И если вы позволите, я буду обращаться к вам за поддержкой и за советом.

— Конечно же, миссис Крафт, для вас дверь моего дома всегда открыта. Приходите и с радостью и с бедой. Пока я в состоянии, я всегда помогу.

Женщины обнялись и по их щекам потекли слезы.

Проводив миссис Крафт до выхода, Сантана поспешила вернуться к сыну. Она бережно подняла книжку с пола, уселась у изголовья кровати и вкрадчивым голосом принялась читать сказку. В ее интонации было столько любви, столько нежности, что они могли бы растопить и камень.

Сантана бросала нежные взгляды на своего сына. Мальчик стал дышать ровнее.

— Ты слышишь меня, Брэндон, — Сантана нагнулась к самому уху и зашептала слова любви.

Брэндон вздрогнул и приоткрыл глаза.

— Ты слышишь меня, дорогой, — сказала мать и погладила сына по голове.

Мальчик несколько раз моргнул.

— Да, ты молодец, ты умеешь бороться, вместе мы победим твою болезнь.

Сантана вновь принялась читать. Брэндон дышал ровно и спокойно.

Когда в комнату вошел Круз, он застыл, увидев возле сына жену. Ведь в это время Сантана должна была отдыхать.

— Что случилось? — спросил он, — где