Антология фантастики и фэнтези-80. Компиляция. Книги 1-12 - Антон Витальевич Демченко

собой скамеечку, поднятую над палубой, вероятно, для лучшего обзора… Ну, или чтобы не тянуться за чайником. Еще перед ним стояла бронзово-деревянная тумба с тремя экранами, больше похожими на зеркала в рамах из тусклого металла. В зеркалах проплывали земля и облака, как догадался Ромка, таким способом обеспечивался круговой обзор.

Да, еще один момент — рулевой не был человеком. Опс.

— Э… Добрый день, — сказал мальчишка.

— Приветствую вас, мой лорд. — Рулевой склонил голову, не отрывая, однако, взгляда от экранов. Больше всего он походил на мультяшного пирата — слишком угловат для человека, слишком массивные плечи, слишком широкие ладони… Да кто же это?! Кайл говорил, что в этом мире есть разные расы, но считал, что выучить их Ромка успеет. Потом. Однако отступать было поздно.

— Я хотел узнать… Почему мы не чувствуем ветра?

— Щиты, мой лорд.

— Ага… А почему мы забираемся все выше?

— Мы будем прыгать, мой лорд.

— К-куда?! — Чего-чего, а что ему предложат покидать лодку на такой высоте, Ромка не ожидал. В глазах рулевого на мгновение мелькнула… Усмешка? Не понять, слишком быстро все закончилось. Но что-то мелькнуло, это точно. Развлекается.

— Столица слишком далеко, мой лорд, — пояснил рулевой. — Мы не можем себе позволить терять столько времени. Мы проколем Завесу и сократим путь.

— Э… Спасибо.

— Пожалуйста, мой лорд. — Нисколько не стесняясь мальчишки, рулевой потянулся за чайником, исходящим паром, и стал пить — прямо из носика. Ромку передернуло.

— Мой народ любит погорячее, — пояснил рулевой, на секунду отрываясь от своего занятия.

«Да что же у него за народ такой? И что за завеса? Гиперпространство какое-нибудь?»

* * *

Всего набор высоты занял минут пятнадцать.

— Мы совершаем прыжок, мой лорд, — сказал стюард, подходя сзади к стоящему на носу лодки мальчишке.

— От меня что-нибудь требуется? — уточнил Ромка на всякий случай.

— Нет, мой лорд. Если хотите, могу предложить чаю с…

А чайник-то у них небось один.

— Нет, спасибо. — Ромка снова вернулся к созерцанию почти уже космического из-за набранной высоты пейзажа внизу и лодки сопровождения чуть вдалеке. Горизонт, ощутимо загибающийся вниз, сине-фиолетовое небо, яркий серп луны над самым горизонтом. Внизу в дымке — поверхность земли, словно огромная географическая карта. Вдали висели летающие скалы — не те, с которых они стартовали, а другие — огромные, замок, по сравнению с ними, показался бы булавочной головкой на фоне бетонной плиты. На скалах горели огни, но строений видно не было.

Ромка счастливо улыбался. Приключение.

Затем в ушах у мальчишки снова возник тончайший звон и, обернувшись, он увидел, как висящая у борта фиговина неизвестного назначения вдруг стала прозрачной и вспыхнула идущим изнутри светом, чистым, ярким, голубым. Неправильным. Затем она погасла, а вместе с ней погас и день, лодка словно влетела с разгону в туман, серый, влажный и холодный. Видимость сократилась до нескольких десятков метров, туман был всюду, его полосы проносились стремительно от носа к корме, и было видно, как туман крутится и тает над раскаленной «торпедой» и как, хищно оскалившись, поводит из стороны в сторону защитным амулетом стоящий посреди палубы охранник.

Затем в тумане, выше и чуть сзади, возникло и погасло голубое свечение. Охранник сразу успокоился и вернулся в свой отсек. «Ага. Надо полагать, это финишировала лодка с остальной охраной. Вот только где мы? Да мы же в облаках!» — вдруг сообразил Ромка. Похоже было, что клочья тумана частично обтекают лодку, окруженную невидимым коконом, а частично просачиваются сквозь щиты… ну, те самые щиты, о которых говорил рулевой.

Затем сверкнуло солнце, и они вылетели из облака. Все оказалось не так уж плохо — облака были кучевыми, но вовсе не сплошными, просто их суденышку не повезло финишировать в самом центре одного из них. А сейчас они скользили между подсвеченными солнцем облачными громадами — и, Боже, как же это было красиво! Ромка так загляделся на это зрелище, что едва не проглядел момент, когда в разрывах облачности появилась земля.

Когда нормальному ребенку предлагают представить себе магическую школу, он, конечно же, вспоминает Хогвардс. Мрачный, старинный замок на вершине холма, ночь, крылатые и зубастые кони, влекущие карету, озеро с русалками-людоедами, Запретный Лес, в котором живут все те животные (просто все, по списку), которым нельзя жить рядом с детьми. Чуть в отдалении кабак, куда почему-то пускают детей, и все, и больше ничего до самого горизонта. А ночью в замке меняются местами лестницы и аудитории, бродят призраки и носятся дети и летучие мыши…

Ромка уже начал догадываться, что книжки не лучший источник информации. Так оказалось и на этот раз.

Во-первых, Школа Высокого Призыва находилась в Столице. Это означало — никакого запретного леса с его кентаврами, пауками и прочими хагридами. Извините.

Во-вторых, это было не здание, а комплекс зданий, и познаний Ромкиных в архитектуре было категорически недостаточно, чтобы понять, что же это какое. Не замок, это точно. Может быть, дворцовый комплекс, как в Царицыно, но те, кто строил царскую усадьбу, понятия не имели о ландшафтном дизайне… Ну, по крайней мере, по сравнению со строителями Школы. С борта снижающейся лодки мальчишка мог видеть пронизанные светом колоннады, какие-то бесконечные галереи и множество разбросанных в саду — или это все-таки был парк? — беседок. Между зданиями, тут и там, проложены крытые переходы — тоже с колоннами — и некоторые из этих переходов висели в воздухе. То есть правда висели, на уровне третьего этажа, и ничего, не разваливались.

Все это было расположено отчасти на дне небольшой долины, отчасти же на склонах окружающих холмов, и с лодки было видно, что к естественным складкам рельефа создатели Школы добавили и искусственные: всякие там каньоны, террасы…

По саду-парку вились вымощенные каменными плитами дорожки со скамеечками, а многочисленные складки местности с ручейками и прудами пересекали каменные же мостики.

И главное — весь комплекс выглядел НОВЫМ. Ромка и раньше, в летающем замке Рыси, ловил себя на мысли о том, что каменному зданию полагается быть хоть немножко старым. Поцарапанным. Пыльным. Хоть чуть-чуть. Но нет. Белое было белым, золотое — золотым, а черное — черным, но блестело, как блестел бы камень, который только что вышел из мастерской, дорожки были идеально чисты, скамейки, над которыми пролетала лодка, сверкали полировкой, и опять общее ощущение было, что это станция метро в первый день эксплуатации.

Снизившись до высоты трехэтажного дома, лодка заскользила вдоль канала, глубокого и прозрачного. Стенки канала, сложенные из каменных блоков, и сквозь прозрачную воду и солнечные блики было прекрасно видно