Александр II - Коллектив авторов

<..> Николай I, преисполненный добрых намерений, собиравшийся всю жизнь отменить крепостное право в России, в действительности ничего не сделал, как только без всякого успеха боролся с всевозможными злоупотреблениями, развивавшимися при нем до последних пределов. Строгие резолюции, отдельные взыскания, выговоры губернаторам, объявленные в его царствование десятками, резкие проявления монаршего гнева, доходившие до того, что за одним из губернаторов, а именно костромским, был послан фельдъегерь для доставления его в С.-Петербург, беспрестанные посылки флигель-адъютантов для производства следствий – ничего не помогало, и всемогущественнейший самодержец, судя по документам, представляется бессильно бьющимся в заколдованном кругу, ища выхода. «Что[70] делает Александр II? Смелые его реформы как бы говорят от лица монарха дворянству: вот я у вас отниму часть вашей земли и принадлежащий вам, имеющийся в вашем обладании оборотный капитал для обработки остальной части в виде дарового крепостного труда. Мало того, он взывает к тому же дворянству, чтобы оно, в лице указанных лиц, помогло правительству в исполнении этой реформы. Далее: вы, которые судили других, вы теперь будете гласно и открыто подлежать общему суду; наравне с другими сословиями, с бывшими крепостными, вы будете участвовать в народном суде присяжных. Вы, которые были избавлены от всяких податей, наравне с другими будете вносить общую поземельную подать, а так как у меня нет денег для исполнения ваших местных нужд, то можете вместе с другими сословиями обложить себя, да, кстати, сами и хозяйничайте на местах, ищите средств для удовлетворения как местных нужд, так и некоторых потребностей управления. В довершение всего вы, которые были изъяты от населения тягчайшей государственной повинности – военной, извольте посылать ваших сыновей в войска, где они будут стоять во фронте рядом с теми же бывшими крепостными. Все это мог совершить величайший из Самодержцев, глубоко проникнутый сознанием своей власти, твердо усвоивший веру в то, что величайшие совершаемые им преобразования поднимут страну, дадут ей новый импульс и новую жизнь». Нужно отдать справедливость и русскому дворянству. Оно, исполняя историческое свое призвание, выдвинуло целый ряд деятелей для проведения в жизнь новых веяний: начиная от мировых посредников и земских деятелей, участников созданных в ту же эпоху училищных советов, кончая деятелями судебной реформы.

Время светлых надежд

Это было время общих радостных надежд на дальнейшее развитие преобразовательной деятельности Александра II. Еще в 1863 году были, по предложению князя Орлова, бывшего нашим посланником в Бельгии и впоследствии послом в Париже, отменены всякого рода телесные наказания, как то шпицрутены[71] и др., упомянутые в Уголовном уложении. Только что было обнародовано Земское положение, открывавшее дворянству, лишенному значительной части своего престижа в местной жизни вследствие освобождения крестьян и полицейской реформы, отнявшей у него право избрания главного представителя полиции в уезде, широкое поприще местной службы в уездных земских управах. Значительное большинство общественных слоев сразу взглянуло на этот закон как на предвозвестника «увенчанья здания»3. Известно было, что Н. А. Милютин еще во время подписания Манифеста 19 февраля 1861 года выразился, что с этим вместе подписана и будущая конституция России. Не менее было известно, что великая княгиня Елена Павловна, барон Модест Андреевич Корф и другие государственные люди питают надежду.

Финансовые реформы. М. X. Рейтерн

По финансовой части на Рейтерна, назначенного министром в январе 1862 года, выпала завидная доля совершить обновление экономического и финансового строя России. Если влияние Александровского лицея, где воспитывался М. X. Рейтерн, до сих пор накладывает на питомцев его известную своеобразную печать, то это тем более имело место в отдаленное время. Жизнь в тихом Цдрском Селе вблизи величавого парка, сравнительная близость эпохи венценосного основателя лицея, свежие традиции пушкинского времени – все это составляло атмосферу, особенно способную возбуждать благородные стороны юношеских душ. Таким образом, лицей дал Рейтерну не только основу хорошего и многостороннего образования, но он воспитал в нем и развил лучшие стороны его духовной личности, прямоту и честность характера, верность дружбе и высокогуманное отношение ко всем окружающим.

В достижении намеченной Рейтерном цели (поднять производительные силы России) ему пришлось преодолеть много затруднений. Много он вынес борьбы не только с привходящими сторонними влияниями, но и с руководителями других отраслей государственного управления. Если, тем не менее, уделом его был неизменный успех в главных его начинаниях, то этим он обязан был двум обстоятельствам: прежде всего – тому полнейшему доверию, с которым относился к нему император Александр П. Характерной чертой этого доверия служило то, что в течение всей службы М. X. в качестве министра финансов все поступавшие на имя государя записки, проекты и предложения, касавшиеся государственного хозяйства, предварительно какого-либо движения, передаваемы были на заключение М. X. Затем успехами своими Рейтерн обязан отличительным чертам своего характера – методичности и практическому складу своего ума, постоянству, с которым он шаг за шагом приступал к осуществлению своего плана, с терпением преодолевая встречавшиеся на пути препятствия, не унывая при неудачах, осторожности в проведении задуманных мер и громадной выдержке в спорах с политическими противниками. Пишущий эти строки, единственный почти оставшийся в живых свидетель заседаний Комитета министров того времени, в течение целого десятилетия был очевидцем его недюжинного делового красноречия, быстроты, с которой он воспринимал возражения оппонентов, ловкости его реплик в спорах, беспощадной логики, с которой он разбивал доводы противников, и умения подчинить слушателей своему обаянию.

Первым делом Рейтерна было приведение в порядок нашего бюджета как с формальной стороны, так и по существу. С формальной стороны прежде всего была снята с бюджета ничем не вызывавшаяся, но крайне вредно влиявшая на наш кредит келейность. Решение это было принято в декабре 1861 года в Комитете финансов под непосредственным влиянием Рейтерна в качестве управляющего делами этого учреждения. С трудом верится, что тогда как в Западной Европе государственные бюджеты не менее полстолетия перед тем, а в некоторых государствах с гораздо более давних лет, были публикуемы во всеобщее сведение, у нас они составляли государственную тайну. Вслед за тем вместе с государственным контролером Татариновым и председателем Департамента государственной экономии Чевкиным он разработал правила составления и утверждения ежегодных государственных смет и государственной росписи, правила, сохранившие силу закона до настоящего времени. Роспись 1863 года была уже рассмотрена новым порядком, но получила утверждение лишь в мае месяце того года. Одновременно последовало высочайшее повеление, чтобы были приняты меры к опубликованию в последующих годах росписи не иначе, как в новом году. На деле достигнуть этого было не так легко. Несмотря на все настояния как министра финансов, так и Государственного совета, позднее представление отдельными ведомствами своих смет имело последствием, что на