Любовь не предусмотрена - Виктория Рогозина

словно пронзил её, как резкий ветер в ненастный день. На миг Лере захотелось отдёрнуть руку, сбросить вызов и притвориться, что ничего не было. Но она сжала зубы, расправила плечи, и чётко, без дрожи в голосе, сказала:

— Это Лера Гордеева. Вы просили, чтобы я позвонила.

В ответ — тишина. Короткая, наполненная чем-то неуловимым, словно он оценивал её. И вдруг голос изменился. В нём появились глубина, мягкость, даже легкая улыбка. Теперь он звучал почти обволакивающе, с тем самым бархатным тембром, что словно скользил по нервам:

— Рад, что вы откликнулись. Я бы хотел увидеться. Деловой разговор, конечно.

Лера растерялась. Она сжала телефон крепче.

— Я больше не представляю интересы «Атланта». Все вопросы стоит адресовать новому руководству.

— Это не имеет значения.

В голосе Лекса зазвучала твёрдость. Не грубость — власть. Он не предлагал — он ставил перед фактом.

— Эта встреча касается исключительно вас. Я настаиваю.

Горло перехватило, но Лера не подала виду. Она смотрела в окно, на отражение своего лица в стекле. Решительное. Взрослое. Слишком взрослое для своих двадцати шести.

— Где и когда?

— Ресторан «Tresor», частный кабинет. Через час. Надеюсь, вы пунктуальны.

— Буду вовремя, — коротко ответила она. Пальцы сами нажали кнопку сброса, как будто боялись, что продолжение разговора способно разрушить её хрупкое самообладание.

Долгий вдох. Пульс стучал где-то в висках. Лера бросила взгляд на часы — у неё чуть больше сорока минут. Этого хватит.

Ванная комната наполнилась паром, пока она стояла под ледяным душем, давая каплям воды стекать по коже и смывать с неё сон, обиды, страх, слабость. Ещё не зная, что ждёт, она уже внутренне собиралась в бой.

Перед зеркалом — другая Лера. Та, что руководила «Атлантом». Сдержанная, собранная, изящно строгая. Волосы — в гладкий хвост. Макияж — лёгкий, почти незаметный, но с акцентом на глаза. Тёмно-синий брючный костюм — сшит по фигуре, уверенный, как доспех. Белая блузка с тонкой линией воротника. Часы на запястье. Украшений — минимум. Ни сантиметра лишнего. Всё говорило: она не сломалась. Она — сила.

Кофе остался остывать в чашке. Такси приехало через шесть минут. Лера быстро обулась, перекинула сумку через плечо и, закрыв за собой дверь, шагнула в подъезд.

На улице было свежо, воздух щекотал кожу под воротником. В машине она не разговаривала с водителем, только кивнула, когда он сверился с навигатором. Всё остальное время Лера смотрела в окно, в себя. В мысли, что путались, как ртуть — блестящие, текучие, опасные.

Она не знала, чего ждать. Но знала одно: Шейдон Лекс — не из тех, кто играет в короткие партии. И раз уж он выбрал её — значит, на кону нечто куда большее, чем просто деловой ужин.

Глава 8

Лера уверенно вошла в холл ресторана «Tresor» — место, где воздух пах не едой, а деньгами, властью и недосказанными договорённостями. Высокие потолки, приглушённый свет, сверкающие бокалы и золотистый блеск металла в интерьере — всё здесь говорило, что каждый, кто переступает этот порог, умеет держать удар и знает цену словам.

— Доброе утро. У меня встреча с мистером Шейдоном, — ровно сказала Лера, подойдя к стойке администратора.

Девушка в строгом чёрном костюме, с гладко зачёсанными волосами и едва заметной гарнитурой в ухе, кивнула с профессиональной улыбкой.

— Это частный кабинет. Позвольте вас проводить.

Лера коротко кивнула и пошла следом. Её шаги по мягкому ковру были почти неслышны, но в каждом движении чувствовалась внутренняя сосредоточенность. Она не смотрела по сторонам, не интересовалась, кто сидит за столиками, какие деловые лица мимоходом оборачиваются — у неё была цель. И, возможно, она уже в капкане.

Сотрудница провела её в отдельную часть ресторана, в зону, куда не заглядывали обычные посетители. Дверь кабинета была массивной, тёмное дерево с инкрустацией, словно портал в другой мир.

— Пожалуйста. Мистер Шейдон уже ожидает вас, — вежливо сказала администратор и чуть приоткрыла дверь.

Лера вошла. Комната была оформлена в насыщенных оттенках бордо и графита, с тяжелыми шторами, плотно приглушающими дневной свет. Мягкий ковер, массивный стол из палисандра, хрусталь и фарфор на сервировке. Воздух пах дорогим кофе и сандалом.

Шейдон Лекс встал из-за стола, как только её увидел. Его движения были размеренными, точными, как у человека, привыкшего к вниманию и власти.

— Рад, что вы пунктуальны, мисс Гордеева, — произнёс он и протянул руку.

Рукопожатие вышло крепким, деловым, будто и не было вчерашнего ужина и его пронизывающего взгляда. Но всё же в его прикосновении чувствовалась уверенность хищника, оценивающего свою добычу.

Тут же, будто по сигналу, вошла официантка. Поднесла меню, положила его перед каждым и встала с лёгким наклоном головы, ожидая заказ.

— Мне как обычно, — сказал Лекс, даже не взглянув на страницы.

Лера подняла глаза:

— Крепкий чёрный кофе. Без сахара. Без молока.

Шейдон чуть приподнял бровь и с лёгкой ухмылкой посмотрел на неё, почти лениво, но с каким-то неуловимым интересом:

— Неужели мисс Гордеева успела позавтракать?

Она усмехнулась краешком губ. В голосе прозвучало нечто острое:

— Я ехала сюда через весь город не для того, чтобы завтракать, мистер Лекс.

Его взгляд потемнел. Не от злости — от какого-то хищного удовольствия. Он словно слышал совсем другие слова, не те, что звучали. И эта игра, в которую Лера сама ещё не решилась играть, уже начиналась. А Лекс — он не был просто участником. Он был автором правил.

Заказ принесли быстро — официантка бесшумно скользнула в кабинет, словно и не покидала его вовсе. Перед Шейдоном появился фарфоровый стакан с кофе с молоком, пахнущий чем-то сливочно-медовым. Перед Лерой — тонкая чашка, в которой темнела крепкая, почти маслянистая жидкость, испускающая горьковатый аромат свежесмолотых зёрен.

— Приятного, — коротко сказала официантка и исчезла так же незаметно, как появилась.

Лекс поднял свою чашку, чуть вдохнул аромат, не сводя глаз с собеседницы.

— Знаете, я был удивлён, когда узнал, что вас сняли с должности генерального директора, — произнёс он негромко, с лёгким акцентом на слове вас.

Лера не сразу отреагировала. Она сидела с прямой спиной, ладонями обхватив чашку, будто согревая замёрзшие пальцы. Потом медленно подняла взгляд.

— Не стоит злорадствовать, — сказала она, спокойно, но с жёсткой нотой в голосе.

Шейдон чуть улыбнулся, и в этой улыбке не было насмешки.

— Даже не думал, — отозвался он. — Я действительно удивлён. Это решение…