П.А. Столыпин: реформатор на фоне аграрной реформы. Том 2. Аграрная реформа - Сергей Алексеевич Сафронов

случайно: его новый дворник, заболевший сыпным тифом, оказался из деревни Забытой. Доктор принял меры: послал на эпидемию фельдшерицу. Вскоре она заболела и лежала там одинокая и беспомощная. На смену ее был послан военный фельдшер, но что мог сделать он, когда половина деревни лежало»[427].

Между тем продовольственный вопрос вызвал активные дебаты в Государственной думе. 6 июня 1906 г. была образована Продовольственная комиссия Государственной думы. 12 июня на заседании Думы выступил П.А. Столыпин с тем, чтобы дать отчет о деятельности МВД в прошедшую кампанию. В своей речи он сказал следующее: «Бедствие коснулось 24 губерний и двух областей. На одно обсеменение было отпущено более 3,5 млн. Заготовка семян была поручена крестьянским учреждениям. К началу августа все семена на местах были розданы населению, посев был своевременно произведен, и жалоб на недостачу семян не поступало. Всходы были хороши. Вслед за семенной кампанией наступила кампания продовольственная и заготовка яровых семян. Обследование в этом отношении началось с 27 мая и кончилось в августе. Тогда только представилась возможность определить приблизительно нужду населения, обрисовать всю громадность потребности, те десятки миллионов, которые отвечали нуждам голодающего населения. В этих целях было созвано Особое совещание под председательством товарища министра. В Совещании приняли участие не только должностные лица, но и председатели губернских земских управ, представители хлебных фирм, представители бирж, железных дорог, частных обществ. Был установлен план действий; были приняты следующие меры: во-первых, к закупке продовольственного и семенного хлеба и к выдаче его населению были привлечены крестьянские учреждения. К организации продажи хлеба по заготовительной цене и корма скота были привлечены земские организации. В организации общественных работ в местностях, пораженных неурожаем, приняли участие Главное управление землеустройства, Главное управление уделов, земские учреждения и общества домов трудолюбия и работных домов. К организации благотворительной помощи, то есть выдаче безвозвратного пособия, были привлечены общественные благотворительные учреждения, главным образом Общеземская организация. Установив план действий, министерство приступило к его выполнению. Закупка продовольственного хлеба началась в сентябре; кончилась почти во всех губерниях в феврале, кроме северных губерний и Витебской, куда хлеб был привезен в конце марта, так как посев совершается там позже. Хлеб был куплен по цене недорогой; не было того нежелательного явления, которое наблюдалось в 1891 г., когда цены на хлеб поднялись до такой меры, что правительство было принуждено запретить вывоз его за границу. Всего из общеимперского капитала на нужды обсеменения и продовольствия истрачено 54 196 717 руб. После этого на организацию по продаже хлеба и кормов для скота по заготовительной цене министерство отпустило губернаторам и уездным земским управам 9 162 650 руб. Затем на организацию общественных работ истрачено было 3 738 622 руб. Из них отпущено было земским учреждениям 1 910 922 руб. и попечительству о домах трудолюбия 1 828 000 руб. Наконец, по благотворительности было отпущено 3 056 000 руб., из которых 2 000 000 руб. на Общезем-скую организацию и остальная сумма – губернским земским управам. Таким образом, всего в текущую кампанию из общеимперского продовольственного капитала было отпущено 73 732 539 руб.; но если считать запас, хлебозапасные магазины, если перевести их на деньги, то истрачено было более 80 000 000 руб.»[428].

Речь П.А. Столыпина была воспринята крайне неодобрительно. Так, выступивший в прениях князь Г.Е. Львов заявил, что организацию продовольственной помощи населению нельзя поручать местной власти. При этом он не сомневался в том, что «самому министерству, которое не пользуется доверием, ее никто не поручит»[429]. Некоторые депутаты считали вообще невозможным выделять какие-либо денежные средства существующему правительству, другие полагали, что к моменту расходования средств положение уже изменится и министерство будет сменено. В итоге Государственная дума признала, что необходима организация помощи населению при участии общественных элементов, и поручила продовольственной комиссии «выработать такой план организации помощи, при котором ассигнованные средства находились под строгим контролем Государственной думы»[430]. Продовольственная комиссия Государственной думы признавала невозможным передать продовольственное дело земствам и считала необходимым оставить его в руках правительства. Однако предполагалось усилить контроль за его деятельностью. С этой целью во всех учреждениях, ведавших помощью голодающим, должны были заседать представители Общеземской организации, которые должны были ежемесячно давать отчеты о деятельности правительственных органов. Предполагалось, что Дума примет специальный закон, который бы закрепил данный порядок[431]. Однако 8 июля 1906 г. I Государственная дума была распущена.

15 июля 1906 г. Общеземская организация обратилась к П.А. Столыпину с отношением. В нем говорилось о необходимости немедленно приступить к оказанию благотворительной помощи населению. Поскольку у организации средства отсутствовали, управа просила об отпуске ей на благотворительную помощь 10 % от казенных средств, назначенных на проведение продовольственной кампании. П.А. Столыпин наложил резолюцию: «Министр финансов, с которым я говорил, находит возможным дать им немедленно аванс. Дело это должно решиться в августе на междуведомственном совещании, но почел бы возможным уже теперь ассигновать им тысяч сто»[432].

1906–1907 гг. были еще более более бедственными. Виды на урожай 1906 г. были отличными, однако засуха с суховеями, затем, в сезон уборки, целый набор природных катаклизмов: проливные дожди, градобития, бури, а также нашествие вредных насекомых. «Неурожай оказался, несомненно, исключительным по размерам»: он затронул 49 губерний и областей Европейской и Азиатской России. Здесь необходимо отметить, что на сей раз лишь немногие губернии пережили сплошной неурожай – в большинстве он был «пестрым»: в одних уездах не уродилось ничего, в других же (порой даже соседних) урожай вышел удовлетворительный, а то и прямо хороший. Зима 1906–1907 гг. оказалась необычно суровой, весна наступила поздно, урожай в результате был весьма неудовлетворителен в 19 губерниях. Наконец, не оправдал надежд и 1908-й, хотя картина урожая предстала крайне пестрой. «Сколько-нибудь обширного района сплошного неурожая в 1908 г. не было, в 19-ти губерниях России урожай был средним (то есть более или менее соответствовал среднему за предыдущее пятилетие), в 33 губерниях Европейской России и Сибири был выше среднего, в 20 же губерниях и областях был ниже среднего, то есть более или менее неудовлетворителен». Среди этих последних губерний: Бессарабская, Воронежская, Иркутская, Калужская, Киевская, Курская, Московская, Орловская, Подольская, Полтавская, Саратовская, Смоленская, Ставропольская, Таврическая, Тамбовская, Тверская, Херсонская, Черниговская, а также Акмолинская область и Келецкая губерния Царства Польского[433]. В общей сложности голодало 22 губернии. По оценке А.С. Ермолова голод 1905– 1906 гг. по тяжести вплотную приблизился к голоду 1891–1892 гг. Как и тогда, в большинстве губерний запасы общин обнаружили сильную недостачу, из-за чего Государственное казначейство вынуждено было экстренно выделять