Принцесса двух миров - Виктор Постоенко

картинки. На одной был изображен писающий мальчик, при этом струйка попадала в нарисованное на картине точно такое же сооружение, и мальчик пальцем левой руки показывал вниз. Я присела перед сооружением.

Оно вообще показалось мне сделанным из белого фарфора. Ага, а вот какая-то выемка — раз, и вверх поднялась крышка, обнаружившая под собой что-то похожее на тот туалет, который был у нас во дворце. Только там внизу была яма, где стоял большой глиняный горшок, который меняли раз в неделю. А тут я увидела какое-то отверстие с водой.

Ну да ладно, мальчик врать не будет, а содержимое моего мочевого пузыря уже искало, куда и как бы ему вырваться. Сидя на мягком сиденье сооружения, я осмотрелась и увидела слева на стене какую-то ленту. Потянула — о, да это тончайшая бумага. Подумав, что хозяева не обидятся, я оторвала несколько кусочков и провела сеанс гигиены. Увидев черную ёмкость у стены, бросила туда бумажки.

Хмм, но то, что из меня вышло, продолжало лежать и портить общее впечатление. Тут что-то не так, хотя вот же второй рисунок — нарисован верх сооружения и палец, указывающий на красную кнопку. А кнопка-то она вот где — и я нажала на неё. Зашумела вода, и продукты моей жизнедеятельности унесло в отверстие. Сколько мне еще предстоит сделать открытий?

Подошла опять к зеркалу и осмотрела полуовальное сооружение. На нем стояли какие-то штучки, назначение которых мне было неизвестно, а посередине возвышалось металлическое устройство, увенчанное чем-то похожим на голову гуся. На ней слева была нанесена красная, а справа — синяя точка.

Взялась рукой, «гусь» шевельнулся — ага, можно повернуть влево и вправо, но ничего не произошло. Я еще покрутила, пока не почувствовала, что эта штука поднимается. Как только я подняла ее вверх — оттуда, напугав меня, хлынула вода. Минут через пять я уже разобралась с системой — холодная и горячая вода, и можно было регулировать все самой. Ой как интересно-то в этом мире.

Покинув эту забавную комнату, с удовольствием съела оба банана, половину яблока и, взяв тарелку в руки, уселась на кровати, отщипывая виноград.

полковник Николай Сергеевич Родин

После четырех дней искусственного сна подопытная пришла в себя. Николай Сергеевич повернулся к монитору, когда сработал датчик движения, и подозвал к себе Викторию. Девушка на экране лежала и трогала рукой стену. Потом путешествовала по комнате, знакомилась с окном, неожиданно для обоих открыла холодильник. Дальше все происходило в ванной комнате, которую она не закрыла.

— Николай Сергеевич, как же она быстро-то с этим разобралась. Только от душа отступила.

— Я думаю, изучит позже. Ты же видишь, как она действовала — более непонятное оставляла на потом, не испугалась, что мы можем ей что-то подсунуть.

— Но как она сиганула с подоконника — я думала, убьётся, но как кошка вывернулась.

— Ты же видела запись с монитора?

— Да, у нее очень серьезная подготовка, кто-то здорово ее учил, и не только мечом махать.

Полковник открыл ящик стола и положил перед Викторией два мешочка.

— Открой оба, это нашли у нее на теле.

— Ого, какие ножи, и сталь интересная, но откуда у нее такие драгоценности?

— Главарь наемников сказал, что она служила какой-то принцессе. Возможно, это ее драгоценности, а наша девушка просто несла их на себе, пока принцессу не убили. Сомневаюсь, что она бросила бы свою госпожу. Если мне память не изменяет, то там таких служанок и слуг приставляли к знатным девочкам и мальчикам с пяти лет.

— Надо бы ее покормить, я пойду к ней, попробуем наладить контакт?

— Нет, сейчас кормить не будем, ты возьмешь каталку и отвезешь ее в лабораторию в лингвокапсулу.

— Вы хотите сразу?

— Четыре дня прошло, все анализы после вакцинации нормальные, все показатели в норме. Зачем объясняться с ней знаками и мычать, если можно решить вопрос сразу? Возьми что-нибудь накинуть на нее, с капюшоном. Я направлясь сразу вниз. И помни — если что, она может быть опасна.

Вика взяла свою ветровку и, прихватив кресло-каталку, отправилась в семнадцатый блок. Их Агентство Исторических Свидетельств (АИС) арендовало в Институте прикладной электроники четырнадцатый этаж и цокольный подвал. В подвале находились все необходимые лаборатории и хроно-шлюз.

И все силовые системы, запитанные по отдельным от самого Института каналам. Сам Институт занимался в том числе и военными исследованиями, поэтому то, что цоколь и четырнадцатый этаж охранялись вежливыми военными с оружием, никого не удивляло.

Виктория приложила электронный пропуск к двери и вошла на этаж. Постовой из Секретного Бюро, хотя и знал ее прекрасно, показал пальцем на маленький монитор — пришлось пройти проверку сетчатки глаза. После чего ей открыли дверь, впустили в шлюз, затем открыли вторую дверь. В коридоре было тихо — за каждой дверью велась своя работа.

Хан Ма Ри

Внезапно в дверь постучались. Я прекратила есть, и вся напряглась. Я в мыслях кого только не видела — и рогатых драйков, и уродливых ордов, хотя убранство комнаты говорило о другом. Но нужно было быть готовой ко всему. Я покрепче взялась за край тяжелой тарелки и кашлянула.

Дверь щелкнула и мягко отворилась. В комнату вошла молодая женщина, немного старше меня, улыбнулась мне и развела руками. Выглядела она совсем как наши женщины — такая же темноволосая и кареглазая, и чем-то даже на меня похожая. Она ткнула себя пальцем в грудь и произнесла:

— Вика.

Я встала, поставила тарелку на стол, повернулась к ней, указала пальцем на себя и сказала в ответ:

— Хан Ма Ри.

Она еще раз мило улыбнулась, потом развернула принесенное с собой сооружение. Оно оказалось неведомой коляской на больших колесах.

Женщина подала мне какую-то одежду и жестом попросила ее надеть. Это была мягкая куртка из непонятного материала. Вика подошла ко мне, протянула руки, но перед этим жестом как бы попросила разрешения. И… я теперь поняла, что за круглые штучки были нашиты снизу-вверх на моей куртке. Ой как интересно, так получается, это такие застежки?

Дальше я удивилась еще больше, когда женщина свела полы одетой на меня сверху куртки вместе и провела рукой вверх. Я потрогала — обе полы куртки сошлись, как будто и не расходились. Мне предложено было сесть в это кресло. Я не стала раздумывать, все равно я в их руках, и пока еще не ощутила никакой опасности.

Когда я села, Вика аккуратно надела на меня капюшон, видимо закрыв мое