Сказка и миф. Тайны народных поверий - Александр Николаевич Афанасьев

делаются заклятия против старухи (бабы) – ведуньи и девки простоволосые[106]. Главное время собрания чародейных и таинственных трав был и есть купальский праздник, когда растительность достигает полного своего развития, когда папоротник расцветает огненным цветом, когда сила жизни, юности, здоровья вполне переходит в травы и цветы. В ивановскую ночь, в которую совершались самые торжественные языческие игрища, ведьмы собирают чудесные травы на Лысой горе; в то же время и на той же горе знахари срывают траву терлич[107]. В Петрозаводском уезде существует поверье, что в Ивановскую ночь ведьмы прилетают из Киева на один остров Иванцов, в виде сорок, и, собравши на нем чудесные травы, уносят их с собой в Киев[108]. В зимний праздник Коляды – собирания трав не бывает, потому что зима убивает эту летнюю растительность. Существует только одно поверье, будто трава нечуй-ветер, которая прогоняет бурю, собирается 1-го января в глухую полночь[109].

С ведунами и ведьмами связываются предания о доении ими коров.

На Рождество не должно выпускать из хлевов домашнего скота, чтобы сохранить его от знахарей и нечистой силы. 3 января голодные ведьмы, возвращаясь с гулянья, задаивают коров, для охранения которых привязывают к воротам свечу; накануне Крещения с той же целью пишут мелом кресты на скотных хлевах. В день св. Власия (11 февраля) кропят хлева, лошадей, рогатый скот и овец крещенской водой; в это время (по малороссийскому поверью) вовкулаки, обратившись в собак и черных кошек[110], сосут молоко у коров, кобыл и овец, душат лошадей и наводят на рогатый скот падеж[111]. На заре Юрьева дня (23 апреля) знахари и ведьмы выходят в поле, расстилают по росе холст; потом этим холстом накрывают коров, отчего они делаются тощими и недойными. В этот же день знахари и ведьмы, превращаясь в собак, кошек и других животных, высасывают у коров молоко; в коровьих стойлах втыкают освященную вербу и страстные свечи в том убеждении, что этим изгоняются ведьмы и нечистые духи, которые портят рогатый скот. Самые стойла окропляются святой водой и окуриваются ладаном, дабы оборотни никак не могли укрыться в хлевах и загонах. В день Агриппины купальницы собирают крапиву, шиповник и другие колючие растения в кучу (чем заменяется костер); через эту кучу скачут и переводят рогатый скот, чтобы воспретить ведьмам, лешим, русалкам и злым духам доить у коров молоко, которое после их доения высыхает. На ночь разводят огни для предохранения стад от порчи, потому что в Ивановскую ночь ведьмы и вовкулаки особенно опасны для коров. Они тогда посещают скотные загоны, высасывают у коров молоко и портят телят. Осторожные хозяева втыкают по углам хлевов ветви ласточьего зелья, на дверях вешают убитую сороку или прибивают накрест кусочки сретенской восковой свечи, при входе в хлев кладут вырванную с корнем осину, а по стойлам – папоротник и жгучую крапиву[112]. Телят на эту ночь не отделяют от коров, а лошадей запирают, чтобы ведьмы не поехали на них к Лысой горе. 30 июля ведьмы обмирают, опившись коровьим молоком, потому что доят столько, что задаивают коров до смерти[113]. Из приведенных поверий видно, что колдуны и ведьмы доят коров в продолжение целого года; но главное время доения совпадает с наиболее важными народными праздниками: с Колядой, Купалой, с праздниками встречи весны и проводов лета (в апреле и в конце июля). К 11 февралю отнесено доение по связи этого поверья с другим, по которому св. Власий считается покровителем рогатого скота; то же должно заметить и относительно Юрьева дня. Итак, время языческих празднеств было в месте и временем, в которое колдуны и ведьмы доили коров: это важно. Особенно же сильно и чародейственно бывает доение на коляду и Купалу, как на главные в году праздники.

Что означает это доение? Для объяснения этого, с первого взгляда, довольно странного и загадочного поверья надобно припомнить народные рассказы о скрадывании небесных светил. По чрезвычайно знаменательному болгарскому поверью магесницы (колдуны и ведьмы) могут снимать с неба месяц, который обращается тогда в корову; магесницы доят ее и приготовляют из молока масло для врачевания неизлечимых ран и для другого чародейного употребления[114]. По нашим преданиям: если случится лунное затмение или тучи неожиданно закроют месяц – тогда, значит, ведьма украла с неба это светило. Скрадывание месяца и звезд, составляющее обычное занятие ведьм, главным образом производится ими в праздники Коляды и Купалы. 26 декабря и 1 января ведьмы непременно похищают с неба месяц и звезды; в Ивановскую ночь также непременно ведьмы скрадывают звезды и прячут их в кувшинах, на погребах[115]. Известно, что в индийской мифологии, в которой, как источнике первоначальном, заключается так много данных для объяснения верований других народов, – в индийской мифологии божества света были олицетворены в образах коров. Подобное же олицетворение встречаем и во многих других мифологиях; в греческой, например, Юпитер в образе быка похитил Европу. Основанием такому олицетворению послужило то наивное воззрение младенческого народа, по которому все небесное он представлял себе в образах простых, непосредственно его окружавших. Для народа пастушеского скот значил богатство; он доставлял человеку и пропитание, и одежду, он доставлял земле удобрение; шерсть, руно его, сохраняет ту же теплоту, какая возбуждается лучами солнца. Оттого у всех народов бог света был вместе и бог скотий[116]. Из наших преданий также видно, что божества света были воплощены в образы, покрытые руном, шерстью. Домовой, представитель очага, олицетворен маленьким косматым старичком: он весь покрыт шерстью, теплой и мягкой[117]. У болгар месяц обращается в корову, у нас его представляли лошадью. Народная загадка: «сивый конь (мерин, жеребец) через ворота смотрит (через прясла глядит)» означает – месяц. Загадки народные составляют остаток старинного мифического языка и потому необходимо обращают на себя внимание: они часто объясняют то, о чем молчат все другие предания. Рассматривая метафорический язык загадок, мы находим, что огонь представлялся быком, а ночь – черной коровой[118]. Здесь необходимо вспомнить о Type, о котором дошли до нас очень немногие предания и несколько географических названий. Песни народные повторяют это имя вместе с другими языческими именами; в одной из них поется, как красная девица поборола мо́лодца:

Oй Typ, мо́лодец удалой,

Он из города большого

Вызывал красну девицу

С ним на травке побороться.

Ой Дид-Ладо, побороться.

Ой Typ – Дид-Ладо![119].

Песня эта соединяет имя Тура с именами Дид-Ладо, которые постоянно