Закат 1 - Василий Лазарев

— Людоеды они! — запричитала пожилая женщина. — Они нас сожрать хотели!

— Стоп, с вами мы позже поговорим. Для начала вы все свободны, — объявил Мамонт и гул счастливых голосов сделался громче. — Это все, кто вас охранял?

— Да! Двоих вы убили, итого их было семеро, — вперёд вышла бойкая женщина лет тридцати замотанная в плед с головы до ног обутых в резиновые сапоги. Холодно ей, наверное, подумал Мамонт. Ничего сейчас согреются. К освобождённым подошёл Кощей.

— Это наш врач, он осмотрит вас. Кто сильно замёрз, можете согреться вот там, — Мамонт показал на вторую платформу. Несколько девушек повели трёх стариков в жилой модуль.

— С этими что? Вы их так и отпустите? — недовольно спросила девушка.

— Кто тебе такое сказал? — Наташа подошла к ней и окинула её взглядом. — У них конечная. Вы, двое, в сторону отошли. — Повелительно сказала Наташа. Мамонт улыбнулся про себя не показывая. Что-что, а приказывать Наташа умеет. Два охранника неуверенно отошли от остальных метров на десять, туда куда им показала Наташа и замерли.

— Кто из них тебе больше не нравится? — спросила Наташа девушку.

— Слева который, эта тварь моего мужа застрелил, — еле сдерживаясь сказала девушка. — Меня Марина зовут.

— Где ваши мужчины, Марина? — спросил Мамонт.

— Они их всех застрелили. Мы неделю сидели во дворце культуры. Те, кто выжил после… ну вы знаете. У нас было две буржуйки, кое-как согревались. Ждали помощь, не верили, что нас вот так просто оставят. Вместо помощи дождались этих. Они приехали на грузовике.

— Где грузовик? — быстро спросил Мамонт.

— Он ещё два часа назад нас обогнал, в части, наверное, уже, — пожала плечами Марина. — Так вот мужиков наших они вдоль стенки поставили и расстреляли. Их и было всего пятеро, оружия у нас никакого не было. Этот подошёл и пощупал моего и говорит, слишком костлявый. Остальные тела погрузили на грузовик, и водитель уехал. Нас повели своим ходом.

— Понятно, — пробормотала Наташа. — У меня только один вопрос. Что с вами случилось, что вы человечину жрать начали? Ты, отвечай!

— Обжора сказал, что теперь мы будем жить по-другому. Он крутой, ему нельзя перечить. Мы консервы пока приберегаем, а питаемся этими, — он кивнул на пленных.

— Вы совсем с резьбы съехали? — Наташе к горлу подступил ком. — Свою мать или жену тоже сожрал бы?

— Обжора заставит, съем, — ответил, опустив глаза людоед и тут же схватился за шею. Его голова резко покраснела и взорвалась, забрызгав второго людоеда. Тот бросился бежать в поле.

— Не трожь его, — Кроха дотронулась до руки Наташи. — Сейчас он в синюю аномалию воткнётся. Пробежав буквально двадцать метров, людоед со всего размаху влетел в аномалию, мирно лежавшую в поле. Раздался хлопок, и людоед брызнул во все стороны словно шарик с красной краской вызвав возглас восхищения. В месте его смерти на снегу краснело обширное пятно. Впрочем, ещё два пятна подобных ему алели на месте смерти двух других людоедов.

— А вы кто? — с опаской спросила Марина.

— Такие же, как и вы, но с дополнительными способностями, — расплывчато ответила Наташа. — Лид, эти твои остались.

— Мамонт, ты выбрал себе урода для допроса? — коротко спросила Лида. Мамонт уже заметил, как её корёжит от предстоящего действия. Лида не могла стоять на месте и ходила взад-вперёд.

— Да, самого дохлого. Иди сюда, Геракл, — поманил его пальцем Мамонт. Маленький людоед подошёл на негнущихся ногах. — Смотри, что будет с твоими товарищами.

— Вы нас не отпустите? — задал он глупейший вопрос.

— Отпустим, прямо сейчас и отпустим. Эх, скормить бы их вурдалакам, да когда они нужны их никогда нет, — пожалела Лида и её глаза вспыхнули дьявольским огнём. Два красных луча упёрлись в следующего людоеда и прожгли ему два колена. Получились совсем небольшие дырочки, но человек сразу упал в снег и заорал во всю глотку. Лида решила побаловать невиданным зрелищем освобождённых и следующим заходом отрубила ему руки, последним в её программе была голова. Второго она, недолго думая «перекрестила» и он упал четырьмя кусками даже не поняв, что случилось.

— Ты как предпочитаешь? — ласково спросил Мамонт. В нём также произошли тектонические сдвиги, но всё же молодой человек удержался, чтобы не скатиться в трясину безумия. До того случая в бункере РВСН он никого не убивал, даже нарушителя границы и того ранил в ногу. И вот за неделю он, как и все остальные стал убийцей. Какое-то первобытное умение вошло в его душу, совесть уже не мучила лейтенанта. Отныне он оперировал другими понятиями. Свой, чужой. Своих гораздо меньше, значит все остальные враги, их надо убить. Договориться с ними похоже было нельзя. Да хотя бы послушать людоеда, прикажут ему, видишь ли, он и родную мать сожрёт. Кто мог такое приказать? Некто Обжора, с ним он решил обязательно познакомиться.

— Может отпустите? Я вам всё расскажу. А, знаете, я и провести могу! Да, да, точно! Никто не заметит! — стоя на коленях людоед выпрашивал пощаду.

— На кухню сразу? — засмеялась Лида.

— Сука драная, — Марина изловчилась и ударила резиновым сапогом прямо в лицо. — Врёт он всё, он вас сдаст!

— Понятно, что сдаст, —