Жажда бессмертия. Том 5 - Морфиус

тут появится армия, и тем меньше людей умрет. И у тебя есть выбор, помочь мне. Помочь с организацией мирных. Помочь с тварями. Я буду меньшим злом, чем те, кто до меня. Добром на их фоне. И потом уйду. А ты уж, потом, когда все завершится, попробуешь похлопотать над моим обелением, хоть я в это и не верю.

— Или ты можешь отказаться. Но тогда мне придется решать, что делать с тобой дальше. Отпустить тебя я не смогу.

Повисла тишина. То, что я делал, было нелогично. Опасно. Позволять нестабильному, сильному идущему быть свободным… Если ему взбредет в голову все же сбежать или устроить бунт, это станет проблемой. С другой стороны я мог приобрести и преданного союзника. Если все сделать правильно. Глупо? Нелогично? Но интуиция шептала об этом. В нем слишком много злобы на кровавых. Он уже прошел путь от унижения и осознания своей скорой смерти до возвращения надежд. Это его изменило. Не могло не изменить. После такого старые догмы приказов вряд ли будут сильны. Ведь мы уже не совсем люди. Мы идущие. Может, я ошибаюсь и этот поступок аукнется мне огромными проблемами. Но…

— Можно… попробовать… Выбора, как понимаю, все равно нет… — После долгой паузы произнес мужик. Без особой радости или согласия. Но услышь я в его тоне хоть нотку подобострастия, то это было бы верным признаком того, что со мной играют, соглашаясь, как с умалишенным и подыгрывая ему.

— Отлично. Нелл, достань венец истины. — обернулся я к духу. А потом продолжил уже для вояки.

— А ты сейчас поклянешься и заверишь меня в том, что не собираешься меня предавать. Так, чтобы у меня не было сомнений. И твою честность проверит артефакт.

Глава 3

Серия интерлюдий

Интерлюдия 1

Место действия: Паутина миров

Время действия: 9 июня 2060 года

Касиан стоял на коленях, понимая, что жизнь его сделала совсем уж неприятный поворот, после которого в любой момент все может окончиться смертью.

Внутри, ползя и оплетая внутренности копошился страх. Ужас. Нечто, что сковывает разум, не оставляя ни шанса на спасение ни единой мысли о том, чтобы бороться. Да и как? Как можно бороться против такого?

Глаза вновь дернулись, поднимаясь и окидывая судорожным взглядом «трон» с восседающим на ним кровавым монстром, от которого во все стороны растекалась ужасающая аура. Чудовище, что еще недавно казалось человеком, теперь вольготно восседало на кресле, в окружении копий с насаженными на них отрубленными головами. Обезображенными, местами очищенными от мяса или обгоревшими до самых костей.

Узнать лица там можно было с трудом. Но можно. И еще вчера он боялся их, боялся монстров. А потом пришел Он… Тощий, кажущийся робким и изможденным. Именно ему, Касиану, выпало дежурить у портала новичков тогда. И тогда же, не останови он наглых подчиненных, бойня началась бы раньше, не оставив им и шанса. Впрочем, уже через десяток минут маньяк спалил все до дотла, убивая вчерашних небожителей, четвертуя их, выпуская кишки и заставляя всех вокруг склониться перед новой силой.

Все произошло быстро. Буквально за несколько десятков секунд, как рассказывали очевидцы. И хотя сам Румын этого не видел, находясь с другой стороны холма, с которого было видно только адское буйство пламени, но те, кто был рядом… Они рассказали о бое. О бое, когда на фоне пылающей плазмы, где смешалось малиновое пламя великого артефакта и военный напалм, несколько фигур метались внутри языков пламени, двигаясь со сверхчеловеческой скоростью. Несколько секунд. А потом все прекращалось. И он сам, лично, потом занимался уборкой тел, смотря на четвертованного халка, как шепчась называли Давида, с пробитым черепом. На перемолотую в хлам голову Ганима, которому не помог хитин. Труп Икрама он тоже видел, как и смотрел на разбросанные угольки, что раньше были мозгами Габриэля. Того, кто своим разумом мог убивать на расстоянии.

— Что вы застыли! Нас привели на убой! — Проорал кто-то слева, и Касиан повернул голову, не сразу разглядев за строем поставленных на колени фигур, кто же именно осмелился вскочить. Анвар! Сильный идущий, развивший стихию воздуха и так гордящийся своим ветряным покровом. По толпе стоящих на коленях кровавых прошла волна. Но больше никто не вскочил. А Касиан лишь сильнее прижал голову к земле, борясь между тем, чтобы активировать покров, ведь техники могли и убить. Или не активировать, чтобы это не сочли непокорностью!

— В бохк… кха! — Кровавый уроженец халифата вспыхнул энергией поглощенных артефактов, что он все же пронес с собой, закрутил ветряной покров, сдувая с ног одного из «конвоиров». А затем его прервали!

Вспышка! Хруст прорезаемой плоти. — Сначала в бунтовщика ударило светом, на мгновение заставляя зажмуриться и всех остальных. А затем, возникшая из пустоты кровавая фигура прорезала воздух свистом стали. И мертвое тело, фонтанируя кровью и жгучей энергией, что начала сжигать плоть, лишившись контроля, падает на выжженную землю. Глаза восставшего еще, казалось, какое-то время светились просветлением. Но что может отрубленная голова?

Монстр же остался неподвижно сидеть на кровавом троне. За него все сделали его… слуги. Освобожденный подполковник, и тот самый дух, единственный, но превосходящий по возможностям все, что Касиан видел у Икрама. И сейчас он не знал, что пугает его больше. Кровавая фигура призрака, что носил прямо с собой артефактное оружие, которым и срубил голову арабу. Или освобожденный военный, которого монстр решил не добивать, а как-то поставить себе на службу. Вот только теперь в глазах того, кто вчера еще был почти что мертвецом, оставленным живым лишь в насмешку, сегодня сиял кровавым светом своих глаз. Глаз еще одного монстра, жаждущего крови и обещающего всем месть.

— У вас плохо со слухом? Я же сказал. Любой, кто встанет с колен, будет убит. — Произнес Владыка. Тихо, вкрадчиво… Но голос, пронизанный жаждой убийств, впивался в мозг, как будто тварь шептала их на ухо… Как так вышло? Как вышло, что их смогли обезоружить, под предлогом наказания только предателей, что замышляли несуществующий бунт против нового владыки? Впрочем, это было уже не важно. Он убил только что пятерых. Тех, кто не захотел подчиниться и сдавать оружие. Да, они были правы в своих подозрениях. Но как помогла им их правда, если они умерли раньше. Были убиты. Быстро и жестоко. А значит, лорд так же легко мог бы убить и их всех.

— Вы все