Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь - Вероника Лесневская

- Держите маркеры, - забывшись, Лиля поворачивается ко мне мокрой попой, аккуратной, округлой, четко очерченной под прилипшей тканью.

На миг дезориентирует меня, зато напоминает про должок, который не захотела брать деньгами. Не учла, что я всегда плачу по счетам.

Пока она воодушевленно озвучивает простые задания, а ребята старательно выводят английские буквы на доске, я краем глаза слежу за ними, а сам набираю сообщение Игорю: «В ближайшем бутике купи юбку. Привези сюда. Срочно».

Ответ прилетает незамедлительно: «Размер?»

Исподлобья сканирую фигуру Лили. Она далеко не модель, но и не толстушка. Местами – очень даже ничего. Под скучным нарядом училки сложно разглядеть и оценить весь потенциал, хотя он у нее определенно есть.

Словно почувствовав мой исследующий взгляд, девушка оборачивается. Заметив гаджет в моих руках, мгновенно мрачнеет и разочарованно вздыхает. Кажется, еще секунда – и даст мне линейкой по пальцам.

«Обычный размер», - пишу быстро. Подумав, добавляю: «Возьми что-то универсальное. Для Лилии. Пацаны ей юбку испортили».

Прячу телефон, поймав на себе косой, осуждающий взгляд. Развожу руками, демонстрируя пустые ладони. И выдыхаю с облегчением, когда Лиля возвращается к доске. Веду себя как ученик, пойманный на списывании. Пора завязывать со школьной ностальгией, ни к чему хорошему она меня не приведет. Проблем выше головы, а я теряю время здесь.

- Молодцы, - подхожу к сыновьям и, еще до того как увидеть задание, ободряюще треплю их по макушкам. Поддерживаю, несмотря на результат. – Действительно молодцы, - тяну с хрипотцой, удивленно читая итог их с Лилей работы.

Мои дети правда такие смышленые? Им же всего пять лет.

- Предыдущие педагоги утверждали, что они не воспринимают информацию, - выпаливаю на автомате, не отпуская от себя мальчишек, которыми сегодня по-настоящему горжусь.

- Вас обманули, - нежно смеется Лиля, суетясь у доски. – Значит, кто-то не умеет ее правильно подавать. Нельзя недооценивать детей, - заключает важно.

Невозмутимо возвращается к уборке, а Даня и Леша спешат ей помочь. Они выглядят так, будто и есть настоящая семья, в которой я… лишний. Неожиданный поворот. Надо забирать своих детей, пока Лиля их не присвоила окончательно. Впрочем, она сама еще ребенок. Прячет наивность и жизнерадостность под маской строгости и серости.

Прощаемся без стычек и эмоций, вполне добродушно, что можно считать временным перемирием. Перед уходом я все-таки незаметно оставляю на столе стопку купюр – выгребаю из бумажника только крупные, чтобы не мелочиться и не задеть девичью гордость. Сомневаюсь, что Лиля примет деньги адекватно, однако с моей стороны это обычная благодарность за услуги и помощь. Судя по чересчур скромному внешнему виду, они ей не помешают.

Покидаю кабинет первым. После недолгой заминки в коридор вываливаются дети, толкая друг друга и пересмеиваясь. Лиля больше не появляется, да и черт с ней. Надеюсь, после сегодняшней встречи она угомонится и больше не будет вызывать меня в центр. Ей явно не понравилось наше общение, впрочем, как и мне.

- Папа, это тебе от Лили, - тихонько зовет меня Леша, когда я пристегиваю его в автокресле.

Ныряет ручкой в карман и выуживает оттуда смятый комок… купюр. Того же номинала, что я оставлял на учительском столе. Значит, нашла сразу же, хотя я пытался спрятать между учебниками.

- Хм, а что она сказала, когда дала вам это? – бросаю деньги в бардачок, после чего протираю мальчикам ручки важными салфетками.

- Ничего. Вернуть папе. И все, - надувает губки Леша.

- А я еще слышал, - вмешивается Даня, вынуждая меня наклониться вглубь салона и податься ближе к нему. Сосредоточившись на маленьком напряженном личике, я застываю в ожидании приговора. - «Пусть железный дровосек купит себе сердце», - закатив глаза, сын старательно цитирует пигалицу.

- Ясно, - выплевываю зло и, в миллионный раз проверив все ремни, захлопываю пассажирские двери.

Всю дорогу пытаюсь выбросить из головы дерзкую Лилю, но ее надоедливый голос жужжит в ушах, а перед глазами мелькает ехидная полуулыбка. В красках представляю, как она ругает и проклинает меня сейчас. Однако виноватым себя я по-прежнему не считаю. Просто она слишком принципиальная, хотя в нашей ситуации это неуместно.

- Папа, а в магазин? – спохватывается Леша, когда мы въезжаем на территорию особняка.

- Зачем? – заглушаю двигатель и недоуменно зыркаю в зеркало заднего вида.

- Сердце купить, - поясняет Даня.

Запомнили же, что Лиля брякнула. Помимо несомненной пользы, она приносит вред и дискомфорт.

- Не сегодня. Потом… - бросаю неопределенно.

В следующей жизни. В этой не осталось времени на сентиментальные глупости.

Глава 4

Глава 4

Лилия

Не бывает легких денег. Этой истине научила меня сама жизнь. Каждая копейка зарабатывается тяжелым трудом, потом и кровью, а в особо запущенных случаях… разбитыми мечтами. Взяв однажды в долг, придется обязательно отдать взамен нечто более ценное. Часто в троекратном размере. Судьба любит снимать проценты.

Именно поэтому я вернула Воскресенскому его деньги. Знаю, что он всего лишь пытался решить проблему привычным ему способом. Хотел откупиться от надоедливой, зудящей над ухом училки. Я ведь почувствовала его отношение, пренебрежительное и высокомерное. Видела снисходительно брошенные им купюры. Однако он оставил слишком много. Оценив свои убытки, я поняла, что не могу принять такую сумму. Юбка отстирается, да и куплена была по скидке и столько не стоит, а кресло я высушу.

Тайком прикарманить чужое – не мой метод. Я всегда плачу по счетам прежде, чем будет начислена пеня.

«Гонора много в тебе, поэтому ни бабла, ни мужика нет», - не упускает случая поддеть меня дома Семен, мой отчим. Каждый раз, когда я уточняю, почему задерживают выплаты на его работе и не хочет ли он поискать новую, начинает хамить. Я ведь не для себя прошу, а стараюсь ради мамы. Более того, сама не сижу сложа руки: две должности совмещаю и беру репетиторство. Но с недавних пор разделила наши бюджеты и больше не храню свои сбережения дома. От этого Семен стал только злее: и если раньше пылинки с меня сдувал, особенно в день получки, то сейчас не жалеет гадких эпитетов.

- Представляю, что бы ты сказал, если бы узнал, что я только что отказалась от суммы, превышающей