Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Какой самурай! Аж слюнки текут! — Ю затемнила своё окно видеосвязи. — А если с мечом?

Один из сотрудников заведения «только для дипломатов Амакава» подал мне Куро-сан, и с его плеча мне на руки спрыгнул котёнок, всё это время проспавший на подушечке у стойки с зонтами и моей катаной.

— А ничего, что у меня европейская внешность и фигура? — уточнил я.

— Считается особенно крутым выцепить себе гайдзина как пару в ресторан, если он умеет носить кимоно и хакама. А ты как раз отлично умеешь, — объяснила мне Хироэ. — А мода на выбеленные волосы после прилунения «Цукуеми-мару» хоть и в целом сошла, в Токио ещё держится.

— Отпад!!! — опять включилась директор по всем вопросам с салфеткой в руке. — А теперь прими крутую самурайскую позу! Ещё! И ещё! Всё, мне нужно срочно полежать в обмороке от эстетического экстаза!

Именно в этот момент, когда я стоял в «героической позе», дверь открылась, и в сопровождении другого работника дипломатической красоты вошла преображённая Куэс. Которую, признаться, я даже сразу и не узнал.

Во-первых, Носящую полумесяц подстригли до короткого каре и покрасили волосы в характерный для многих японцев чёрный цвет. Во-вторых, начисто закрасили отметку на лбу и чем-то вроде спортивного белья утянули фигуру, особенно в области груди. И в третьих — нарядили в европейский женский брючный деловой костюм. Увидев меня, архимагесса сбилась с шага.

— У-хи-хи! — ну, кто б сомневался в Хироэ. Эту сценку они с Ю точно подстроили.

Впрочем, не ругаться же?

— О прекраснейшая леди, примете ли вы моё предложение поужинать вместе теперь?

— Приму, конечно, — Куэс кивнула, но тон не приняла. — Котёнка с собой потащим?

— Мне кажется, Котегаве он по сердцу придётся, а самому кошаку — наша Паучиха, — раскрыл я минутой назад придуманный план. — А то в гости — и без подарка.

Котегава Цутигуме и Кимико Амакава

«Мама Ко, Мама Хи просит встретить маму Куэс со спутником на крыше примерно через сорок минут. Кимико.»

Дорогумо мимоходом смахнула окно сообщения из поля зрения. У стороннего наблюдателя сложилось бы полное впечатление, что Золотая Паучиха его не прочла. Однако почему-то именно через сорок минут в её работе сама собой сложилась пауза.

Офис дорогумо без каких-либо дверей или перегородок переходил в её квартиру. Таким образом паучиха занимала целый этаж в одиночку, хотя с лифтового холла этого было не понять. Собственно, информацией о расположении настоящего логова владели только несколько разумных — включая суррогатную дочь, Хироэ и ещё одну оторву, которую недавно успели спасти от нырка в Юпитер. Такая секретность нужна была не столько для какой-то особенной маскировки, а по психологическим причинам. Логово должно быть надёжным! То есть в центре подконтрольной территории, хорошо защищено и при этом не бросаться в глаза до последнего. Специфические паучьи инстинкты.

Для редких гостей и тех партнёров по бизнесу, которых нужно было принимать «у себя» — Котегава сразу после покупки высотки выделила пентхаус. Чтобы точно никто не усомнился в крутизне одного из самых опытных «независимых» финансовых аналитиков мира. В этой трёхуровневой суперквартире со стеклянным потолком-крышей верхнего этажа было всё: картинная галерея и коллекция драгоценных камней, бассейн, обрывающийся в небо над Токио и теннисная площадка, гараж и специальный лифт к нему. Технологичность и роскошь. Разительный контраст с настоящей жилой площадью.

Эти мысли не просто так крутились фоном в голове Цутигуме, пока она поднималась на лифте на крышу. Амакава, кроме дочери, не часто посещали её скромное жилище. И никогда — без тщательно проработанного бизнес-повода. Реального или ложного — в зависимости от игры, ведомой Хироэ и Ю. В определённых кругах все знали, кто у Паучихи «крыша». Но именно «крыша», а не «семья». Клан отдельно, Котегава — отдельно. Доверенный, но всё же наёмный специалист. Статус сильно развязывал руки и давал очень весомые дополнительные возможности.

И тут вдруг: «уже летим, встречай!» Без разъяснений — а ведь стриженная интриганка ничего не делает просто так. На крышу своей башни Паучиха выбралась в изрядном недоумении. Которое только усилилось при виде приготовлений, совершённых Кимико.

Во-первых, суррогатная дочь разложила солнечный тент, превращающий резервную посадочную площадку в уютный открытый дворик на высоте. Уже выкатила стол, расставила уличные кресла. И — что совсем уже странно — достала из хранилища две бутылки любимого лёгкого вина дорогумо.

— Как аперитив пойдёт, — пояснила дочь матери, выставляя стойку с бокалами. — Думаю, они с нами посидят перед рестораном. Да ты садись. А то самое интересное пропустишь.

Ага.

— Я не знаю чего-то важного? — Котегава картинно выгнула бровь, но совету последовала.

— Ничего делового, они просто в гости, — Кимико тоже уселась. — Маме Куэс… как бы тебе это сказать… захотелось почувствовать себя женщиной. Чтоб в ресторан пригласили, не собирая плеяду папарацци. Она даже замаскировалась немного. А в башне как раз есть заведение мастера Пепперони…

— Пеллегрини, запомни уже.

— Короче, без камер и гаджетов.

— Наша Луна решила с кем-то закрутить роман? — теперь в дело пошли обе изящные брови.

Не сказать, чтобы дела сердечные Носящей полумесяц так уж интересовали Золотую Паучиху… Но ведь посплетничать в кругу своих святое ж дело! А уж если информация просочится куда-то на сторону — так и биржи может качнуть. Чуть-чуть, а не так, как Амакава неделю назад устроили!

Ответить Кимико не успела. Всё произошло в единый миг: вот пустая площадка под эпичным зонтом-навесом на механизированной штанге пуста, и вот по ней делают шаг двое. Мечник в кимоно с клинком в руке и женщина в деловом костюме. В обнимку: мужчина прижимает свою спутницу к себе, обняв за талию. Лёгкая волна потревоженного воздуха почти ласково ткнулась в лоб и щёки.

— Прям миллиметр в миллиметр, где я точку поставила! — восхитилась дочь, придерживая терминал за дужку.

Котегава всё-таки узнала Куэс. Короткие волосы и непривычная одежда сбивали с толку, но хорошо знакомого человека узнают не только по ним. А вот спутник оставался загадкой. Он успел перехватить обнажённую катану обратным хватом, подняв рукоять над головой и явно намереваясь отправить зачем-то извлеченный клинок в ножны. Именно в этот момент Золотая Паучиха встретилась с ним взглядом.

Человек мог бы сказать, что всё его нутро сжалось в комок. Аякаси было хуже. Вся её суть отреагировала. Запредельный страх, нет, что-то более страшное, чем самый жуткий страх пронзило её целиком. Ёкая можно, если постараться и знать, как — убить без шанса на перерождение. Съесть, полностью усвоив и присвоив энергию. Но