Его маленькая заноза - Анна Мишина

— Так-с, — эта комнатка становится слишком тесной для нас двоих. А еще за спиной мельтешит обеспокоенный пес. — Я тебя на руки подхвачу, — предупреждаю.

— Ой, не надо, — пищит.

— Только вот, — на Мире только полотенце. — Надевай халат, — сдергиваю с вешалки и даю ей. — А я пока выйду, — и, развернувшись, оставляю ее одну в маленькой ванной комнате.

Прикрываю дверь. Стою, оглядывая кухню. Чисто, аккуратно. Девчонка молодец.

— Что? — ловлю взгляд пса. — Сейчас поможем твоей хозяйке.

— Я готова, — доносится тоненький голосок.

Возвращаюсь в ванную. Мира все на том же кафельном полу, но уже в махровом халате.

— Готова? — спрашиваю.

Она молча кивает.

Присаживаюсь рядом.

— Цепляйся, обезьянка, — командую и как только ее прохладные ладошки касаются моей шеи, подхватываю ее за талию одной рукой, второй под колени. Поднимаюсь. Легкая совсем.

Пячусь спиной назад, оттолкнув ногой дверь, и сажаю на диванчик. Осторожно отступаю, когда с шеи исчезает прохлада. Присаживаюсь на корты у ее ног и смотрю снизу вверх в ее глаза. Какие они у нее зеленые! Замираю на секунду буквально, провалившись в эту фантастическую зелень.

— Где болит? — спрашиваю, прочистив горло.

Молчит, щеки залил румянец. Кусает нижнюю губку. Не дождавшись ответа, касаюсь пальцами щиколотки левой ноги. Тут чуть выше от косточки к аккуратной красивой икре наливается синяк. Веду пальцами к колену. Если она упала на эту ногу, то и бедро, скорее всего, получило ушиб.

— Бедро? — кладу ладонь поверх ткани халата и чуть сжимаю пальцы. Девчонка тут же стонет. Что и требовалось доказать. — Есть что приложить холодное?

— В морозилке если только, — говорит тихо.

Меня просить дважды не нужно. Открываю нижнюю камеру холодильника и хватаю первые два попавшиеся кулька.

На столе беру пару полотенец и, обернув каждый пакет, подхожу к Мире.

— Держи, — даю один, — к бедру.

А со вторым усаживаюсь у ее ног, упершись спиной в диван, прикладываю к ушибу, что пониже.

Она возится за моей спиной. Видимо, под халат подкладывает пакет, обернутый полотенцем, и замирает.

Рекс укладывается рядом. И положив морду на лапы, смотрит на нас.

Молчим. Каждый думает о своем.

— Спасибо, — нарушает тишину первой.

— Да не за что, — пожимаю плечами.

— Не знаю, что бы делала. Наверное, потихоньку доползла бы до дивана.

— В «травму» тебя бы отвезти.

— Да ну бросьте, — слышу по голосу, что улыбается. — Какая «травма»? У них и без меня работы полно. А тут всего лишь ушиб.

— А если трещина?

— Нет там никакой трещины. Завтра уже буду прыгать, — хмыкает. — Вас вот отвлекла. Своих дел полно.

— Ага, по самое горло, — качаю головой. — Глупости не говори.

— Идите, Артем. Я дальше сама, — вдруг ее голос меняется и становится неуверенным. — Спасибо еще раз. Не могу я вас задерживать.

Я оборачиваюсь. И снова эта безумная зелень. Почему я раньше этого не замечал?

— Хорошо, — передаю ей в руку сверток холодный. Поднимаюсь на ноги. — Если что, звони, — и, кивнув ей, вышел из дома, оставив с ней пса.

Только дома, спустя часа два понимаю, какой идиот. Звони, сказал. А мы ведь номерами не обменивались. Ну, Гаранин, и куда же подевалась твоя внимательность? Без работы регресс на лицо.

Мира

Позорище! Так и хочется заплакать от досады. Ну какое позорище! Артем видел меня в таком непотребном виде. Волосы мокрые, в полотенце, растянувшейся на полу в ванной. Боже! Стыд-то какой!

Щеки пылают, в горле саднит от слез, глаза щиплет. А ноги горят в том месте, где кожи касались его горячие пальцы.

— Вот же дура, — шепчу себе под нос и откидываюсь спиной на спинку дивана.

Рекс подходит ко мне и кладет морду на колено. Не глядя, глажу его по макушке.

— Только со мной могло такое приключиться.

Но нужно вставать. Боль в ноге поутихла. Шлепнулась как мешок с мясом, бррр.

Собираюсь с силами и поднимаюсь на ноги, делая упор на правую. Вроде ничего. Подключаю левую и боль прошивает всю ногу, от пятки до бедра.

Сжимаю челюсть. Но делаю шаг. И еще один. Останавливаюсь и вздыхаю, сдерживая слезы. Ну что ж. Кажется, пришло время взять больничный на работе.

Допрыгав до столика, беру телефон в руки и набираю Михал Михалыча.

— Мирок, — отзывается мужчина.

— У меня ЧП, — вздыхаю я, опираясь о столик.

— Что случилось? — звучит обеспокоенно мужской голос.

— Ушибла ногу. Я не дойду завтра до работы, — отвечаю.

— Чудесно, — вздыхает. — Помощь нужна? Врач?

— Да, думаю, за пару дней отойду.

— Это у тебя, случаем, ЧП не с новым соседом связано? — усмехается.

— Михалыч, — дуюсь. — Тебе придумать нечего?

— Ладно, — отвечает он. — Не злись. Понял тебя. Поправляйся и возвращайся.

Следующий день нога болит еще больше. Но я выпиваю обезболивающее и мазью натираю ушибы. Умудряюсь накормить пса и кур. К соседке сегодня помогать не иду. Предупредила ее по телефону. Остаток дня я тупо валяюсь в кровати под первый попавшийся фильм. О любви!

Ну и разве можно погрузиться в атмосферу кино, когда в голове закружились мысли о встрече Артема и Лены?

Вчера я об этом даже не вспомнила, до такой степени стресс выбил случившееся из головы. А вот под мыльную оперу пожалуйста. Там как раз показывают встречу бывших. И у меня картинка в голове всплывает.

Внутри что-то объемное и неприятное вырастает. На ребра давит, а глаза вот-вот окажутся новым руслом Ниагары.

Стук. Я даже приподнимаюсь на локте, чтобы прислушаться.

Но дальше тишина. И я снова падаю на подушки.

— Привет, — я вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь, смотрю на дверь.

В проеме стоит Артем.

— Ой, — кусаю губу, чтобы не разулыбаться, как дурочка. — Здравствуйте.

— Я только освободился, дай, думаю, зайду. Номера-то у меня твоего нет, — улыбается так, что ямочка на щеке появляется. — Ты как? Сегодня дома?

— Ага, взяла пару выходных.

— Нога?

— Немного болит, но уже лучше.

— Я тут принес немного сладостей, мороженого, — показывает пакет.

— Оу, — сажусь в кровати и замираю.

В моей комнате мужчина. Тот самый мужчина. Очуметь просто! А я опять ужасно выгляжу.

— Мороженое в самый раз, — натягиваю улыбку.

— Тогда я сейчас ложки принесу? — предлагает.

— Угу, — киваю с готовностью.

А потом: «Он со мной будет есть мороженое?».

Артем вручает мне пакет со сладостями и сам уходит на кухню. Я засовываю свой любопытный нос в пакет и вау!

— Держи, — мужчина возвращается быстро и вручает мне ложку, а одну оставляет себе.

Я хватаю ее и сползаю на пол, на ковер у кровати, рядом к усевшемуся там мужчине. Достаю из пакета две ванночки с