Воплощённый - Александр Андреевич Лобанов

– Прошу прощения, Декассо, но вышло недоразумение! Мы прибыли сюда просить о помощи! Дело очень важное и затрагивает всех: закрытие Чёрной дыры!

– Чёрная дыра? Так вы ещё не разобрались с ней? – Декассо великолепно играл обертонами, недовольство превратилось в неприкрытую насмешку, при этом голос оставался всё таким же ровным. – А я удивлялся, почему вместо толпы учёных, пытающихся меня взломать и перепрограммировать, припёрлась кучка разношёрстных героев!

Декассо являлся открытым и прямолинейным человеком… На грани хамства. Почти такая же бесцеремонная сволочь, как мы с Омегой. Мне начинал нравиться этот суповой набор!

– Декассо, не время для глупых шуток! – Некер насупился, и выглядело это довольно внушительно. – Сотни людей на базе под угрозой, если Чёрная дыра вырвется!

- И с каких пор это стало моей проблемой? – Декассо изобразил страдальческий и крайне усталый вздох, а затем напускные чувства сменились компьютерной непроницаемостью. – Особенно если учесть, что это я устроил прорыв Чёрной дыры!

– Ты? Ты спровоцировал катастрофу с Чёрной дырой? – зрачки Некера расширились, а самого аж затрясло. И непонятно, чего в нём было больше, удивления или ярости. – Но почему? За что?

- И ты ещё спрашиваешь? – в речь Декассо прорвалось раздражение и нетерпение, словно мы упускали основополагающий и всем известный догмат мироздания. – Посмотри, что со мной сотворили… позволю заметить, по твоей вине!

– Что значит по вине Некера? – насторожилась Настя, опалив взглядом биороба.

Девушка достаточно пришла в себя, чтобы подняться на ноги и встать рядом с сервером, в стремлении оказаться поближе к отцу, объединиться в общей борьбе. Или найти очередного заступника, который её защитит!

– Настя, похоже, Некер забыл упомянуть, что являлся моим куратором в обществе Чистых с первого дня. С некоторой натяжкой я даже мог назвать его другом… как выяснилось, я обманывал себя!

- Ты ответил ненавистью и злобой на наше гостеприимство, – по лицу Некера скользнула лёгкая тень не то усмешки, не то грусти. – Ты организовал сопротивление! Ты пытался натравить меня на Чистых… Я не мог допустить, чтобы на базе среди моих друзей, коллег и просто сограждан хоть кто-то пострадал! Ты не слушал голоса разума, именно поэтому я рассказал всё Чистым.

Глаза Некера сияли решительностью, в кои-то веки биороб был в чём-то абсолютно уверен, и эта уверенность заставляла прислушаться.

- Ты знаешь, почему я начал борьбу! – прогрохотал голос. – Антиэнтропийная пушка, что вы создавали на этой базе – она должна была уничтожить Купол! Я не мог этого допустить!

Пришлось напрягать память, дабы вспомнить, что энтропия – термодинамическая функция, характеризующая меру перехода энергии упорядоченных процессов в энергию неупорядоченных процессов, в конечном счёте — в теплоту системы. То есть при совершении предметом какого-либо действия энтропия либо остаётся прежней, либо увеличиваться, но никогда не уменьшаться!

Вот только термина «антиэнтропийная» в принципе не существовало. Энтропия не могла уменьшаться. Существовал лишь парадокс Лошмидта о том, что если повторять действия идеально точно в обратном порядке, то энтропия уменьшится! Но это лишь теория… которую, похоже, сумели воплотить на практике. И почему-то я уверен, что это связано с Чёрной дырой! Неужели она может поглощать и энтропию?

- Сколько раз тебе повторять: антиэнтропийная пушка создана для возрождения планеты! – Некер буквально кипел от праведного гнева. – Мы намереваемся собрать энтропию планеты и тем обратить на ней все процессы… можно даже сказать, обратить время и вернуть Землю к состоянию до того, как та стала выжженной пустыней после войны Трёх великих!

– Для планеты эта технология недостаточна! – даже Омега с ходу понял все недостатки данной задумки.

Во-первых, граничные эффекты – на границе зоны поглощения энтропии скопятся все астероиды, кометы, метеоры, космическая пыль и солнечное излучение, в общем, всё то, что попало на Землю за время, на какое отмотают историю. После прекращения воздействия они разом обрушатся на планету – разрушения даже представить сложно.

Во-вторых, скорость поглощения излучения – планета огромна, и может возникнуть градиент состояний… проще говоря, на дальней от Луны стороне Земли откачка энтропии, а значит, и перемотка времени начнётся чуть позже, чем на ближней стороне Земли – опять глобальные катастрофы.

В-третьих, при подобной мощности пушки может случиться, что планета начнёт вращаться в обратном направлении, более того, полетит назад по орбите – последствия этого непредсказуемы, но явно ужасны. И это только основные!

Но вот если направить это на Купол… Даже если Купол выдержит, то его может вырвать из планеты или, наоборот, погрузить в недра! А если в это время будет открыта «Трещина»… В любом случае – это уничтожение!

- У тебя нет доказательств! Я считаю, что цель оправдывает средства, только если цель – спасения жизней, а никак не массовые убийства! – припечатал Некер. – Именно поэтому я сделал всё возможное, чтобы помочь тебе. Именно поэтому я попал в опалу Чистых…

Последние слова являлись обращением не к Декассо, а к Насте, пред коей Некер склонил голову. Но Настя проявила несвойственную ей сдержанность и отвернулась, лишь глаза блеснули тусклым золотом. Она показывала, что этот конфликт её не касается. А может, просто не была в состоянии безоговорочно принять чью-то сторону.

- И всё равно невозможно, чтобы ты повлиял на Чёрную дыру! – Некер всё ещё не мог поверить и продолжал настаивать: - На тебе стояло столько слоёв защиты: личность и эмоции заблокированы, а мыслительные функции строго ограничены протоколами! Да и Чёрная дыра вне системы базы! Она автономна!

Меня озарило. Множество мелких деталей сложилось в ещё не полную, но логичную картинку. И Омега озвучил мои выводы.

– Тебе помогли! Некто, называющий себя Первым Министром?

– Ты знаком с ними? – идеально выверенный голос Декассо в порыве эмоций возвысился на полтона.

– Он сделал из меня Несуществующего, – Омега показательно сплюнул.

– От мысли, что ты “сволочь”, не отказываюсь, – протянул Декассо, но в голосе не осталось презрения, только насторожённая заинтересованность. – Но занимательная сволочь, – провода, кружившие возле купола ускоренного времени и многозначительно плевавшиеся электрическими искорками, опали. В ответ Омега лишь шире улыбнулся, показывая, что думает о его мнении, и куда оно может идти.

Высказанное всуе предположение перевернуло к нам отношение Декассо. Похоже, он увидел за словами нечто большее, нежели