Неординарные преступники и преступления. Книга 2 - Алексей Ракитин

процесса, ни после него. Причины такой таинственности понять довольно просто — поскольку число женщин, пострадавших от нападений Вудфилда, было достаточно велико, и притом даже не определялось сколько-нибудь точно, вероятность мести со стороны их близких представлялась отнюдь не нулевой. Нельзя было исключать того, что кто-то из близких изнасилованной или убитой женщины вознамерится восстановить справедливость собственными руками и убьёт кого-то из близких Вудфилда.

Нельзя не упомянуть о ещё одной чрезвычайно любопытной детали жизни Вудфилда, которая стала известна после того, как его лицо замелькало на экранах телевизоров. Представитель администрации отеля «Mariott» в Портленде связался с офисом окружного прокурора и сообщил о том, что Рэндалл Вудфилд арендовал большой банкетный зал для проведения вечеринки в честь Дня влюблённых. Стоимость аренды зала на вечер составила 820$, и это, разумеется, без стоимости напитков и закуски. Вудфилд ожидал появления 80 гостей, во всяком случае именно такому количеству друзей он разослал приглашения. Появившись в 18 часов в элегантном белом костюме, он стал в дверях, намереваясь приветствовать прибывающих гостей и… Простоял так полтора часа!

Никто не приехал! Вообще никто… Ни один человек из 80-и друзей и подруг Рэнди не пожелал откликнуться на его любезное предложение. Работники гостиницы впервые стали свидетелем подобной сцены и остались немало поражены увиденным. Импозантный мужчина в белом костюме по мере того, как проходило время, увядал буквально на глазах. Сначала он говорил стоявшим подле официантам, что гости вот-вот появятся, через четверть часа он заверил их, что его друзья шутят — они на самом деле стоят за углом и подойдут большой группой все вместе. Через полчаса он убежал куда-то позвонить — самое интересное заключается в том, что Вудфилд в тот вечер не пользовался гостиничным телефоном, а несколько раз выходил звонить на улицу. Именно тогда он сделал два звонка на домашний телефон Джулии Рейтц…

После полутора часов ожидания Вудфилд понял, что никто из приглашённых не явится. Стремясь как-то скрыть пережитое унижение, Рэнди выдумал какое-то совершенно невероятное объяснение про ошибку типографии, неверно напечатавшей пригласительные билеты, и с тем покинул отель под внимательными взглядами молчаливого персонала.

Случившееся вечером 14 февраля прекрасно объяснило жестокое убийство Джулии Рейтц, последовавшее через несколько часов в Салеме. Вудфилд, разумеется, понял, что «друзья» и «подруги» умышленно проигнорировали его приглашение, и это открытие не могло не вызвать прилив бешенства. Никто не захотел приехать на встречу с ним в роскошный отель, чтобы бесплатно выпить шампанского, закусить бутербродом с икрой и сказать несколько добрых слов… Это чудовищное посрамление глубоко его ранило, и расправа над Джули стала своего рода компенсацией пережитого унижения.

В течение недели после ареста Рэнди последовала череда успешных опознаний его жертвами нападений «Бандита с I-5». В те дни стало ясно, что полиция Орегона действительно добилась большого успеха и заключила под стражу того, кого надо. Поэтому активизировались правоохранительные органы и штата Вашингтон, на территории которого «Грабитель с автотрассы I-5» тоже покуролесил немало. 16 марта 1981 года Департамент юстиции штата Вашингтон распространил заявление, из которого следовало, что Рэндалл Вудфилд обвиняется по широкому перечню пунктов в различных юрисдикциях штата. Перечень обвинений включал в себя убийство, изнасилования, содомию, попытки похищения, вооружённые ограбления и незаконное хранение огнестрельного оружия. Особо подчёркивалось, что работа по уточнению перечня пунктов обвинения не закончена и тот может быть дополнен.

Рэндалл Вудфилд при переводе его из камеры временно задержанных в здании Департамента полиции Портленда в тюрьму округа Марион 9 марта 1981 года.

Итак, что же имела к середине марта 1981 года окружная прокуратура, и как эти материалы можно было использовать для обвинения Вудфилда? То, что последний в октябре 1980 года убил Шери Эйерс, в ноябре того же года Дорси Фикс и Дугласа Алтига, а в середине 1981 года расправился с Джули Рейтц, казалось очень вероятным. Также очень вероятным представлялось двойное убийство в округе Шаста, в Калифорнии, Джейнел Джарвис и её матери Донны Экард, хотя преступление это произошло на территории другого штата и не могло быть предметом рассмотрения в Орегоне. Обвинение в убийство Шари Халл в бизнес-центре «TransAmerica» имело наилучшие судебные перспективы, поскольку одна из жертв выжила и опознала Вудфилда. Поскольку последний много перемещался по Орегону и совершал преступления в различных округах, имело смысл обдумать, где именно его судить и, соответственно, что из содеянного инкриминировать.

Доказательство виновности в убийстве Шери Эйерс наталкивалось на то серьёзное противоречие, что преступник имел группу крови О, в то время, как у Вудфилда была кровь группы В с отрицательным резусом.

Причастность Вудфилда к убийству Фикс и Алтига была труднодоказуема ввиду отсутствия вещественных улик, прямо доказывающих его присутствие на месте преступления. То есть обвинение должно было строиться лишь на косвенных уликах — знакомстве с убитой, осведомлённости о месте её проживания и тому подобном. Этого было явно недостаточно и грозило провалом в суде.

В случае убийства Джули Рейтц ситуация выглядела получше, но ненамного — одни косвенные улики и невозможность доказать, что это именно Вудфилд находился в доме девушки в ночь убийства.

В общем, по здравому размышлению прокурор Крис ван Дайк склонился к тому, чтобы минимизировать число вменяемых Вудфилду обвинений и гарантированно отправить его в тюрьму за убийство Шари Халл и покушение на убийство Лайзы Гарсии. У этого преступления были наилучшие шансы на успех. Доказав виновность Вудфилда в этом случае, можно было двигаться далее, исходя из того, что его пистолет стрелял и в других эпизодах.

Крис ван Дайк, прокурор округа Марион в 1980–1984 годах, старший сын известного американского актёра Дика ван Дайка. Крис сделал впоследствии хорошую карьеру и некоторое время являлся помощником Генерального прокурора штата Орегон. Эта фотография сделана спустя более четверти века после описываемых событий.

Поскольку предметом рассмотрения судебного процесса должен был стать всего один эпизод, его подготовка не потребовала много времени. В принципе, Вудфилд мог сильно затянуть начало суда, заявив через адвокатов о необходимости психолого-психиатрической экспертизы в условиях стационара, но Рэнди этим путём идти не пожелал и прямо запретил защитникам поднимать тему его возможной невменяемости или наличия у него душевного заболевания.

Суд открылся уже в июне 1981 года, то есть буквально через три месяца после ареста Вудфилда. Подобную оперативность следует признать весьма нехарактерной для тех лет — американская судебная система к тому времени превратилась уже в закоснелый мир, живущий по специфическим законам неторопливой бюрократии. Тем не менее в случае Вудфилда система сработала на удивление быстро — произошло это в том числе и потому, что сам обвиняемый не искал поводов затягивать с началом суда.

Хотя обвиняли его в единственном эпизоде — нападении в бизнес-центре