Рыцарь в старшей школе. 1-5 - Дмитрий Ш.

выпроводив за линию оцепления, настоятельно попросили обо всём забыть. После того как напишем подробные отчёты как раз о том же. Можно было эту тему раскрутить, сделать прекрасное шоу, но тогда вскрылись бы серьёзные недостатки в работе полиции, чего её начальникам очень не хотелось. Общественность на такие вещи реагировала остро. Поэтому дело без лишней помпы и проволочек передали наверх, в антитеррористический комитет. Как в таких случаях полагается, засекретив.

Справедливости ради стоило отметить, что наш подвиг был не только замечен, но и по достоинству оценён. Нас действительно собирались наградить, но за закрытыми дверьми, без участия прессы. Потом, как во всём разберутся, наведут порядок, завершат бюрократические процедуры. И нам так будет безопаснее, и им спокойнее.

Окончание боя с террористами запомнил смутно. Голова просто раскалывалась от слишком долгого и пристального вглядывания в бездну Оракула. После его отключения перед глазами ещё несколько минут всё кружилось. Ловил призрачные, кратковременные галлюцинации и ощущения дежавю. Перегруженный расчётами мозг не сразу вышел из режима созерцания будущего, время от времени выводя остаточные образы в виде обрывочных воспоминаний. Почти все из них быстро забылись, подобно снам поутру. Мутило меня после этого страшно, почти до тошноты. Уже не уверен, восхищаюсь или ненавижу источник безумия, под названием, ядро Оракула. Работать с ним очень непросто. Так же как я менял реальность, он менял меня. Понемногу, незаметно, вызывая привыкание к его силе.

Возвращаясь к террористам. Найдя критически уязвимое место бомбы, которое уничтожил точечным воздействием А-поля, обезвредив её, выжив всего-то на двадцать шестой попытке, бросился на помощь Браунфельс. Которая к тому моменту уже находилась на волосок от гибели и не могла сопротивляться. Противник слишком увлёкся в желании поиздеваться над беспомощной девушкой, ощущая своё превосходство, что выиграло ей время. Не став мудрить, устраивать показательную дуэль, упражняться в мастерстве, произносить пафосную речь, всего лишь с разбега снёс его в воду. Отправив поплавать. Приём был прост и груб, как топор, но столь же действенен. Китайский рыцарь явно ожидал от меня другого. Чего-то более изящного, впечатляющего.

Оракул показал, если бы я этого не сделал, то он применил бы разрушительную волновую атаку, бьющую по большой площади. Что-то связанное с высокочастотными колебаниями А-поля. Последствия были бы жуткими. Особенно для заложников.

Насколько вражеский рыцарь был силён и уверен в себе на суше, настолько же оказался слаб в воде. Вылезти на берег я ему не позволял. Чтобы не утонуть, террористу пришлось отключать и сбрасывать силовое снаряжение, придавая себе положительную плавучесть. Увидев результат нашего столкновения, рыбацкая шхуна отошла от причала, и набирая скорость, по небольшому каналу полным ходом двинулась в море. Одна из молодых азиатских девушек, насколько я понял, чей родственник был насильно забран на корабль в качестве живого щита, несмотря на опасность, в отчаянье бросила за ним. Что-то громко крича и махая руками. Испугавшись, что как только заложники станут не нужны, от них тут же избавятся. Пришлось опять напрягаться, хотя изначально этого не планировал, оставив погоню за кораблём береговой охране.

Хорошенько разбежавшись вдоль канала по бетонной дорожке, изо всех сил оттолкнувшись от края, совершил гигантский прыжок. Слава богу, едва-едва, но дотянул до палубы. От моего приземления шхуна ощутимо качнулась, вильнув носом в сторону. Врезавшись в железобетонную стенку канала, с громким скрежетом начала об него тереться бортом, сдирая краску. После этого, не будучи совсем идиотами, преступники сдались. Сделать мне они ничего не могли. Последний придурок, попытавшийся угрожать одной из заложниц оружием, приставив пистолет к её голове, был точечным импульсом А-поля сбит с ног, получив открытый перелом руки. В двух местах. На этом всё закончилось.

Оставшиеся в доке террористы, представляющие для обессилевших, безоружных учениц Святой Анны серьёзную угрозу, были либо обезврежены, либо расстреляны полицейским спецназом. Они уже со всех сторон штурмовали док, разобравшись и с тяжёлыми пехотинцами, и со снайперами, и с другими препятствиями. Слава богу у Гриффин хватило ума без моей подсказки передать им сообщение об обезвреженной бомбе.

После всего произошедшего опасался, что ночью меня будут мучить кошмары, переживания, сомнения, однако обошлось без всего этого. На удивление чувствовал себя… обычно. Сёстрам ничего рассказывать не стал. Чтобы не занимались подобным вместо меня. Вечер провёл, как и всегда, опять засидевшись допоздна за компьютером. Писал реферат на тему того, чего не было. Отправив копии готовой работы напарницам, ознакомиться, привычно засел за игры. Только в этот раз вместо стрелялок меня по необъяснимой причине потянуло на симулятор одной из бессмысленных и беспощадных ММО песочниц. С огородиком, рыбалкой, готовкой и прочими рутинными занятиями. Вырастив большое поле подсолнухов, с чувством полного удовлетворения лёг спать. Они же мне и приснились.

На следующий день все трое пошли сдаваться мисс Фаулер. С одинаково невыразительными лицами сидели на стульях и терпеливо ждали, когда она закончит чтение реферата. Времени на это у неё ушло немного. Бегло пробежавшись по основным абзацам, тренер, пребывающая в отвратительном расположении духа, ехидно поинтересовалась, — Это всё?

— Да, — отвечал за всю группу, как её командир.

— Ходили в кафе. Съели по пирожному. Потом в парке постреляли в тире. Выиграли плюшевую игрушку. Зашли в спортивный клуб, провели между собой несколько поединков, после чего разошлись по домам. Я ничего не пропустила? — посмотрела на нас, как на дураков.

— Мы ещё потерявшуюся девочку встретили в парке, которой помогли найти маму. Чтобы не плакала, подарили ей выигранную плюшевую игрушку, — скромно указал тренеру на пропущенный момент своего сочинения.

— Так, ты у нас Йохансон или Андерсон? Ужасная работа по всем пунктам, — небрежно потрясла скреплёнными вместе листами. — Ставлю неудовлетворительно. За грамматические ошибки, стиль изложения, неправдоподобность и неуважение к учителю. Браунфельс. Подтверждаешь, всё написанное здесь? — недовольно поинтересовалась у немки.

— Да, мисс Фаулер, — невозмутимо кивнула Браунфельс.

— Гриффин, — тем же тоном спросила вторую девушку, — откуда столько промахов? Ты вообще, целилась или стреляла по принципу, — в небо любой дурак попасть сможет?

— Неправда, — оправдалась обиженная Гриффин. — Двоих я точно завалила, а ещё с десяток ранила.

— Это гранатомётчика, что ли? — невинно уточнила мисс Фаулер, подловив Гриффин на простейший приём.

Прежде чем она сделала ещё большую глупость, обеспокоенно вмешался.

— В тире не было гранатомётчиков. Мисс Фаулер, нас полдня промариновали в полицейском участке за нарушение общественного порядка. Предупредив, если будем и дальше распространять недостоверные сведения, то можем быть привлечены к ответственности. По этому поводу вам лучше переговорить вот с этим уважаемым джентльменом, — достав из кармана визитку того полицейского, который выводил нас из порта, протянул ей.

Офицер MAS проинструктировал,