Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

Слухи о причинах, каким образом конец света внезапно отменился — ходили один завиральнее другого. Некоторые фантазировали и на тему «почему отменился». Их не смущало переданное по всем доступным каналам связи сообщение президента Российской Федерации о победе группы отечественных ученых, в кратчайшие сроки сумевших обратить действие оружия врага против них самих. Как бы то ни было, не только Серову было ясно, что без использования тех самых высоких энергий вторженцы не смогли бы накинуть на весь земной шар Потолок. Так что чего-то подобного Валентин ждал с того дня, как небо очистилось, и он выбрался из своего захолустья.

Транссиб уже пропускал поезда в полном объёме, но ценного сотрудника повезли военным бортом. С комфортом в модернизированном Ил-76 оказалось не лучше, чем задумывалось его разработчиками в конце шестидесятых годов двадцатого века. Почему-то именно до откидных сидушек многочисленные модернизации не добрались. Доктор наук здорово намял бока и, извините за подробности, зад. Зато быстро добрался! На полосе его уже встречал военный в форме, примерно того же возраста, что и он сам. На погонах офицера одиноко красовалась большая звезда.

— Подполковник Серов Валентин Михайлович? — явно больше для проформы переспросил визави. — генерал-майор Синицын Виталий Федорович, здравия желаю. Приятно познакомиться, я ваш куратор. Прошу следовать за мной.

В уазике поговорить не получилось: Синицин уселся рядом с водителем. Пришлось смотреть в окно. Зрелище, надо признать, не особо радовало глаз. Многоэтажки Новосиба уцелели, только местами обгорели. Редкие ремонтные бригады возились с восстановлением наиболее уцелевших домов. Город вообще производил тягостное впечатление: пустые улицы с редкими прохожими, почти нет машин, относительно мелкий мусор кое-где просто сложен кучами на газонах. Крупный, правда, вывезли. На центральных перекрёстках дежурят военные патрули, усиленные БТРами. Видимо на случай, если строители случайно освободят застрявшего и сохранившего в неподвижности энергию окта.

«Из города сбежали все, кто мог», — сам себе молча кивнул Серов. — «Остаётся надеяться, что большая часть из эвакуированных или самостоятельно выбравшихся всё же выжила и вернётся до холодов.»

Тут же сердце кольнуло: мысли опять вернулись к семье. Дочка порой выводила из себя Валентина Михайловича, но он всё-таки был её отцом и искренне любил Ирину. Как и внуков. Да и про зятя забывать не стоит — хотя как раз Александр правильный мужик и сам о себе позаботиться наверняка смог. Если уцелел. Чёрт.

Серов очень надеялся, что сможет найти близких живыми. Написал запрос, как только стало куда. Правда, быстро ответа ждать не приходилось. Пока не то, что интернет не работал — сотовая связь постоянно глючила даже там, где её успели заново наладить! Обмен цифровыми данными пока запустили только для военных, но они абы кого в свою Сеть не пускали. Тут, надо признать, очень удачно профессора вернули на действительную! Раз так — может, удастся воспользоваться служебным положением и найти своих! Или хотя бы что-то узнать.

Уазик проехал городскую застройку, проскочил полуразрушенный частный сектор — вот тут юниты пришельцев порезвились вовсю. Запрыгал по колеям, набитым тяжёлой техникой — и впереди показалось здание, на котором заканчивали монтаж вентилируемого фасада. Красным пластиком над окнами верхнего этажа строители выложили надпись: «Новосибирский филиал Национального центра естественных наук». И не забыли ниже добавить стилизованную звезду Вооружённых сил Российской Федерации.

— Центр уже работает, — Синицин выпрыгнул первым, едва машина остановилась. Пока Валентин Михайлович с кряхтением выбирался из салона, успел достать вещевой мешок учёного. — В той части, где строительство успели завершить. Работают три жилых корпуса, один лабораторный, административно-офисное здание и дата-центр.

— Неплохая скорость развёртывания, — Серов, двинувшийся следом за куратором, наконец-то понял, что напоминает ему срочно строящийся комплекс. «Северный трилистник» и прочие арктические армейские постройки. — Но не лучше ли было занять уже готовый фонд в Академгородке? А строителей перекинуть на нуждающиеся дома?

— Это, своего рода, попытка помахать кулаками после драки. С одной стороны, — не слишком понятно ответил старший офицер. — С другой стороны, мы вышли из этой драки порядком побитыми. Как знать: проблема, требующая максимальной консолидации учёных умов, может неожиданно возникнуть в любой момент.

— Поня-атно, — протянул физик, решивший уточнить все второстепенные подробности потом. — Вы не знаете, в чём именно будет заключаться моя работа? Вы ведь будете курировать мою группу или отдел, я правильно понял? Если изыскания, то для натурных лабораторных испытаний нужны особые условия…

«За рядовым сотрудником и послали кого-нибудь званием поменьше», — здраво про себя рассудил «пиджак»-подполковник. И не угадал.

— Я ваш куратор, Валентин Михайлович, — огорошил мужчину генерал-майор. — Вернее, ваш и вашей семьи. На счёт именно научной работы ничего точно не могу сказать, во всяком случае, пока. Сюда вас привезли потому что вашей внучке нужен дедушка. Личное распоряжение президента. Попросит она вас ей помогать или нет — это уже её решение будет.

— Но почему сюда-то тогда?! — последняя фраза оказалась совсем не понятной профессору, потому он машинально спросил то, что понял. И едва не подавился воздухом, услышав ответ.

— Она тут работает. Юлия Жарова — ведущий специалист в области физики Пространства. Скорее всего не только в нашей стране, а во всём мире.

— Юлечка же в шестой класс ходит! Ходила… — Серову показалось, что он сходит с ума.

— А теперь отвечает за то, чтобы Земля хотя бы сейчас смогла защититься от угроз из параллельных миров, — поморщился генерал-майор. — Кстати, она утверждает, что ваш зять вовсе не погиб, обеспечив разрушение базы Октоводов, а натурально перехватил над ней контроль и увёл в другой мир, пережигая энергию, что держала Потолок. И что он обязательно вернётся. Знаете, мне, к стыду своему, очень хочется ей верить. Поскольку Александра Жарова в составе группы поддержки на той операции сопровождал мой сын.

М-инварианта, Синицин Антон, сотрудник личной охраны Алекса Амакава

Многоцелевое грузопассажирское судно класса «река-море», сошедшее с верфей Амакава, называлось «Илистый прыгун». С этими замечательными, и, кстати, довольно вкусными рыбками Антон Синицин познакомился ещё в родном мире — потому смог оценить всю иронию. Дело было на одной из тех самых Специальных Операций, которые никогда не проходят по официальным документам. А для профессионалов-исполнителей русское народное творчество уже давно придумало звонкое прозвище «ихтамнеты». Но «неты» по документам в реале очень даже «ихтутесть», и, кроме всего прочего, регулярно хотят кушать. Желательно не только консервы.

Изловить хотя бы одного прыгуна руками — практически невозможная задача, хотя они массово в прямом смысле выходят в отлив на берег, чтобы найти там себе пропитание. Мало того, что они