Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 - Антон Витальевич Демченко

Дальняя дорога, стук колес, разговор с интересными людьми.

— Объясните. — Ромка скинул кроссовки, с ногами забрался на сиденье и повозился, устраиваясь. — Мне интересно.

Сергей с Арчи завздыхали обреченно, закатывая глаза, похоже, они были знакомы с предстоящим шоу. Владимир же, напротив, чуть подался вперед. Затем подумал и подался еще. И разлил коньяк по рюмкам. Ромка вздохнул, но промолчал — у каждого свои слабости. За окном поезда уже почти совсем стемнело, и видно было, как мелькают какие-то огни, сквозь контуры деревьев лесополосы.

— Так вот, — начал, наконец, Владимир, — в покере на игру влияют многие факторы, в частности есть карты, ну, это ты понимаешь, есть противники, и есть ты — если у тебя все на лице написано, то хорошие карты тебе не помогут. И… да, еще есть общие карты. Все как в жизни. Что-то ты знаешь о себе, чего не знают другие, что-то другие знают о себе, чего не знаешь ты. Что-то знаете вы все, гарантированно, а о чем-то можете догадываться, наблюдая друг за другом. Понимаешь?

— Ну… да. Пока. И в чем тут фокус?

— А фокус в том, что эта игра учит тебя принимать решения. — Ромкин собеседник назидательно поднял палец, а затем, видимо, для пущей наглядности, запил свой тезис коньяком.

— Ну и шахматы учат, — пожал плечами мальчишка.

— Да нет же, парень, ты главного не понял!

— Давай я объясню, — вмешался Арчи. — Вот смотри, в шахматах ты видишь доску. И твой противник видит ту же самую доску. Понимаешь? В шахматах нет скрытой информации, которую надо достраивать, наблюдая за противником.

— Ладно. Понял. То есть можно научиться наблюдательности.

— Вов, он опять не понял, — вздохнул Владимир. — Пусть теперь Сергей объясняет. — Он усмехнулся. — Может, сам наконец поймет… в процессе.

Все посмотрели на «солдата».

— Объясняю, — сказал он. — Все очень просто. Ты не играть учишься, а принимать решения: а) быстро, б) под давлением, в) в условиях неполной информации. Это раз.

— Ага, — сказал Ромка.

Говорил Сергей коротко, по-военному. И вроде понятно.

— Но есть еще кое-что. Ты учишься сдерживать дурацкие порывы. — Тут «солдат» замолчал и уставился на Ромку, явно ожидая ответной реплики. Ладно, не вопрос.

— Какие — дурацкие?

— Рад, что ты спросил, — улыбнулся Сергей. — Отвечаю на примере. Вот у тебя, например, карты. Хорошие. Но средние, то есть нелучшие. Ты делаешь ставку. Тоже среднюю. То есть немаленькую. И вдруг твой противник ее перекрывает.

— Что делает?

— Ставит еще больше. То есть либо ты вынужден поставить еще, чтобы уравнять, либо все твои денежки переходят к противнику независимо от карт. Карты даже не открываются. Что ты можешь?

— Ну… надо ставить.

— Не. — Сергей погрозил мальчишке пальцем. — Сначала надо думать. Считать, причем я имею в виду именно математику, подсчет шансов. Что, если у него лучшие карты? Какова вероятность? Укладывается ли этот ход в ставки, которые он делал раньше, может ли это быть блефом? А упрешься рогом, пойдешь на поводу у своей агрессивности и веры в свой счастливый шанс — проиграешь, причем, заметь, гарантированно. Понимаешь?

— Ну… а при чем тут агрессивность?

— Он сделал встречную ставку, — сказал Арчи с сильным кавказским акцентом. — Вах! Он тебя обидел. Понимаешь, — акцент исчез, как не было, — агрессивный ответ — это человеческая природа. Мужчина не сдается, настоящий мужчина — это всегда немножко герой… Ну, а потом уходит без штанов… как мужчина…

— Тебя учат думать, прежде чем действовать.

— Я вроде и так… — Ромка почесал в затылке.

— Хорошо. — Сергей прикрыл рукой колоду. — Забудь про карты. Ты идешь по улице. Ты взрослый, вот как он.

— Опять я, — вздохнул Арчи.

— Кто-то же должен, — пожал плечами его товарищ. — Так вот, идешь и видишь, как трое мерзавцев тащат в автомобиль девушку, а та плачет и зовет на помощь. Твои действия?

— Вмешаюсь, — пожал плечами Ромка. — За кого вы меня считаете?

— За дурака, — жестко произнес Сергей, а Арчи неожиданно потянулся через стол и потрепал мальчишку по волосам. Ромка тряхнул головой и мрачно осведомился:

— Почему — за дурака? А вы бы что сделали?

— Отвечаю по порядку, — кивнул Сергей. — Арчи, сколько ты потом провел в больнице?

— Месяц, — вздохнул Арчи.

— Вот! Месяц! Его вырубили первым же ударом. И девушке, кстати, это ничуть не помогло.

— А…

— А надо было сначала позвонить в милицию, а потом уже геройствовать. Уж пять-то минут ты бы мог от них побегать. Камни покидать, слова всякие повыкрикивать… Задержать.

— Ну уж и пять минут, — пробормотал Ромка. Ему было стыдно.

— В большом городе да еще по такому вызову милиция приезжает быстро.

— Ну… да. И что покер?..

— Учит тебя не следовать стереотипам. Думать. Анализировать. Причем делать это быстро. В реальном, так сказать, времени. Просто всегда задавая себе вопросы, вроде «Почему я это делаю?» и «Нельзя ли сделать иначе, лучше?».

— Понятно.

— И еще он учит тебя, что решения не бывают хорошие и плохие. — Владимир снова нравоучительно поднял палец. — Люди часто воспринимают жизнь упрощенно.

— Опять пошел философствовать, — фыркнул Сергей.

— Бывают ситуации, — не обращая внимания на эту реплику, продолжал оратор, — когда хороших решений просто нет, и тебе приходится выбирать лучшее из плохих, понимаешь?

— Ну…

— Если брать шире, — сказал Владимир, наливая себе очередную рюмку коньяку. Похоже, алкоголь подействовал, и ему хотелось поговорить, — то в жизни вообще побеждает тот, кто знает и умеет применять все эти маленькие правила. Например, «я еще не умер».

— В смысле?

— Да вот возьмем тот же покер. Представь, игра пошла плохо, у тебя практически кончились деньги, еще несколько ходов, и привет. Большинство игроков в такой ситуации начинают нервничать и делают глупости. И проигрывают.

— А надо играть, как играл?

— И опять нет, о мой юный друг. Когда тебе уже нечего терять, ты — я говорю о покере — не можешь ждать. Покер устроен так, что ожидание там стоит денег. В жизни, кстати, тоже… Впрочем, не важно. Так вот, ждать ты не можешь, поэтому тебе придется рискнуть, ты можешь и должен поставить все на первые же приличные карты. Но делать это надо сознательно, ага? — Владимир требовательно посмотрел мальчишке в глаза. — И понимать, что идешь до конца.

— Ага.

— И нельзя надеяться на судьбу, — нравоучительно произнес Владимир.

— А…

— Делать ходы, исходя из принципа «мне повезет», как в Гугле. Понимаешь? Нельзя. А человек… — Владимир побарабанил пальцами по столу и сморщился, явно вспоминая что-то не слишком приятное, — человек, он… он так устроен, что верит в удачу. Знаешь, «человеку свойственно надеяться на лучшее». Очень вредная привычка. «Меня не собьет машина». «Меня