Свет проклятых звёзд - Летопись Арды

для своего первенца, и для недавно появившегося на свет братика, и для остальных собратьев. Гномы старались строить всё сами, однако некоторые мастера-Нолдор завоевали особое доверие, и сын Гуилина входил в их число.

Нарготрондские охотники, в шутку называвшие себя Секретной Гильдией Добытчиков, проложили тайные тропы от города через леса и поля, и теперь можно было безбоязненно ходить за дичью и на разведку.

Жизнь снова стала казаться лёгкой и прекрасной.

***

Парадный зал сверкал драгоценным убранством, и, восседая на троне, Финдарато Инголдо, то и дело прикасаясь унизанными перстнями пальцами к расшитой самоцветами мантии, смотрел на спешивших к нему мастеров-наугрим, прокручивая в памяти предыдущий большой пир по случаю открытия новой богатой золотоносной жилы.

***

— День за днём уносит ветер, год сменяет год, — пела чарующим голосом Ауриэль, держа на руках младенца, ей подпевали сидевшие за столами эльфы и гномы, — пусть сегодня каждый песню для души найдёт.

Север, юг, восток и запад, горы и моря,

Все друзья сегодня с нами, мы одна семья.

Мы дарим вам сердца свои,

Примите их, друзья.

Пусть не погаснет свет любви,

Ликуй и пой, земля!

— Как ты назвал сына? — спросил у Халиндвэ Финдарато, подняв глаза на гобелены со своим гербом.

— Гвиндор, — с улыбкой ответил охотник.

— Мальчику повезло с отцом, — загадочно произнёс король.

— Владыка Фелагунд! — кланяясь, подбежали наугрим, отталкивая друг друга. — Наша находка прекрасна! Золото чисто, как свет солнца! Если бы не ты, нам никогда не добраться бы до неё! Мы хотим по-особенному отблагодарить тебя!

Перед Финдарато на пол с грохотом поставили сундук.

— Выбирай любые драгоценности, и мы сделаем тебе какое пожелаешь украшение! Ему не будет равных!

Эльфийский король опустил взгляд на сверкающие в свете факелов и фонарей камни.

— Север, юг, восток и запад, звёзды и цветы, — лилась песня. Маленький Гвиндор что-то лепетал и пытался играть мамиными волосами. — Не прожить на свете этом нам без доброты.

Мы дарим вам сердца свои,

Примите их, друзья.

Пусть не погаснет свет любви,

Ликуй и пой, земля!

На сердце стало тяжело. Финдарато снова вспомнил свои предчувствия, что впереди только тьма и стыд, и ощущение, что предвиденное будущее уже наступило, сдавило грудь.

— Мне не нужны драгоценности — своих хватает, — стараясь говорить как бы в шутку, сказал король, чувствуя, как немеет челюсть. — Но от дружеского подарка не откажусь. Пойдёмте в мою сокровищницу, и вы сами выберите камни, которые вдохновят вас на работу. Уверен, привезённые мной из Валинора драгоценности не оставят ювелиров равнодушными.

Глаза наугрим загорелись ярче факелов на стенах, и Финдарато вымученно улыбнулся.

— Это будет символично, — певуче произнёс владыка Нарготронда, — дружба Эльдар и Кхазад воплотится в прекраснейшем творении лучших мастеров, объединив средиземское искусство и валинорские сокровища. Я уже в предвкушении чуда!

— Слава Фелагунду! — завопили гномы. — Слава!

— Ликуй и пой, земля!

***

Финдарато снова посмотрел на гномьих мастеров, несших шкатулку из золота и крупных изумрудов, перевёл взгляд на пирующих. Халиндвэ с семьёй снова в центре внимания, рассказывают о тайных тропах и безопасности окрестностей, только Гельмира с ними нет — видимо, занят работой, не смог отвлечься на веселье. Рядом с Индвэ сидит его друг с супругой, у которой вот-вот родится сын. Имя мальчику дали заранее — Эдрахиль. Тоже будущий лорд нового города.

Король поймал себя на мысли, что под землёй дни, отсчитываемые огромными часами со светящейся жидкостью, и пением арф, слишком похожи друг на друга, ведь нет смены погоды. Да, в Валиноре при свете Древ тоже всегда было одинаково светло и ясно, за редким исключением, когда сияющую росу Лаурелин и Телпериона поднимали облаками в небо и проливали дождём, однако растения цвели по-разному, плоды созревали в своё отведённое время, а камень? Он всегда остаётся камнем.

Нынешний пир очень походил на предыдущие, разве что песня звучала новая: миловидная гномиха с белыми кудряшками пританцовывала и заставляла гостей водить хороводы.

— Задумал да старый дед другой раз жениться.

Сидел, думал, думал, думал — другой раз жениться.

Если стару жену взять — работать не станет.

Сидел, думал, думал, думал — работать не станет!

Взглянув на отцовское кольцо, утопая в его чарующем сиянии, сын валинорского нолдорана подумал, что даже не представлял, размышляя о власти, где и чем будет править.

— Молодую жену взять — его не полюбит.

Сидел, думал, думал, думал — его не полюбит!

А коли полюбит, то не поцелует.

Сидел, думал, думал, думал — ведь не поцелует!

А коль поцелует — отвернётся, плюнет.

Сидел, думал, думал, думал — отвернётся, плюнет.

Другой раз жениться — дело не годится.

Сидел, думал, думал, думал, думал — передумал!

Под дружное веселье мастера подошли к дивной красоты трону, который не уступал в роскоши драгоценному креслу Элу Тингола.

— Прими наш скромный дар, Фелагунд, — хитро улыбаясь, гном с цепочками, вместо лент, в бороде открыл шкатулку, и приготовившийся изображать фальшивый восторг Финдарато искренне восхитился: покоившееся на зелёном бархате короткое ожерелье было элегантным и роскошным. Несмотря на обилие сияющих камней, карканет не выглядел массивным и тяжёлым — украшение казалось тонким, словно льняная прядь. Наугрим подошли к работе основательно, и король изумился, как изящно его родовая символика превратилась в изделие из золота. Сомнений быть не могло — ожерелье делали именно для Друга Гномов, а не просто взяли имеющуюся заготовку.

Финдарато подумал, как красиво бы смотрелось дивное украшение на шее Артанис, смешанные с тоской и колкой обидой нежные чувства заставили глаза часто заморгать.

— Имя сокровищу Наугламир! — торжественно провозгласили в один голос ювелиры. — Примерь, Фелагунд!

Слуги быстро принесли зеркало и помогли поменять ожерелье из крупных бериллов на эталон изящества, моментально притянувший все взгляды и вызвавший вздох восхищения.

— Слава великим мастерам! — воскликнул Финдарато, крепко обнимая гномов и приглашая за стол.

Говорить о том, что в Валиноре подобному сокровищу вряд ли бы кто-то удивился, король, разумеется, не стал.

— Ну что, мои дорогие подданные, — хитро заулыбался владыка Нарготронда, демонстрируя новое украшение, — кто в этом зале самый красивый?

Дружный смех и аплодисменты рассыпались по узорчатым сводам пещеры.

— Финрод Фелагунд! — закричали гости. — Мудрый Прекрасный правитель дивного Нарготронда!

***

Тёплый летний ветер принёс свежий запах воды, смешанный с ароматами цветов, и охотник Индвэ с загадочной улыбкой показал маленькому внуку