Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

Переведя взгляд на усыпанную цветами площадь, Финдекано сделал глубокий вдох. Неважно, как живёт отец. Главное — договориться с ним о строительстве ещё одной крепости, а дальше — пусть делает в своём иллюзорном мирке, что хочет.

***

Огромный зал, казавшийся бесконечным во всех направлениях, освещался холодными лампами с искрящейся жидкостью, и Финдекано подумал, что при случае напомнит отцу, кто и для чего изначально придумал такие светильники. Разумеется, его портрета здесь не было.

Решив, что сначала поговорит по делу, а уже потом, возможно, позволит себе колкости, принц взглянул на тех, кто ждал его появления. Да, разумеется, отец собрал ближайших подлиз заранее, подготовил к беседе с неугодным членом семьи, вечно обрекающим Дом и весь народ Нолдор на беды своим раболепным почитанием мятежного лидера!

Вот они все: по правую руку от короля разместился военачальник Варнондо — приспособленец и наглец, смеющий перебивать сына нолдорана! Рядом с ним — верный глупец, не привыкший думать Аралкарион, лишь строящий из себя важную персону. Слева — предатель Ранион. Да, он не единственный эльф, сменивший лорда во время Исхода, но этот подхалим не изменил мнения даже после гибели «угнетателя» Феанаро и передачи короны! Он такой же лжец, как и…

Аклариквет…

Увидев менестреля, сидевшего чуть поодаль, Финдекано почувствовал, как становится жарко и трудно дышать. Все пятеро Нолдор выглядели не просто королём и подданными, они были единым целым, властью, короной, созданной искажённой Песней Творения из лжи, предательства, зависти, беспринципности и ненависти к чужим успехам. Это был единый механизм, полноценный и отлаженно работающий, в котором не было места для новых деталей, мирно живущий на безопасном расстоянии от войны.

Финдекано почувствовал накатывающее безразличие, появление на совете показалось абсолютно бессмысленным, и единственное желание, возникшее сейчас было — полюбоваться портретами Нарнис и дочек среди длинной череды картин.

— На севере нужна ещё одна крепость, — не своим голосом произнёс принц.

— Я давно об этом говорил, — словно нечто само собой разумеющееся сказал Варнондо, смотря с превосходством. — Но герой Астальдо решил полагаться на мобильный лёгкий лагерь, полагая, будто этого достаточно. Герой Астальдо ждал, когда крепость потребуется Обездоленным. Без приказа изгнанника начало строительству не было бы положено.

— Крепость необходима нам всем, — примирительно улыбнулся верховный нолдоран, положив ладони на стол. — И необходимо возвести её в самые короткие сроки, пока торговые дела востока Белерианда не затронули наши интересы.

«Пока Карнистир тебя не разорил», — подумал сын верховного нолдорана, но промолчал.

— Мы обязаны войти в торговый совет! — с жаром выпалил Ранион.

— Если бы ты не сменил лорда, — хмыкнул Финдекано, смотря на приготовленный для него стул, но не садясь, — вероятно, уже состоял бы в доверенных лицах Морифинвэ Финвиона.

Бывший перводомовец напряжённо поджал губы.

— Я построю любую твердыню, какую захочет химрингский лорд, — серьёзно посмотрел на сына Нолофинвэ, — но у меня есть условие.

Принц пшикнул.

— Не говори, будто я не понимаю, что защита границ необходима всем нам, — пояснил нолдоран, стараясь успокоить Финдекано, однако никак не воздействуя на приближённых. — Я всё прекрасно понимаю. Но и ты пойми, Астальдо: Первый Дом всегда был враждебен нам, и сейчас ситуация изменилась не полностью.

— Говори условие, отец, — не стал дослушивать принц.

— В Химринг будет направлено моё посольство, которое останется постоянно жить в городе. Я понимаю, ты сейчас начнёшь возмущаться, но дослушай до конца: в Хитлум, в свою очередь, будет отправлено посольство Химринга.

Финдекано закрыл глаза и вздохнул: эльф чувствовал — отец снова что-то задумал, это опять какая-то интрига, суть которой, разумеется, подлая и опасная для него же самого, но спорить принц не хотел, поскольку не понимал, где подвох и как его устранить.

— Строительство я начну немедленно, — довольно улыбнулся Нолофинвэ, взявшись за перо и бумагу. — Не смею более отвлекать героя Астальдо от войны.

— Эти светильники, — почти дойдя до двери, обернулся Финдекано, — придумал Феанаро Куруфинвэ для работы под землёй, где нельзя использовать открытое пламя. Холодные лампы с жидкостью внутри позволяли работать без участия Вала Ауле и Майя Курумо, обеспечивавших безопасность эльфов. Это был один из символов того, что нам не нужна опека Владык. Теперь ты, отец, используешь технологии брата, не уважая его память.

— Принц, — вздохнул верховный нолдоран, — ошибается, полагая, будто я не помню добра. Крепость в Пепельных Горах станет не только защитным сооружением, но и мемориалом, хранящим память о лучшем и величайшем, что создавалось народом Нолдор. Война закончится, сын, а твердыня останется.

— Я не уеду, пока не увижу готовый проект, — словно угрожая Аклариквету, произнёс Астальдо. — А когда его доделают, отправлюсь проверить начало строительства.

— Я очень рад, что ты хочешь больше времени провести с отцом, — просиял Нолофинвэ, — это лучшее, что я сегодня услышал. Поверь, я сделаю всё, чтобы тебе не захотелось уезжать от меня, чтобы ты чувствовал себя здесь дома, словно ничего плохого не случилось ни в твоей жизни, ни в судьбе нашего народа и всей Арды.

Финдекано посмотрел на короля и приближённых. Единый отлаженный механизм. Единый организм, единый дух, словно братство Айнур в Песне Творения.

Оставаться здесь не хотелось, с другой стороны, нужно больше времени уделить разговорам по существу, а заодно попытаться настоять на своём видении ситуации. Нолофинвэ всё понял и, указывая сыну на пустующий стул, приказал слугам принести вино и угощение.

Аклариквет, скромно опустив глаза, заиграл громче.

Не уходи со злом в сердце

Серые камни, алые и бордовые гобелены, длинные узкие коридоры, в стенах которых тайные ниши и бойницы. Проходящие мимо девы заискивают, мужчины — почтительно здороваются.

«Вот бы оказаться там, где никто не знает отца! Или хотя бы не знает, что это мой отец!»

Аратэльмо посмотрел на своё отражение в прозрачном оконном стекле. Говорят, во дворцах обычно цветные мозаичные витражи, но ведь Химринг не дворец! Это великая военная крепость великого воина, героя и лучшего в Арде лорда, за которым не страшно идти в бой и на смерть, который сможет победить самого Моргота, ведь однажды уже почти сделал это, когда не стал рабом врага свободных народов!

«Я совсем не